Раян Фарукшин - Цикл произведений Родина

- Снайпер!!! - заорали мы всей толпой и рухнули на землю.

Снайпер продолжал методично обстреливать нас, но успеха добиться не смог. Мы заползли в подъезд, забежали в первую попавшуюся квартиру, благо, дверь оказалась выбитой, и сели на полу на кухне. Мебели никакой там не осталось - мародеры все вынесли, даже табуреток не было, а газовая плита валялась в проходе и загораживала проход в какую-то комнату. Но это не важно, главное - окна выходили в противоположную от позиции снайпера сторону. Мы успокоились Поудобнее прислонившись к стене и вытянув уставшие ноги, я, успевая громко ругаться, стирал липкое варение с лица:

- Вот сука, а! Чуть мозги мне не вышиб!

- Мазила хренов! Напугал до боли в жопе! Ладно приклад отшиб, а не руку!

- Кончать надо этих духанов! Заколебали уже, суки!

- Кажется мне, что снайпер этот специально вас не снял. Поиграл, показал, что все видит и все контролирует, - сделал резюме Виноград. - Если бы он хотел, он бы не банку разнес, а башку твою. Повезло тебе, Усман, повезло.

- Слышь, Усман, ты же этот, мусульманин. Ты, давай, сиди и молись своему Аллаху, он же и у тебя, и у снайпера этого - один, этот ваш Аллах. Вот и попроси его о помощи. Только хорошо проси, а то, наверняка, и духан этот тоже сидит в своем укрытии и Аллаха молит, что бы тебя, в следующий раз, снять. Так что - кто Всевышнего перемолит, тот и победит. Давай, Усман, молись, твоя жизнь - в твоих молитвах! - кряхтя и вытирая со лба пот, посоветовал Сосед. - Молись, а я послушаю, может, и мне это поможет.

- Вот тебе и варение. Поели, аж устали доедать, - Виноград разочарованно посмотрел на мои красные от варения руки.- Вишневое варение, сгреб вашу мать! Эх, скоты, лишили ребенка последней сладости. Совести у вас нет. Разбить три литра отличного варения! Варвары... вар-ва-ры...

Рикошет.

Самарцы долбили девятиэтажку из всех видов оружия. Грохот стоял невообразимый. Думал, что после такой канонады оглохну или, как минимум, стану инвалидом по слуху. Земля, пытаясь уйти из-под ног, шевелилась как живая. Дом вибрировал, но стоял крепко, не рассыпался. Строили его, видать, качественно.

Не знаю зачем, но духи не отсиживались в укрытиях, а пытались отвечать на наш ураганный огонь. Они тоже палили из всего, что там у них было. Палили, зная о своей неотвратимой кончине. Не боялись умереть что-ли. Нам бы их смелость. Нет, это все же не смелость, а безрассудство, сумасбродство, наплевательское отношение к своей собственной жизни. Боевики в девятиэтажке просто смирились с тем, что они - смертники, поэтому и не бежали, не отлеживались, а сопротивлялись. Они или наркоманы, или, действительно, фанатики какие-нибудь, реальные верующие. Но скорее - накаченные героином салаги, которым без разницы, за что погибать.

Мы с Соседом сидели в своей БМП. Нам в атаку идти не разрешили. Приказали сторожить бэшку. Но эмоции, адреналин, азарт - в нас всего было в переизбытке. Хотелось стрелять. Мочить духов. Разрушить их постройки. Уничтожить этот дом, сравнять его с землей, опустить "ниже уровня моря".

Прошло больше трех часов. Руки по-прежнему чесались стрелять, но мы не вмешивались, наблюдали за боем со стороны.

Мимо нас пронесли раненых, человек тридцать. Некоторые молчали - может, терпели, а может, потеряли сознание. Но большинство кричали, матерились, плакали, угрожали вернуться и разделаться со своими обидчиками. Нам по новой захотелось в бой - отомстить и за этих пацанов, и за нас самих, но мы мужественно терпели, отодвигая чувства на задний план.

Когда мимо нас потянулась очередная вереница бойцов с носилками и одеялами, на которых лежали убитые и раненые, наше терпение лопнуло.

- Бля, не могу смотреть! Давай, снимай с полозьев ПКТ! Разнесем их на хер! - Сосед вытащил ящики с патронами и принялся убирать мусор с бетонной площадки.

- На хрена?

- Да ты че? Опух? Снимай, я сказал! Или будешь ждать, пока они и до нас доберутся? - Сосед уже организовал место для установки пулемета. - Давай быстрее!

Чуток повозившись, я снял с бэшки пулемет и передал его Соседу. Он помучился немного с установкой, но поставил его грамотно и, хищно сверкая глазами, приготовился открыть огонь.

- Куда стрелять, знаете? - перед нами возник боец.

- Куда? - растерялся Сосед, но осмотрев бойца кивнул:

- А ты, кто такой?

- Раненого относил. Назад иду. Только там делать нефиг, наши уже в здание вошли. И вы, отсюда не стреляйте, своих заденете.

- В здание вошли, - повторил Сосед, - отсюда не стреляйте, своих заденете.

- Точно говорю. Вы лучше из пушки долбаните по верхним этажам, или из гранатомета. Есть гранатомет?

- "Муха" есть, два выстрела. А ты че, умеешь? - спросил я недоверчиво.

- А ты че, нет? - удивился он.

- Ни разу не стрелял. Не учили.

- Давай, покажу, ничего сложного. А может, и АГС у вас есть? Постреляем, если что.

- Постреляем! Только я и с него ни разу еще не стрелял.

- А че ты мне втираешь, что стрелять не учили. Не может такого быть! Кто твой командир? Номер части?

- Ты кто такой, КГБ что-ли? Я никому не обязан ничего говорить. Хочу говорю, не хочу - пошлю на три известные буквы.

- Пошлешь старшего по званию?

- А ты кто? - я придирчиво оглядел бойца.

Невысокий, чуть выше меня, плотненький. В берцах, бушлат рваный, каска загаженная, знаков отличия нет. Лицо грязное, не разглядеть толком, но морщины на лбу и под глазами достаточно глубокие, и значит ему, как минимум, лет тридцать пять. Здесь, и в таком возрасте, вероятнее всего - офицер.

- Извините, вас от рядового бойца не отличишь.

- А вот это хорошо! Так держать, боец!

Я достал "Муху" и осторожно передал офицеру.

- Учись, трудного ничего нет. Для неграмотных тут и инструкция есть. Читать-то, надеюсь, умеешь? Ладно, смотри, просто делаешь вот так, - он, злорадствуя, смачно сплюнул и нацелился в сторону девятиэтажки. - Компания Джонсон энд Джонсон представляет одноразовый гранатомет РПГ-18. Ловите, духи черномазые! Новогодний подарочек от ... Как тебя?

- Усман.

- ... от Усмана! - офицер выстрелил навесом, чтобы случайно не угодить в наш спаситель-забор.

Мощный взрыв порушил часть стены шестого этажа, выдав вверх неслабое, темно-серое, бетонно-блочное облако.

- Ух ты! - я подпрыгнул от удовольствия. - Трындец там кому-то!

Схватив второй, последний выстрел, я спешно повторил процедуру, ранее проделанную офицером. Толком не прицеливаясь, я встал на колено и выстрелил. "Вшу-у-уй!" - оставляя едва заметную белесую полосу, заряд устремился к заданной цели. Попал примерно туда же, что и первый, но взрыв получился более колоритным и смотрибельным, чем предыдущий. Рвануло как в кино - с высоким столбом пламени, пожирающим все живое и не живое.