Марлена Зимна - Высоцкий — две или три вещи, которые я о нем знаю

Однако я не была бы объективной, не упомянув о том, что рассказ Володарского, может быть, чересчур эмоциональный, но и довольно справедливый. Через несколько лет после смерти Высоцкого произошел спор между Володарским и Влади. Касался он дачи Высоцкого, построенной на участке, принадлежащем Володарскому. Нельзя исключить, что конфликт с вдовой Высоцкого способствовал тому, что Володарский охарактеризовал ее именно таким образом. Тем более, что большого желания Высоцкого развестись с Мариной Влади не подтверждает и Оксаиа: «Знаю, что Марина — человек, который был очень нужен Володе. Он ее очень любил. Были мужем и женой. Создали семью. Для некоторых это была странная семья, для них — нормальная. У них были свои проблемы, радости, обиды».

Однако, с другой стороны, на желание своего рода «побега» Высоцкого могли указывать планы, касающиеся его переезда в США. Высоцкий не только планировал этот выезд, он занялся открытием визы (наверное, первый раз не только не пользуясь помощью Марины, но даже не посвящая ее в свою тайну), рассчитывая на поддержку американки Барбары Немчик.

Высоцкий хотел выехать в Соединенные Штаты по многим причинам. Во-первых, после удачного турне по США в 1979 году (повсюду аншлаги, весьма похвальные рецензии в прессе, участие в популярной программе телевидения Си-Би-Эс) он собирался вновь дать несколько концертов в Америке. Во-вторых, некоторые друзья артиста утверждают, что он рассчитывал на помощь американских врачей. И наконец, в-третьих, по сравнению с двумя вышеназванными кажущимися отговорками основная причина — Высоцкий собирался выехать в США с Оксаной. Хотел полгода побыть с ней в Штатах. Не случайно выбрал для их совместного проживания место, где они могли бы освободиться от «опеки» друзей, родных и знакомых. Рано или поздно в Москве Влади все узнала бы. Знала там все его адреса. Об американских контактах Высоцкого она знала немного.

Эдуард Володарский недавно рассказал: «Когда-то во время разговора Володя открылся мне: «Если что-то со мной случится, и я умру, то больше всего мне жалко Ксюшу (Оксану. — Прим. автора) — Я ведь для нее и отец, и любовник, и опекун». Он напрасно боялся за нее. Сейчас это богатая дама и живет в достатке»

Действительно, Оксана Ярмольник живет сегодня небедно. У нее престижная профессия, муж — актер, шоумен, у нее изысканные наряды, шикарное жилье, «Мерседес» с кожаными сидениями и охранник, который не отступает от нее ни на шаг.

Когда она познакомилась с Высоцким, была скромной и бедной выпускницей средней школы. Став студенткой, благодаря Высоцкому она смогла поменять совместную с подругами тесную комнатку в общежитии на собственную квартиру.

Высоцкий трактовал их союз очень серьезно. Он был намерен венчаться с Оксаной в церкви. Правда, она отговаривала: «Володя, нас никогда не повенчают. Ты ведь женат». Но Володя настаивал. Они купили даже обручальные кольца.

Высоцкий был женат на Марине Влади. Хоть и был женат третий раз, однако фактом остается то, что только с Оксаной он хотел повенчаться. Купил кольца. Выбирали их вместе. Валерий Янклович вспоминает: «Не хотел в этом участвовать. Поехали за обручальными кольцами без меня. Я сказал тогда Володе: «Что ты делаешь?!». А он мне на это: «Я хочу жениться на ней. Если со мной что-то случится, хочу, чтобы она знала, что между нами не просто так. Это очень серьезно».». До женитьбы, однако, не дошло. Все планы перечеркнула смерть поэта.

Сейчас кроме Оксаны Ярмольник и нескольких друзей поэта немногие вспоминают о последней большой любви Высоцкого. Правда, сохранились фотографии. На одном из последних снимков Высоцкий лежит на диване, а рядом на стуле сидит Оксана. Известно, что этот снимок существует. Его автор Валерий Нисанов (когда-то сосед поэта) не спешит с его публикацией. Может, набивает цену? Хотя и так понятно, что сегодня этот снимок бесценен.

«НИЧЕГО УДИВИТЕЛЬНОГО, ЧТО ЗАМЕТИЛА ВОЛОДЮ…»

Среди женщин, которые сыграли в жизни Высоцкого большую роль, особого внимания заслуживает, несомненно, Людмила Владимировна Абрамова — вторая жена поэта, мать двоих его сыновей, в этой книге я не раз буду возвращаться к ее личности.

Ее образ очень долго, пожалуй, слишком долго оставался в тени Марины Влади. Помню, как в конце восьмидесятых в тесной московской квартире я и мои друзья, затаив дыхание, слушали песни известной поэтессы, автора и исполнительницы собственных песен Вероники Долиной. Одна из них посвящалась Людмиле Абрамовой, которую Долина назвала второй вдовой Высоцкого. Мало кто из поклонников Высоцкого знал тогда историю их совместной жизни. Громогласно, с изумлением, восхищением и энтузиазмом говорилось только лишь о большой любви Высоцкого к Марине Влади. Мы были просто потрясены, когда с кружащегося черного диска грампластинки зазвучали слова песни, посвященной Людмиле Абрамовой:

Была еще одна вдова в толпе гудящей.Любовь имеет все права быть настоящей.Друзья, сватья и кумовья не на черта ли?А ей остались сыновья с его чертами.

Людмила Абрамова была моложе Высоцкого более чем на полтора года. Когда они познакомились в 1961 году, ее карьера только начиналась. Так утверждают многие ее друзья, те, с кем она училась. Она отличалась большой интеллигентностью, эрудицией и красотой.

Лариса Блинова, которая вместе с Людмилой Абрамовой училась во ВГИКе (Всесоюзном государственном институте кинематографии), вспоминает: «Людмила превосходно знала историю и философию, а также в совершенстве владела английским. Сейчас многие учат этот иностранный язык, а тогда это было большой редкостью. Плюс ко всему Люся была высокой, стройной, красивой. И еще эти ее большие серые глаза! А как она знала литературу! Поражала нас своим знанием поэзии. Она помнила наизусть десятки произведений Гумилева, Цветаевой. Николай Гумилев был у нас тогда запрещен. Мы удивлялись, откуда Люся знает столько его стихотворений. Спросили у нее об этом наивно, как дети: «Когда ты узнала обо всех этих стихах?», а Люся, как настоящий философ, мудро нам отвечала: «Вероятно, еще до своего рождения». Ничего удивительного в том, что она заметила Володю… Я знала их очень хорошо, так как дружила с Люсей, с Володей нас хоть и связывали добрые отношения, я не могу сказать, что мы были близкими друзьями. Может, потому, что я всегда, в любой ситуации принимала сторону Людмилы. Наверняка Володе это не нравилось, он считал, что я не всегда бываю справедливой, но по нему этого нельзя было понять. В целом должна признать, что Володя умел держать себя в руках. Никогда не видела, чтобы он кого-то оскорбил, унизил, хоть все знали, что он умел отлично драться. Но чтобы он «вступил в бой», нужно было действительно задеть его за живое или Люсю… Если кто-то осмеливался на такое, Володя мог из этого наглеца сделать отбивную, причем эффективно, красиво и не так, как в вестернах. Хотя он по своему виду не напоминал Голиафа».