Фёдор Абрамов - Олег Трушин

воздух Пинежья. Что делали? Разговаривали с местными жителями, косили, работали в лесу топором, собирали старые вещи… а самое главное – были рядом с Фёдором Абрамовым.

И тут следует учесть, что новая версия «Братьев и сестёр» и их студенческая постановка – это вовсе не повторение пройденного, а поиск нового, в основу которого уже был заложен крепкий сценический и актёрский фундамент.

Лиза Пряслина – Наталья Акимова, Юра – Игорь Скляр, Житов – Игорь Иванов, Егорша – Сергей Власов, Нетёсов – Александр Завьялов… Роли, сыгранные ими в студенческом спектакле, ждали их и спустя годы.

Появились в спектакле и другие актёры. Татьяна Шестакова в роли Мининой, Пётр Семак в образе Мишки Пряслина, Светлана Григорьева – Марфа Репишная, Андриан Ростовский в роли Ганичева, уполномоченного райкома. Наталье Фоминой, в студенческом спектакле сыгравшей Анфису Минину, досталась роль Варвары Иняхиной, Сергею Курышеву – роль председателя колхоза «Новый путь» Лукашина…

«Репетиции по несколько часов в день, – будет вспоминать Сергей Власов, – и здесь же будет идти параллельная напряжённая работа над инсценировкой. Огромная заслуга Серёжи Бехтерева. Как и тогда, в студенческих “Братьях и сёстрах”, он по-прежнему оставался одним из тех, чья работа над инсценировкой не знала покоя. И конечно, наши учителя-мастера Кацман, Додин. В чём-то мы вспоминали старое, в чём-то работали над новым.

Как и трилогия “Пряслины”, наш спектакль ото дня ко дню начинал приобретать масштабность. Создаваемые на сцене образы становились более развёрнутыми, приобретали ещё большее внутреннее и внешнее содержание. Мы не просто репетировали, мы жили спектаклем, жили единой семьёй “Братьев и сестёр”. И всё, что делалось в спектакле нами, делалось не иначе как на уровне коллективного восприятия. Мы были одним целым организмом. Конечно, во время репетиций вспоминали и наших студенческих “Братьев и сестёр”, в чём-то даже держа ориентир и на них».

Премьера спектакля «Братья и сёстры» в МДТ состоялась 9–10 марта 1985 года, чуть-чуть опоздав к 65-летию Фёдора Абрамова. Причём собственно первый роман тетралогии дал спектаклю лишь название, а вот два последующих отметились не только в названии его частей – «Встречи и разлуки» и «Пути-перепутья», но и текстовым содержанием, собранным в сценические блоки.

Много чего написано к сегодняшнему времени о додинском спектакле «Братья и сёстры». Но во всём этом многообразии статей вы не найдёте ни одной хоть в чём-то упрекающей постановку, игру актёров. Берлин и Веймар, Париж и Варшава, Токио и Сан-Диего, Лондон и Ноттингем, Копенгаген и Рим и ещё десятки городов по всему миру, России (а в первые годы постановки СССР), на сцене которых отметились абрамовские «Братья и сёстры», и везде, без исключения, восторженные зрительские овации.

«И уже как традиция, куда бы мы ни приезжали, – вспоминает Наталья Акимова, – на любой площадке новая репетиция, полный прогон спектакля от начала до конца. К примеру, ставим спектакль в разных городах Германии, и перед каждым показом новая репетиция с полным прогоном. Это может показаться безумием! Но за этим безумием стояло самое главное – до автоматизма отточенные действия. Конечно же, не обходилось и тут без импровизаций. Порой удачно пойманные, они прикипали к образам так крепко, что при последующем выходе на сцену игрались как само собой разумеющееся».

Весной 2015 года эстафета «Братьев и сестёр» была передана новому актёрскому составу. Передана бархатно, из рук в руки, как передаётся самое дорогое и ценное, созданное многолетним трудом. И на первых порах вместе с новым актёрским составом выходили на сцену и те, кто ставил спектакль ещё на поре его робкого начала, – Наталья Акимова в роли Анны Пряслиной, Владимир Захарьев в образе Тимофея Лобанова…

Набор Додиным нового состава «Братьев и сестёр» вряд ли был продиктован условиями возрастного критерия тех, кто, уже 30 лет играя одну и ту же роль, отработанную до автоматизма, выходил на театральные подмостки. Конечно же, нет. Возрастной ценз в этом спектакле явно потерпел фиаско.

Безусловно, в сегодняшнем репертуаре МДТ – Театра Европы постановка «Братья и сёстры» – уже другой спектакль, чем прежде. И не потому, что идёт одним вечером. В нём другие актёры, несколько иное воплощение образов, может быть, и незаметное зрителю, но хорошо приметное тем, кто жил ими на сцене 30 лет.

«Нынешним ребятам и девчонкам, играющим в “Братьях и сёстрах”, очень тяжело держать образы и ещё сложнее привнести в них что-то своё, человеческое», – скажет в беседе со мной Сергей Власов.

Мишка Пряслин в исполнении Евгения Сальникова стал более консервативен, и его отношение к по жизни «лёгкому на ногу» Егорше стало более категоричным. Марфа Репишная в нынешнем исполнении Галины Филимоновой стала более открытой. Актёр Иван Чепура вылепил своего деревенского дурачка Юру более эмоциональным и даже разговорчивым и всё же сохранил в нём и образ, и манеры, ранее заложенные его основателем – Игорем Скляром. Артур Козин, воплощая своего фронтовика-инвалида Петра Житова, многое взял из работы Игоря Иванова, но привнёс и своё – большую резкость в натуре, экспрессию. С должным пафосом выставил в театральный кадр своего уполномоченного райкома партии Ганичева Станислав Никольский, по сходству очень близкого к тому, что подарил сцене один из основателей спектакля актёр Сергей Бехтерев, но и по-своему сделав его ещё более назойливым и жадным к продвижению дела партии.

Узловые роли в спектакле Ивана Лукашина и Анфисы Мининой, исполненные Олегом Рязанцевым и Ириной Тычиной, как и их предшественниками Николаем Лавровым и Татьяной Шестаковой, по-прежнему ярки и колоритны. Но и в них привнесено уже своё личное внутреннее содержание, человеческое личностное начало. Лукашин стал более мягок, а Минина, наоборот, приобрела жёсткость. По сути, их сценический «дуэт» в спектакле смотрится как единое целое, и в то же время каждый из них задаёт свой тон, создаёт свою волну, и при всём этом умело протягивая невидимые нити от сюжета к сюжету, как бы оставаясь в игре даже вне «кадра».

Не только убедительна, но и до искренности безупречна (если можно применить в данном случае это определение) и правдоподобна в своём перевоплощении Елизавета Боярская в образе Варвары Иняхиной, вдовы-солдатки, вместе со всеми пекашинскими бабами «робившей» всю войну и первые послевоенные годы и всё же сумевшей вырваться из деревенских «оков» в городскую жизнь. Её жизненная трагедия – как зеркало миллионов ей подобных. Варвара Иняхина отнюдь не главный герой пекашинской саги, и всё же благодаря тонкой актёрской игре она не только стала таковой, но ещё и приобрела формат некоего барометра деревенской жизни, сумев преодолеть, не будем рассуждать, какой ценой, не только собственное отчаяние в жизни, но при всём том оставшись собой.

Дарья Румянцева и Евгений Серзин, блестяще сыгравшие роли Лизы Пряслиной и Егорши, останутся