Николай Черкасов - В Индии

Слово предоставили мне. Так как мой переводчик был значительно ниже меня ростом, а один индиец услужливо то поднимал микрофон, то опускал его применительно к нашим фигурам, это вызывало большое оживление в зрительном зале.

Когда в своем докладе я говорил о задачах советского актера и его работе в театре и кино и подчеркивал, что краски для своего творчества художник черпает в окружающей его действительности, — зрительный зал дружно аплодировал.

В тот же день в честь советской делегации был устроен обед, на котором присутствовали самые известные бенгальские режиссеры, актрисы и актеры — «кинозвезды», операторы и писатели. Всего было около ста человек. Но так как по индийскому обычаю за столом может сидеть не более двадцати четырех человек, а встреча происходила в ресторане самой лучшей гостиницы Калькутты, то в большом зале были сервированы четыре стола. За каждым столом сидело по двадцать четыре «персоны», как будто это были четыре разных компании. Вместе с тем, по сути дела, происходил один общий обед.

Официанты в длинных белых костюмах с цветными широкими поясами, в немыслимо высоких разноцветных шапках, подавали национальные блюда.

Индийская пища очень вкусна. Но все кушанья так наперчены, что с непривычки на глазах выступают слезы. Постепенно мы привыкали к острым национальным кушаньям и с любопытством ждали каждое новое блюдо. Официанты подносили стаканы с простой водой, с различными соками — ананасным, лимонным, томатным.

14 января 1951 года у нас был своеобразный день отдыха, и мы решили осмотреть калькуттский ботанический сад. По нашим понятиям была зима, но растительный мир Индии и в январе оказался богатым и пышным, правда не в такой степени, как после муссонов, проносящихся летом. И все же ботанический сад произвел на нас большое впечатление. Мы видели знаменитое дерево баньен, занимающее огромную площадь. Это дерево обладает необычным свойством: ветви от центрального ствола, словно вытянутые руки, расходятся в стороны на десятки метров, от них отрастают вниз и опускаются плотные корни, которые впиваются в землю и поддерживают гигантски разросшееся дерево. Огромное фантастическое «здание» баньена все продолжает расширять свои владения новыми и новыми «корнями», спускающимися от мощных ветвей. Это дерево давно «ушло» за границы парковых аллей.

В ботаническом саду много красивых пальмовых дорожек, обсаженных цветами самых диковинных форм и окрасок.

Здесь масса отдыхающих, целые семьи приезжают сюда на автомобилях и автобусах. На траве раскладывают небольшие коврики, приезжие располагаются на них лежа и сидя, закусывают, заводят патефоны, веселятся. Всюду встречаешь детвору с удивительно красивыми глазами и подмазанными ресницами, — таков обычай (это делается из гигиенических соображений: особая тушь предохраняет детей от глазных заболеваний). Большинство гуляющих одето в национальные костюмы: женщины — в сари, мужчины — в белые одежды. На фоне зелени и цветов это создает необычайно колоритную картину.

Ботанический сад расположен вдоль рукава Ганга, и отсюда виден порт со множеством различных судов: от больших пароходов до галер и маленьких весельных лодок.

Возвращаемся домой узенькими улочками. Вдоль домов с правой и с левой стороны стоят и сидят продавцы, торгующие самыми различными товарами. Слышны звуки народных инструментов — флейты и барабана. По мостовой бегут рикши, проносятся автомобили.

Идут бородатые жрецы. Их полуголые тела вымазаны глиной. У них разрисованы лбы и руки, волосы пучками завязаны тесьмой, в руках — длинные палки.

Продавцы зазывают покупателей. К вечеру они сидят с электрическими лампочками, а торговцы победней перед собой держат фонари.

Вечером мы приглашены в Общество друзей Советского Союза. Поднимаемся на четвертый этаж по лестнице с большими пролетами. На последнем лестничном марше пришлось шагать буквально по грудам сандалий. Ступеней не было видно. Обычно все входящие в дом снимают обувь.

В зале на ковре сидит более двухсот человек. Нас встречают дружескими приветственными возгласами и тотчас надевают на шеи гирлянды из роз.

Рады присутствию здесь композитора Салил Чоудхури с его замечательным хором. Участники хора, узнав, что нам понравились их песни, решили доставить удовольствие своим советским друзьям и сами пришли на эту встречу. Раздаются звуки уже знакомой и любимой мною песни, посвященной объединению и миру. Когда хор подхватил припев, я не выдержал и стал подпевать полным голосом. Это вызвало восторг присутствующих. По нашей просьбе эту песню повторили, и все мы пели ее хором.

На стенах зала висят большие картины. На одной из них изображен В. И. Ленин в кругу революционных петроградских матросов. Рядом — большой портрет И. В. Сталина. На многочисленных стендах приведены цитаты из речей И. В. Сталина и В. М. Молотова. Висит цветной плакат, посвященный борьбе за мир. Белый голубь на нем нарисован в индийском стиле. И сюда, в далекую Индию, долетел этот крылатый посланец мира. На другом плакате — война с ее ужасами, бомбы, падающие на окровавленные головы индийцев.

На стенах зала развешаны фотографии виднейших деятелей искусства Советского Союза: К. Станиславского, И. Москвина, многих других. Приятно было видеть такие знакомые лица здесь, в Индии, и в столь необычной аудитории.

Индийские друзья просят почитать что-нибудь. Я читал стихи прогрессивного австралийского поэта Врепонта, посвященные борьбе за мир. Затем, посоветовавшись с товарищами, решил прочесть басни Крылова. Но перед этим нужно было рассказать содержание басен. Многие слушатели говорили потом: «Мы прекрасно все поняли. Мимика, жест, музыка русского языка, язык вашего доброго сердца очаровали нас, донесли до нас содержание басни».

Из зала — мы это ощущали — шла волна симпатии, любви к представителям советского народа. С чувством большого удовлетворения от этой сердечной встречи возвращались мы домой.

На следующее утро к нам пришли двое крестьян, членов Общества, с которыми мы виделись накануне. Один из них сказал:

— Мы очень бедные люди. Но нам хотелось бы что-нибудь подарить вам. Мы посоветовались в деревне со стариками и решили, что вы не обидитесь и на такой вот простой подарок.

Бенгальские крестьяне развернули газетную бумагу и достали маленькую корзиночку. В ней находились бананы, помидоры, огурцы, мандарины, апельсины. Это были муляжи, искусно сделанные из глины и раскрашенные народными мастерами — бенгальскими кустарями.

— А вот это, — сказали они, — это благородный плод манго. Его нам дарит земля Индии. Плод манго просим вас передать товарищу Сталину, великому вождю человечества.