Владимир Хазан - Пинхас Рутенберг. От террориста к сионисту. Том I: Россия – первая эмиграция (1879–1919)

Ознакомительный фрагмент

9. Луи Липский (1876–1963), журналист, писатель, деятель международного сионистского движения. Родился в семье польских эмигрантов в США. Редактор журналов: «Americam Hebrew» (1899–1914), «Macabien» (1901-18), «New Palestine» (1921-28). С 1903 г. член исполкома Федерации американских сионистов (основана в 1898 г.), с 1911 – ее председатель.

10. Насколько эти два мира – мир русской революции и мир сионистов, даже тех, кто родился на территории Российской империи и знал русский язык, были далеки друг от друга и зачастую не имели ясного представления один о другом, лишний раз доказывают воспоминания X. Вейцмана. Будущий президент Всемирной сионистской организации и первый президент Государства Израиль, человек, безусловно, образованный, знающий и информированный, признается в них (этот фрагмент приведен в II: 4), что когда осенью 1914 г. Рутенберг пришел к нему в его манчестерскую квартиру, имени убийцы Гапона он не знал. Ср., в противоположность этому, приводимую в I: 1 новогоднюю открытку жены Рутенберга О.Н. Хоменко, которую она отправила в Швейцарию супругам Рубакиным и поверх текста которой рукой H.A. Рубакина была сделана надпись «для памяти»: «Жена инженера<,> убившего Гапо-на<,> издательниц<а> Рутенберг».

11. Перевод:

Настоящим извещаю Вас, что Ваше имя включено в издание «Кто есть кто в коммерции и индустрии» за 1938 год, в котором представлены биографии крупнейших бизнесменов и финансовых деятелей с мировым именем. Мне доставляет искреннюю радость сообщить, что Ваше имя вошло также в «Международный справочник по бизнесу», который только что увидел свет.

Я хотел бы, чтобы Вы имели эти нужные книги, и я предлагаю их обе по цене одной «Кто есть кто в коммерции и индустрии».

Книги будут отправлены Вам морем сразу, как только Вы заполните и вернете прилагаемое требование.

Искренне Ваш <…>

12. Исаак Адольфович (Ицхак-Ашер) Найдич (1866–1949), промышленник, еврейский общественный и сионистский деятель, член Комитета еврейских делегаций на Парижской мирной конференции; член Всемирного еврейского конгресса; один из основателей Керен ха-Иесод (основного финансового фонда Всемирной сионистской организации и Еврейского агентства), идею которого он долго вынашивал вместе с Г. Златопольским (см. о нем прим. 4 к VI); входил в его правление; в 1920–1927 гг. председатель финансово-экономической комисии Всемирной сионистской организации. Отец художника Владимира Найдича (1903–1980). Происходил из хасидской семьи. Родился в Пинске, где еще в юности познакомился и подружился с X. Вейцманом (их дружба, несмотря на разницу в возрасте – Найдич был старше на 7 лет, – продолжалась всю жизнь). В детстве получил традиционное еврейское и общее образование. В 15 лет примкнул к движению Ховевей-Цион (доел.: ‘Любящие Сион', палестинофилы). В 1903 г. основал в Палестине еврейскую колонию Мигдаль. В 1911 г. был избран в Центральный комитет сионистской организации России (Шескин 1980: 30). Во время Первой мировой войны был представителем русского правительства по торговле с Западной Европой промышленным спиртом. Бежал из Москвы летом 1918 г. на юг, с помощью Рутенберга отплыл из Одессы в Константинополь, оттуда – через Италию – во Францию, где жил до Второй мировой войны. При этом практически потерял все свое состояние, вновь восстановив его в изгнании (эта история повторилась еще раз после эмиграции в Америку). Один из тех, кто широко поддерживал беженскую русскую и еврейскую культуру. Проявлял глубокий интерес к литературе: среди его близких друзей и приятелей было много литераторов, сам всю жизнь писал стихи на иврите, основная часть которых пропала вместе с его богатейшим архивом и библиотекой в оккупированном немцами Париже. Оказал финансовую поддержку О.О. Грузенбергу в издании его книги «Вчера» (Париж, 1938), см. об этом: Грузенберг 1991: 80-100 (ему принадлежит одна из вступительных статей, «О.О. Грузенберг и русское еврейство», к кн.: Грузенберг 1944: 32–44). См., к примеру, написанный им некролог крупнейшего еврейского поэта Саула Черниховского (Найдич 1944: 428-32). «Старый сионист, – писал о нем М.В. Вишняк, – он выделялся из своей среды склонностью к поэзии и литературе, общался с видными представителями русской и еврейской интеллигенции» (Вишняк 1970: 37). 1 апреля 1925 г. присутствовал на открытии Еврейского университета в Иерусалиме. Был одним из тех, кто финансировал рутенберговский проект электрификации Палестины, а также предприятие по добыче калия на Мертвом море, которым руководил другой известный инженер, близкий в России к эсеровским кругам, М.А. Новомейский. После войны вернулся в Париж, где и умер в госпитале после операции. См. о нем в кн.: Naidich 1955; Новомейский 1960: 29–30. Часть архива Найдича находится в New York Public Library. В израильском архиве Рутенберга имеются письма к нему Найдича.

13. И.А. Рубановича не стало 16 октября в Берлине, куда он приехал из Парижа на совещание членов заграничной делегации партии с.-р.

14. Некоторые наблюдения над контаминацией еврейских слов и выражений в текстах русских писателей см.: Хазан 2001: 338-55.

15. Рутенбергу в это время было 33 года. Его внешняя солидность зачастую вводила окружающих в заблуждение относительно точного возраста, см. в воспоминаниях члена БО П.С. Ивановской, описывающей 26-летнего Рутенберга (речь идет о 1905 г.):

Рутенберг был уже не в первой поре молодости. Он казался серьезным и вдумчивым человеком (Ивановская 1928:117).

16. В палестинском паспорте Рутенберга в графе «рост» было указано: 175 см.

17. HIA Box 18 a. Folder 2.

18. При том, что казнь провокатора Гапона была оправданной конкретно-историческими обстоятельствами и моральными принципами, которыми руководствовались революционеры, сам Рутенберг тяжело пережил эту смерть. Насколько нам известно, это была единственная насильственная акция, в которой он когда-либо участвовал. Он и относился к ней как к «самому страшному из насилий», которые допустил в жизни по отношению к другому человеку (из письма к жене из Милана от 30 декабря 1911 г., которое в полном виде приводится в II: 4).

Следует подчеркнуть и тот факт, что Рутенберг не вешал Гапона «своими руками», как утверждает современный исследователь, ошибочно, кроме того, называющий эсера Рутенберга «народовольцем» (Прат 1995: 380).

19. На какую разведку работали два крупнейших еврейских лидера, автор не уточняет, равно как и вопрос о том, что упоминаемое досье могло представлять собой обыкновенную фальшивку (и скорей всего таковой и было) им не обсуждается.

20. ИМЛИ. Фонд М. Горького. КГ-П 67-6-4.

21. Григорий Бостунич (1883-?), взявший фамилию Шварц, был одним из немногих славян, перешедший в разряд «этнических немцев». Родился в Киеве в состоятельной семье. В годы Гражданской войны служил в ОСВАГе. После поражения Добровольческой армии эмигрировал и в начале 20-х гг. поселился в Берлине. Автор большого количества сочинений – как на русском, так и на немецком языках – о «мировой еврейской опасности», «жидо-масонском заговоре» и пр.: «Правда о Сионских протоколах» (1921), «Масонство и русская революция» (1922), «Juedischer Imperialismus» (1933), «Jude und Weib. Theorie und Praxis des juedischen Vampyrismus» (1939), и др.; этой же теме посвящены его пьесы. Познакомившись в середине 20-х гг. с А. Розенбергом, вошел в круг его «идейных» ассистентов. Позднее пользовался особенным расположением Гиммлера и «за неоценимые заслуги перед немецким народом» был произведен в «почетные профессора СС». Собрал уникальную библиотеку в 15 ООО томов, связанную с главной темой его «исследований» – о евреях и масонстве. См. о нем: Norden 1959: 249-50; Laqueur 1965: 122-25; Стефан 1992/78: 47; Дудаков 1993 (passim); Дудаков 2003 (passim).