Александр Витковский - Поединок спецслужб. Перезагрузка отменяется

— А это что такое?

— Предположим, кандидат на вербовку, обладающий конфиденциальной информацией, терпеть не мог нашу страну, но рад был сотрудничать, например, с американцами. Вот и помогал этот человек мне, как представителю «американской разведки», добывая для нашей страны секреты первостепенной важности. Иногда вообще обходились без вербовки. В силу прекрасно сложившихся личных отношений человек помогал и даже не интересовался, зачем мне нужны те или иные сведения. Главное — расположить к себе. Кстати, у Гоар был коронный номер. Она знакомилась с женой нужного нам секретоносителя, укрепляла эти отношения. Затем с помощью Гоар в контакт с этой семьей вступал я, знакомился с мужем, завязывались прекрасные теплые отношения и потом мы дружили семьями.

—Сегодня обычная техника, а уж шпионская тем более, может творить чудеса. Сможет ли она заменить агентуру?

— Думаю, что нет. Техника, какой бы уникальной они ни была, просто фиксирует событие. Конечно, она помогает пашей работе, но залезть в сейф, где лежат государственные секреты, может только человек, имеющий к ним доступ.

— Когда вы провели свою последнюю вербовку?

— Буквально за несколько дней до своего окончательного переезда на Родину.

— Георгии Андреевич, вы полгода учились в английской разведшколе. Чья оперативная подготовка лучше, наша или у них?

— Лучше чем у нас, разведчиков нигде не готовят. Даже человека с высшим образованием обучают еще лет пять-шесть. Оп знает язык и страну своей будущей работы так, будто там родился и вырос. Главное — у нас учат думать, анализировать, сопоставлять факты, убеждать и принимать ответственные решения. А в других спецслужбах больше натаскивают разведчика или учат просто покупать нужную информацию.

— А чья разведка лучше, сильнее, квалифицированнее?

— После нашей — английская. Британцы очень внимательно и скрупулезно работают. Могут несколько лет следить за объектом, пока не получат нужные сведения. Очень профессиональны израильтяне. Они действуют по всему миру исходя из принципов — «око за око, зуб за зуб» и «цель оправдывает средства». А вот у американцев все определяют деньги, самоуверенность, если хотите — нахрапистость. Это их часто и подводит.

— Георгий Андреевич, говорят, что вместе с XX веком закончилось время великих личностей в разведке. Это так?

— В разведке всегда будут великие имена. Вопрос лишь в том, сможет ли о них когда-нибудь узнать широкая общественность. Ведь всегда в одной стране имеются политические, военные, экономические и другие секреты, которые будут интересовать другую страну. Внешний фон международных отношений может смягчаться, но тайное противоборство будет вестись до тех пор, пока существуют государства. И всегда у абсолютного числа зарубежных правительств будет неусыпный интерес к России. Сейчас с точки зрения шпионажа Россию изучать гораздо легче, чем 30—40 лет назад. Естественно, что мы должны отвечать тем же. А о великих именах мы сможем узнать, да и то не всегда, через десятки лет из архивных документов спецслужб.

Парадокс в том, что о разведчиках становится известно только в случае их провала. А сколько гениальных разведчиков-нелегалов проработали за границей всю жизнь, но так и не были раскрыты вражеской контрразведкой. Вот об этих людях мы, наверное, не узнаем никогда.

—Для любой страны разведка—очень дорогое удовольствие. А ведь Россия, к глубокому сожалению, проблемная в плане экономики страна. Кто-то может купить футбольную команду «Челси», а миллионы бюджетников и пенсионеров кое-как сводят концы с концами. Не хватает средств на науку, образование, медицину, армию... А на разведку?

—Начнем с того, что разведка—это не просто удовольствие ради удовольствия. Это жесткая необходимость. А для такого государства, как Россия, эта истина справедлива вдвойне. Мы должны знать, какие внешние угрозы, от кого и когда могут исходить. И быть к ним готовым. Помните старую мудрость: кто предупрежден, тот вооружен. .

Вместе с тем наша внешняя разведка никогда не была особенно богатой, тем более по сравнению с ЦРУ. И в то же время она всегда была лучшей в мире. Да, жаль, конечно, что в нашей стране до сих пор нет объединяющей национальной идеи. Но у каждого из нас есть Родина, есть патриотизм—и это главное. Если мы сохраним единство России, сделаем ее экономически могучей, сильной в военном отношении, социально процветающей, то к нам опять потянутся наши бывшие союзные республики. Помяните мое слово.

— Расскажите, как вы узнали о присвоении вам звания Героя Советского Союза?

— Это был ничем не примечательный день. Как обычно, Гоар получила радиограмму из Москвы, небольшую, всего в несколько строк. А мы всегда боялись коротких радиограмм, так как именно в них сообщались какие-нибудь неприятности. Я расшифровываю текст и узнаю, что меня наградили Золотой Звездой героя, а Гоар—орденом Красного Знамени.

—Я наблюдала за тем, как он работал над шифровкой,—говорит Гоар Левоновна.—Вдруг вижу, он буквально в лице изменился. Я даже испугалась — не случилось ли чего. А он, молча, говорить-то на эти темы нельзя — вдруг квартира на «прослушке» — подает мне расшифровку. Я прочла и сама остолбенела от неожиданности. Мы даже и не думали о наградах, да еще таких высоких. На радостях пошли вечером в ресторан, там и отметили это событие, опять же ни слова вслух не говоря о действительном поводе нашего торжества.

— Действительно это был наш общий праздник, — продолжает Геворк Андреевич. — Хотите верьте, хотите — нет, но я до сих пор считаю и абсолютно в этом уверен, что три луча в Звезде Героя — это заслуга Гоар. И только два приходятся на мою долю...

ОБЫЧНЫЙ ДЕНЬ НЕЛЕГАЛОВ

По давней привычке семья Вартанянов просыпается в шесть. Легкий завтрак с чаем или кофе, просмотр информационных телепрограмм и к 9—10 утра на работу «в лес»—так разведчики называют комплекс зданий СВР, расположенный в лесном массиве Ясенево. Туда Георгий Андреевич ездит с огромным удовольствием. Правда, в последнее время это случается все реже и реже. Дает о себе знать возраст.

—Я не представляю, как можно жить без нашей работы,—говорит он и продолжает:—В разведке есть пословица—нелегалы на пенсию не уходят. И это действительно так.

У Гоар Левоновны в это время домашние хлопоты, магазины, покупки... Впрочем, и она не забывает свою профессию — встречается с будущими разведчиками, рассказывает о работе, делится своим богатейшим опытом.

— Сейчас работа семейных пар уже стала правилом, — рассказывает она. — А кто научит женщину жить за границей, вести себя в обществе, устанавливать контакты, заниматься хозяйством в условиях чужой страны, которая для разведчика должна стать родной? Ведь разведчики за границу не в качестве туристов на пару недель приезжают. Я помню, какими важными для нас были даже мелочи. Попробуйте где-нибудь за границей сказать: «Опера Пуччини “Чио-Чио-сан”» и на вас сразу начнут смотреть косо. Только «Госпожа Баттерфляй», и никак иначе.