Александр Бабийчук - Человек, небо, космос

Затем мы втроем снова вышли на свежий воздух и, примостившись на бревнах, продолжили разговор. Хотелось не только выявить нужды лазарета, но и узнать, где и как Роман и Милославский проходили хирургическую практику. Терапевты по образованию, они делали довольно сложные операции. Настоящего хирурга санслужба БАО не имела.

Роман и Милославский рассказали о том, как они использовали для приобретения хирургических навыков ближайшие полевые подвижные госпитали. В прошлом году лазарет БАО частенько сталкивался с ними на дорогах отступления.

— Нет худа без добра, — с грустной улыбкой развел руками военврач 3 ранга Роман.

Пример этих врачей был еще одним подтверждением моей мысли: хирургов можно и нужно готовить из числа врачей других специальностей. Стажировку они должны проходить в хирургических ППГ и медико-санитарных батальонах.

Но все в Константиновке оказалось безупречным. Внимание старшего врача я обратил на то, что у них мало внимания уделяется занятиям с личным составом по оказанию доврачебной помощи. Санслужба БАО пока не имела своего автомобиля. Между тем ПАРМ[1] могли бы оборудовать под санитарную машину одну из полуторок.

В целом же у меня осталось хорошее впечатление от пребывания на этом аэродроме. Уезжая, я невольно подумал: «Если бы везде дело ограничивалось только такими недостатками!»

Следующим на нашем пути был аэродром Голубовка. Здесь размещался один из полков 217-й истребительной авиационной дивизии. Старший врач 431 БАО, энергичная смуглая женщина с черными глазами, к моему удивлению, не имела воинского звания. Между тем в ее подчинении находились военврач 3 ранга и фельдшер с «кубиками» в петлицах. Она назвалась Эсфирью Марковной Назаровой. Медпункт и лазарет располагались рядом со взлетно-посадочной полосой, в десяти минутах ходу.

Начальник лазарета был квалифицированным хирургом. Операционная, однако, нуждалась в более полном оснащении, не хватало многих хирургических инструментов. Я пообещал помочь в этом.

Во время беседы Эсфирь Марковна, державшаяся независимо, но приветливо, заговорила о том, что летчики-истребители делают по нескольку боевых вылетов в день. Во время воздушного боя нервно-эмоциональное напряжение у них достигает предела. Для них необходим профилакторий, какой-то краткодневный фронтовой дом отдыха. Этот вопрос надо продумать и решить.

Я сказал Назаровой, что доложу ее соображения флагманскому врачу. Мы еще не знали, каким тяжелым для нас окажется лето этого года. Лишь глубокой осенью, вышвырнув гитлеровцев с Северного Кавказа и перейдя к наступательным действиям, мы снова вспомним о фронтовых домах отдыха для летчиков. Тогда появится и возможность организовать их.

Описывать посещение мной других аэродромов не вижу смысла. Полеты в Сватово под Изюмом, Лагутово, Ирмиво, Алмазное, Рубежное, Славяно-Сербское, Краснодон, Красный Лиман и Острую Могилу, в сущности, походили один на другой. Везде я знакомился с медицинским персоналом батальонов аэродромного обслуживания, самым внимательным образом осматривал лазареты и пункты медпомощи. Мой блокнот пополнялся все новыми записями. Они должны были составить основу докладов флагманскому врачу и помощнику начальника сануправления фронта по ВВС.

Значительно лучше, чем у других, была поставлена санитарная служба в 471 БАО (старший врач Ястребов), в 435-м (старший врач Евфимец) и в 464-м (старший врач Чередниченко).

В ряде же батальонов и не помышляли оборудовать в лазаретах хирургические блоки. Да что там! Кое-где было плохо даже с помывкой личного состава, сменой белья и дезинфекцией обмундирования. Неприятные разговоры пришлось мне вести с командирами этих БАО.

В Красном Лимане аэродром и службы БАО находились в зоне обстрела артиллерии противника. Около часа наблюдал я из окна медпункта, как то там, то здесь вырастали черные столбы разрывов. Даже пришлось помогать фельдшеру перевязывать нескольких легко раненных осколками красноармейцев. На пятые сутки к вечеру я вернулся в Лисичанск.

Быков добился, чтобы нам дали машинистку. Она поместилась в нашем же кабинетике. Я продиктовал ей доклад об итогах своей поездки. В нем излагались конкретные предложения по устранению недостатков в работе санслужбы каждого из проинспектированных мной БАО.

А. Д. Вайнштейн назначил время, когда мы должны собраться и решить, кого из врачей БАО прикомандировать к тому или иному армейскому ППГ для прохождения хирургической практики. Готовился соответствующий приказ начальника санитарного управления фронта бригадного врача Л. М. Мойжеса.

В конце следующего дня меня вызвал к себе генерал К. А. Вершинин. Я уже слышал, что он старается все узнавать из первых уст.

У командующего ВВС оказался дивизионный комиссар.

— Рассказывайте, в каком состоянии наша медицина, — без лишних вопросов распорядился Вершинин, предложив мне сесть.

Ничего не утаивая, я доложил обо всем, называя при этом аэродромы и БАО.

— Достаточно ли в частях жилых палаток? — спросил Алексеев. — Время наступает теплое, и мы не будем так, как зимой, привязаны к населенным пунктам.

Я интересовался и этим. Ответил, что вместительных и крепких палаток в распоряжении санслужб мало.

— Ими и другим имуществом интендантская служба обеспечит, — заметил Вершинин. — Вайнштейн, Быков и вы должны главное внимание сосредоточить на подготовке и расстановке медицинских кадров. — Постучав карандашом по столу, он добавил: — Вижу, командировка в части оказалась для вас полезной…

В последние дни апреля было принято решение созвать совещание руководящего медицинского состава ВВС фронта. Провести его намечалось в Ворошиловграде, где находилась госпитальная база фронта. Этот город меньше других в Донбассе пострадал от бомбежек: его хорошо прикрывали истребительная авиация и зенитная артиллерия.

Мы с Быковым подготовили программу, которую и утвердили генерал Вершинин, дивизионный комиссар Алексеев, бригадный врач Мойжес и комиссар сануправления полковой комиссар Гласов. В нее вошли следующие вопросы:

— очередные задачи санитарно-эпидемиологического обслуживания войск. Докладчик главный эпидемиолог фронта бригадный врач Акинфиев;

— о работе врачебно-летных комиссий. Докладчик председатель ВЛК фронта военврач 1 ранга Любарский;

— медико-санитарное снабжение частей ВВС. Докладчик начальник 4-го отдела санитарного управления фронта интендант 1 ранга Петров;

— порядок комплектования, учета и аттестации медсостава. Докладчик начальник 2-го отдела СУФ военврач 1 ранга Барбетов;