Михаил Романов - Штурмовики над Карпатами

Еще находясь над территорией противника, я передал по радио на командный пункт об автоколонне и танках. По этим разведданным весь тот день работала, штурмуя врага, наша дивизия. Много вылетов было сделано на разведку и штурмовку живой силы и техники противника в район Львова. Наносились штурмовые удары по восточным и юго-восточным предместьям Винников, Сихува, по другим населенным пунктам..

В районе Львова фашистские дивизии были взяты нашими войсками в плотное кольцо. Немцы предпринимали яростные атаки, чтобы вырваться из окружения и прорваться на юг, к Карпатам. 25 июля стояла очень плохая, нелетная погода. И тем не менее нам с Колодиным был дан приказ лететь на разведку. По дороге туда и обратно мы с ним преодолели несколько зон ливневого дождя. Наземная радиостанция навела нас на танки "тигр" и самоходные орудия "фердинанд", которые вели атаку в южном направлении. Мы не долго думая атаковали их. Сделав несколько заходов, подожгли один танк и один бронетранспортер, уничтожили около десятка солдат и офицеров противника. Колодин сфотографировал вражескую технику.

В те же дни интересный случай произошел с летчиками 1-й авиаэскадрильи. Как-то рано утром два штурмовика этой эскадрильи вылетели на разведку в район Львова. Недалеко от города, около кромки леса, летчики Яковлев и Моторин обнаружили вражеские танки. Вернувшись домой, летчики доложили о результатах разведки. Вскоре в воздух поднялась восьмерка "илов". Однако при подлете к пели выяснилось, что танки за это время успели превратиться в копны сена. Что ж, копны так копны. И наши штурмовики начали атаку. После первого же боевого захода "копны" забегали по полю. Результаты штурмовки были засняты на фотопленку, а пилоты потом еще не раз обсуждали этот вылет.

В связи с удалением линии фронта 30 июля наш полк перебазировался с аэродрома Мшанец на полевой аэродром Дулибы. Здесь у меня произошла памятная встреча с командиром 8-го штурмового авиационного корпуса генерал-лейтенантом авиации В.В. Нанейшвили. Было это так. Прилетев с боевого задания, я направился на командный пункт, чтобы доложить о результатах полета. Смотрю, у входа на КП стоит капитан Соколов и делает мне жестами знаки в сторону прицепного тракторного вагончика, у которого стояли командир полка подполковник Сериков и какой-то коренастый человек в короткой генеральской куртке. Я быстро подбежал к ним.

- Докладывайте командиру корпуса, - сказал Сериков.

Я повернулся к комкору:

- Товарищ генерал-лейтенант, боевое задание на разведку и штурмовку живой силы и техники противника выполнено. Потерь не имеем. Ведущий группы старший лейтенант Романов.

- Что вы видели на территории противника? - спросил Нанейшвили.

- Оживленное движение автомашин с войсками по дороге от Самбора на юг, в горы, и обратно, к линии фронта, - отчеканил я. - Мы их атаковали с трех заходов.

- Сколько израсходовали бомб, снарядов и патронов? - спросил генерал.

- Каждый самолет сбросил по 500 килограммов осколочных авиабомб весом от 15 до 25 килограммов, выпустил по 8 РС-82, израсходовал 90 процентов снарядов из пушек и 60 процентов патронов из пулеметов ШКАС.

- Мало, - сказал генерал, - надо больше расходовать патронов и снарядов. - И в заключение добавил: - Не следует жалеть боеприпасов для уничтожения врага! У нас их сейчас достаточно!

Я вскинул руку к козырьку:

- Есть, не жалеть боеприпасов для уничтожения врага!

В небе Карпат

Карпаты, как естественный рубеж, сами по себе являлись большой преградой, затруднявшей продвижение наступающих войск. Противник же, используя горно-лесистый рельеф местности, создал здесь помимо всего прочего густую и разветвленную сеть оборонительных сооружений в виде опорных пунктов, перекрывавших все дороги, долины рек, выходы к населенным пунктам и проходы в глубину своей обороны.

Из-за ограниченных возможностей использования в горах танков и артиллерии очень остро вставал вопрос об использовании штурмовой авиации как для разведки и уничтожения резервов противника, так и для непосредственной поддержки нашей пехоты на поле боя.

Но боевые полеты, которые мы выполняли над горами в начале августа 1944 года, имели своей целью не только разведку и удары с воздуха по обнаруженному противнику. Перед летчиками командованием была поставлена еще одна сложная задача - опытным путем определить, в какой степени возможно применение штурмовой авиации в условиях горно-лесистой местности Карпат.

Командир 565-го штурмового авиаполка подполковник В.И. Сериков, разъясняя нам эту задачу, говорил: "Летчикам-штурмовикам никогда не приходилось воевать в горах, у нас нет опыта ведения боевых действий в горной местности. Полеты здесь имеют свои особенности с точки зрения аэродинамики и аэронавигации. Возникающие в результате обтекания склонов гор вертикальные потоки воздуха затрудняют маневрирование самолета. По этой причине, очевидно, придется подходить к цели на больших, чем обычно, высотах, быть осторожнее при пикировании и отходе от цели. Большого умения потребуют полеты в ущельях и в горных долинах".

Первые же вылеты на разведку в горы показали, что командир был прав: рано утром все горные долины и ущелья закрыты туманом, который к 10-11 часам дня начинает подниматься вверх и образует над горными перевалами сильную облачность. Облака в сочетании с густыми лесными массивами на склонах гор сильно затрудняли визуальную ориентировку и ведение разведки войск противника, который использовал эти лесные массивы для маскировки.

Нам приходилось приспосабливаться к новым условиям, менять тактику разведки и удара по цели. Если на ровной местности самым надежным способом обнаружения противника был бреющий полет, то здесь, в горах, пришлось осваивать фотографирование с высоты полторы-две тысячи метров, что давало возможность обнаружить железнодорожные станции, узлы шоссейных дорог, оборонительные сооружения и другие объекты противника. Трудно было? Отвечу честно: трудно. И все же все летчики, первыми летавшие в Карпатах, на вопрос, можно ли использовать самолеты Ил-2 в боевых условиях Карпатских гор, дали положительный ответ.

18 августа наш полк перебазировался с аэродрома Дулибы на аэродром Грушув, находившийся недалеко от города Дрогобыча. Располагался аэродром на заливном лугу, около небольшой речушки - притока Днестра; трава на нем была уже скошена и сложена в копны. Вдоль реки, на границе летного поля, росли огромные, развесистые ивы, под которыми стояли наши самолеты. Механики разместились в шалашах, командование и летный состав полка -в большом доме села Грушув за речкой, через которую был перекинут дощатый мостик.