Карл Сэндберг - Линкольн

В июне, когда началась новая предвыборная кампания, Линкольн вновь выставил свою кандидатуру в законодательное собрание штата.

Как раз в это время Линкольну пришлось столкнуться в спрингфилдском суде с адвокатом Джорджем Форкуэром, который переметнулся от вигов к демократам и после этого получил назначение от правительства демократов на высокий пост с окладом 3 тысячи долларов в год. На крыше своего изысканного дома Форкуэр установил первый в этой части Иллинойса громоотвод, посмотреть на который специально съезжались люди.

После того как в судебном заседании выступил Линкольн, Форкуэр начал свою речь с того, что молодой человек, выступавший только что перед ним, слишком занесся и придется его осадить; жаль, что эта задача выпала на долю его, Форкуэра. После такого вступления он произнес эффектную речь. Тогда поднялся Линкольн со скрещенными на груди руками, спокойно ответил на все аргументы противника и неожиданно закончил свою речь разящим ударом: «Я хочу жить, — сказал он, — я хочу достигнуть положения и признания, но я предпочел бы умереть сейчас, чем дожить, подобно этому джентльмену, до такого дня, когда я изменю своим политическим убеждениям ради должности, за которую платят три тысячи долларов в год, и после этого мне придется устраивать на своем доме громоотвод, чтобы защитить себя от гнева господа бога». Присутствовавшие на этом заседании суда рассказывали, что друзья вынесли Линкольна на плечах.

1 августа выборы состоялись. Графство Сэнгамон из 17 кандидатов в законодательное собрание штата наибольшее число голосов отдало Линкольну. Виги вообще одержали в графстве полную победу, завоевав семь мест в конгрессе штата и два места в сенате.

Вскоре после этой блистательной победы Линкольн держал экзамен перед двумя судьями из верховного суда штата на право заниматься адвокатской практикой, выдержал его, дал своим экзаменаторам обед и 9 сентября получил на руки диплом, дававший ему право выступать в качестве адвоката во всех судах штата Иллинойс. 5 октября Линкольн впервые выступал в спрингфилдском суде вместо Джона Стюарта. С этого времени началось их длительное содружество как юридической фирмы.

В октябре и ноябре Линкольн провел еще три последние топографические съемки и навсегда распростился с этим делом.

Все девять вигов, избранных от графства Сэнгамон в законодательное собрание, были один к одному — ростом в среднем по шесть футов, Линкольн самый высокий, и их прозвали «Долговязой девяткой». Пока они два дня добирались в почтовой карете до Вандейлии, они со всех сторон обсудили тактику, которой следовало придерживаться на предстоящей сессии, — эти представители графства Сэнгамон хотели провести чрезвычайно важный для них закон о переводе столицы штата Иллинойс в Спрингфилд. Когда же они приехали в Вандейлию, то увидели, что жители, испуганные разговорами о переносе столицы в другой город, сломали старое здание законодательного собрания и только-только успели построить в центре главней площади новое. Линкольн обошел все здание, шагая между рабочими, еще заканчивавшими свои дела, и, вероятно, посмеялся тому, что здание едва ли вместит законодательное собрание в его нынешнем составе, не говоря уже о будущем.

Сессия открылась 5 декабря 1836 года. Губернатор штата Дункан в своем послании предлагал оказать финансовую поддержку строительству всех каналов и железных дорог. Между тем к строительству запланированных на прошлой сессии семнадцати железных дорог и двух каналов никто и не думал приступать — не было уложено ни одной шпалы, не вынуто ни одной лопаты грунта. Впервые избранный в законодательное собрание энергичный депутат Стифен А. Дуглас внес новый большой законопроект. Почти каждый город штата хотел получить для себя железную дорогу или канал, и новый законопроект должен был удовлетворить всех путем выпуска и продажи облигаций на сумму в 10 миллионов долларов. В первый же день сессии этот проект был одобрен комитетом, в котором были представлены богатые и власть имущие бизнесмены, в том числе и Томас Матер, президент Спрингфилдского банка.

Вокруг нового законопроекта начались обычные интриги и торговля по принципу: «ты мне почешешь спинку, я — тебе». Линкольн оказался в положении руководителя вигов в законодательном собрании и вместе с «Долговязой девяткой» старался заключить как можно больше выгодных сделок, с тем чтобы обеспечить поддержку при голосовании самого главного для них вопроса — о переводе столицы штата в Спрингфилд. Прошло несколько недель. За это время законопроект был изувечен, расчленен, вновь склеен, пока, наконец, каждый город и каждое графство не получило свой кусок пирога — железную дорогу, канал, право сбора подорожной пошлины или еще что-нибудь в таком роде. В конце концов законопроект был принят.

С огромным трудом «Долговязой девятке» во главе с Линкольном удалось провести через собрание и проект перенесения столицы в Спрингфилд. Был один драматический момент, когда собрание большинством в один голос решило отложить рассмотрение этого вопроса. Ночью Линкольн созвал своих друзей на совещание и каждому из них дал поручение. В течение всей ночи, несмотря на сильную метель, они ходили по домам депутатов законодательного собрания, уговаривали, заключали сделки. В результате делегаты Сэнгамона все-таки добились своего — Спрингфилд стал столицей Иллинойса.

За три дня до закрытия сессии Линкольн выступил с весьма важным и знаменательным для него заявлением. Дело касалось проблемы рабства.

В южных штатах законы запрещали выступать против рабства, агитаторов ловили и вешали. Три миллиона негров-рабов, насчитывавшихся в южных штатах, представляли собой домашний скот, оценивавшийся более чем в миллиард долларов. Вопрос об отношении к рабству раскалывал страну на два лагеря, этот спор возникал внутри политических партий, внутри церкви, ссорил компаньонов по делу и членов одной семьи.

Через всю страну, от рабовладельческих штатов через северные штаты, где рабства не было, и вплоть до канадской границы, протянулась Подпольная дорога. Борцы против рабства скрывали беглецов негров у себя в доме, в погребе или в амбаре; ночью или днем, спрятав беглеца в повозке под сеном, они доставляли его до следующей «станции» Подпольной дороги. Рабовладельцы отправлялись на север охотиться на беглых рабов, часто появлялись они и в Иллинойсе. Бандиты, маскировавшиеся под охотников за беглыми неграми, похищали в Южном Иллинойсе свободных негров, увозили на юг и продавали там. Губернатор Иллинойса представил записку, подтверждавшуюся приложенными к ней материалами из шести других штатов, в которой обращал внимание на то, что вопрос о рабстве становится весьма жгучим.