Валерий Шамбаров - За Веру, Царя и Отечество

2-ю группу возглавил начальник 2-й Кавказской казачьей дивизии ген. Абациев, старый вояка, выслужившийся из низов и имевший три степени солдатского Георгия. Его войска действовали восточнее и должны были преградить туркам путь в Иранский Азербайджан и Российскую Армению. Группа насчитывала 30 батальонов, 66 сотен и 74 орудия и состояла из Эриванского, Макинского и Азербайджанского отрядов. Ей предстояло наступать на юг, на Баязет, Ван и Котур. На 3-ю группу возлагалось прикрытие Батума, Зачорохского края и Черноморского побережья Грузии. Она состояла из 16 батальонов, 6 сотен и 32 орудий, распределенные между Батумским, Чорохским, Рионским отрядами и гарнизоном Михайловской крепости. В 4-й группе было всего 4 батальона, 14 сотен и 4 орудия. Она должна была охранять почти всю границу с Ираном от Джульфы до Каспийского моря и дороги, ведущие из Каспийских портов в глубь Персии. Для этого ее силы разделялись на Пограничный, Ардебильский и Кавказский отряды. Возглавлял ее ген. Фидеров, давно служивший в этих местах и хорошо знавший, что "восток - дело тонкое". У племен иранских шахсевен он пользовался большим авторитетом, и главной его задачей было удержать эти племена, чтобы не поднимали оружия против русских. 5-я группа составляла армейский резерв в Тифлисе и осуществляла охрану тылов. Она насчитывала 21 батальон, 8 сотен и 56 орудий.

Главнокомандующим Кавказской армией (с правами главнокомандующего фронтом) стал наместник на Кавказе Воронцов-Дашков - очень старый и опытный администратор, прекрасно знавший местные проблемы. Но на нем же оставалось общее управление краем. А фактическое руководство войсками перешло к его помощнику по военной части генералу А.З. Мышлаевскому. Правда, он был по натуре скорее теоретиком, прежде преподавал в Академии Генштаба. Но начальником штаба армии стал генерал в полном смысле слова "боевой" 52-летний Николай Николаевич Юденич. Москвич по рождению, сын чиновника среднего ранга, он после гимназии и Александровского училища служил в Туркестане, окончил Академию Генштаба, участвовал в научных экспедициях на Памире и в Афганистане. Прославился в Японскую, командуя 18-м стрелковым полком - под Мукденом его полк выдержал удар 2 дивизий, сорвав охват всей русской армии. Юденич, дважды раненный в этом бою, был награжден Георгиевским оружием, а полк указом императора был удостоен особого отличительного знака, который отныне должен был носиться на головных уборах. С января 1913 г. он был начальником штаба Кавказского округа и здешний театр действий успел изучить досконально. Сослуживец вспоминал о нем: "В самый короткий срок он стал близким и понятным для кавказцев. Точно он всегда был с нами. Удивительно простой, в котором отсутствовал яд под названием "генералин", снисходительный, он быстро завоевал сердца. Всегда радушный, он был широко гостеприимен. Его уютная квартира видела многих сотоварищей по службе... Работая с таким начальником, каждый был уверен, что в случае какой-либо порухи он не выдаст головой подчиненного, защитит, а потом сам расправится как строгий, но справедливый отец-начальник".

1.11, на следующий день после объявления войны, главнокомандующий приказал перейти границу. Эриванский отряд Абациева и Макинский - ген. Николаева, с двух сторон двинулись на Баязет. Турки, зная о малочисленности русских войск, столь быстрого вторжения, собственно, не ожидали. Они полагали, что время у них в запасе еще есть, и сосредотачивались на тыловых рубежах. И наступающие были встречены лишь передовыми заслонами и курдским ополчением. Произошли первые бои. В авангарде у Абациева двигалась казачья конница и 2-я пластунская бригада ген. Гулыги. Пластуны - это были в русской армии особые части, кубанская казачья пехота. Они славились исключительной выносливостью, могли двигаться пешком почти без привалов и без дорог, и в таких маршах нередко опережали конницу. Отличались и боевым мастерством, меткостью в стрельбе. Но предпочитали действовать холодным оружием, причем молча - без криков, без выстрелов, с ледяным спокойствием, что всегда производило на врага ошеломляющее впечатление. Из-за своих маршей и переползаний внешний вид имели крайне обтрепанный, но это считалось особым шиком, это было привилегией пластунов - выглядеть оборванцами. Сохранили они и остатки духа запорожской вольницы, командир тут был настоящим "батькой", а важные вопросы решали в кругу. Кстати, одним из батальонов бригады командовал наследник иранского престола Амманула Мирза - и считал это за честь.

С противником пластуны столкнулись на Чингильском перевале, и первого раненого Гулыга публично расцеловал и "поздравил с Георгием". Подтянув орудия, противника сбили, заняли перевал и армянское село Аграпат, где были встречены с большой радостью. Как вспоминал есаул Куркин: "Старые крестьяне. Бьют себя кулаками в грудь и каждому пластуну сообщают: "Кристун!... Кристун! - то есть христиане. "И мы кристуны!" - отвечают пластуны". Но у следующего, Мысунского перевала снова встретили оборону 2 батальонов турок. Одновременно с фронтальной атакой Абациев бросил им во фланг 1-й Лабинский казачий полк Рафаловича. Около 200 врагов изрубили, остальные сдались. Русские потеряли 6 чел. убитыми и 5 ранеными. Дорога в глубь турецкой территории была открыта, и 2-я Кавказская казачья дивизия Певнева ринулась на Баязет.

У Макинского отряда, состоявшего из Закаспийской казачьей бригады, сперва пошло не так гладко. Сотня 1-го Таманского полка, следовавшая в авангарде, попала в засаду курдов. Старыми 10-зарядными винтовками, которыми их перед войной вооружили, курды пользовались снайперски, а крупнокалиберные свинцовые пули без оболочки наносили жуткие раны. Многих казаков во главе с командиром хорунжим Семенякой перебили. Ген. Николаев послал в атаку две сотни 1-го Кавказского полка (казачья сотня - 135 шашек). Сумели обойти врага, и когда те стали отступать, пошли вдогон и порубили. Был взят пост Гюрджи-Булах, Николаев связался разъездами с Абациевым и продолжил наступление. 4.11 конница обоих отрядов одновременно подошла к Баязету. Это была довольно внушительная твердыня, сыграла большую роль в прошлой войне, но модернизировать ее для соответствия современным требованиям турки не успели. Не успели они и подвести достаточно войск для ее обороны. А русские войска создали угрозу окружения, и гарнизон оставил крепость и город без боя. Соединившаяся конница Эриванского и Макинского отрядов составила внушительную силу в 7 тыс. сабель. И не задерживаясь, тотчас же повернула на запад в Диадинскую долину. За 30 часов преодолела 80 км, в двух боях смела курдское ополчение и турецкие пехотные части и 6.11 взяла г. Диадин, захватив много пленных, склады оружия и боеприпасов.