Киноспекуляции - Квентин Тарантино

и Роберт Вон вырывали целые страницы прямо на съемочной площадке. «Порой они переписывали сценарий на улице».

Сама по себе история более-менее понятна. Непонятно (особенно в середине), что в голове у Буллита, почему он поступает так, а не иначе. Если призадуматься, некоторые его действия вообще не имеют смысла. По крайней мере такого, какой можно облечь в слова. Но пока ты смотришь фильм, пока Буллит фланирует по Сан-Франциско, кажется, что все это имеет какой-то смысл на другом, эмоционально-киношном уровне. Один из продюсеров фильма, Филип Д’Энтони, через несколько лет сделал «Французского связного». И там он выбрал такую же нарративную стратегию. Зритель «Французского связного» тоже полфильма не может понять, что происходит. Мы знаем, что Попай Дойл гоняется за французом с седой бородой, остальные скучные разъяснения для нас не важны. Главное, что смотрится все это живо, бодро и довольно захватывающе… как и фильм Йетса.

В «Буллите» достаточно и необъяснимых моментов, и роялей в кустах, но все это не имеет значения, потому что Йетс, Д’Энтони и Маккуин знают: нам по барабану, пока фильм выглядит круто и не позволяет заскучать.

«Буллит» изменил жанр экшн-фильма (я бы даже сказал, создал его в нынешнем виде), а заодно сломал об колено все условности полицейского процедурала. Эффектная сцена на начальных титрах, написанных стильным шрифтом Пабло Ферро под музыку Лало Шифрина, сразу дает зрителю представление о том, что его ждет. Мы понятия не имеем, что происходит. Но персонажи на экране знают, что делают. И нам плевать, потому что смотрится все это кайфово.

Это первый городской экшн-фильм, который не тратит время на попытки объяснить тайну, а просто переходит из одного мастерски сделанного аттракциона в другой. (Можно сказать, что первым таким фильмом в наше время стал «Голдфингер». Но в его случае фантастичность жанра позволяла больше, чем реалистичность криминального детектива.) И я говорю не только о погоне. Сцена, в которой киллер (Джон Апреа) убегает из больницы, а Буллит и Делгетти гонятся за ним, тоже сделана обалденно. (Посмотрите, как здорово Йетс продумал эту сцену: впору удивиться, как же он сумел так неуклюже запороть саспенс в безжизненном триллере 1981 года «Свидетель».)

«Буллит» – это движение, атмосфера Сан-Франциско, великолепно подобранные и снятые локации, джазовый саундтрек Лало Шифрина, а также Стив Маккуин, его прическа и гардероб.

Все остальное неважно.

Помимо начальных титров, еще одна сцена в начале задает интонацию всему фильму: когда Фрэнк ведет свою девушку на ужин в ресторан под названием «Кофе Кантата». Мы видим, как они едят, общаются и хорошо проводят время. И при этом не слышим ни единого гребаного слова. За всю сцену мы не узнаем об этой паре ничего нового, кроме того, что им хорошо друг с другом и что Фрэнк вообще способен наслаждаться жизнью. Йетсу интересно другое: джаз-бенд, играющий в ресторане, обволакивающая музыка, модная атмосфера заведения, дух Сан-Франциско, идеально подобранные статисты, окружающие Маккуина и Биссет.

Сцена ничего не говорит нам словами. Но мы понимаем суть. Нам нравится находиться в «Кофе Кантате». Нам нравится смотреть на то, как Маккуин и Биссет вместе кайфуют в атмосфере Сан-Франциско[24].

Ни одного слова, но при этом все сказано.

Дон Сигел не раз за свою карьеру превосходно подбирал локации, и через три года он тоже очень неплохо запечатлеет Сан-Франциско в «Грязном Гарри» (хотя половина фильма будет снята на студийной площадке Universal). Но никто и никогда не снимал Сан-Франциско так, как это сделал единственный раз в своей жизни Питер Йетс. Он использует локации так динамично, что сразу виден человек, мастерски владеющий кинематографическим стилем. Одна из причин этой динамичности в том, что режиссер на 30 дней выбился из графика. Йетс снимал кино, а не календарно-постановочный план. После этого он сделал еще немало хороших фильмов: «В отрыв», «Краденый камень», «Друзья Эдди Койла» (перехваленный), «Бездна», «Маманя, Бюст и Живчик» (недохваленный), – но ни разу не сумел продемонстрировать такую уверенность и такое чувство стиля, как в «Буллите». А если бы сумел? Если бы ему удалось повторить то, что он сделал в «Буллите», еще четыре раза? Он стал бы главным экшн-режиссером 1970-х (после Стивена Спилберга и Сэма Пекинпы). Я сказал об этом кинокритику Элвису Митчеллу, и тот ответил: «Да если бы он сделал это хотя бы еще один раз, он вошел бы в пантеон кинематографа»[25].

Но есть еще и Стив Маккуин в роли Фрэнка Буллита.

Тот, ради кого мы в зале.

Тот, на кого мы смотрим.

Тот, благодаря кому вся эта херня взлетает.

Во всей истории голливудских кинозвезд мало найдется примеров, чтобы кинозвезда делала так мало и добивалась столь многого, как Маккуин в этой роли в этом фильме. Роль совершенно пустая, но благодаря ему становится грандиозной. Он практически ничего не делает, но никто в истории кино не умел так ничего не делать, как Стив Маккуин.

У Маккуина было много замечательных ролей, но запомнить его надо именно по этой. Потому что в этой роли он делает то, чего не могут ни Ньюман, ни Бетти.

Он просто существует.

Наполняет экран собой[26].

Я не хочу сказать, что Маккуин играет себя. В реальной жизни Стив Маккуин был совсем не похож на Фрэнка Буллита. Фрэнк Буллит – творение Маккуина.

Достижение тут в том, насколько минималистично это творение и насколько минимализм становится ключом к успеху в создании образа. В реальной жизни Стив Маккуин был довольно взрывным человеком. Дон Сигел в автобиографии вспоминает, что на съемках «Ада для героев» они несколько раз чуть не подрались. Похоже, что Маккуин и Бобби Дэрин, игравший с ним в этом фильме, терпеть не могли друг друга. Когда известный голливудский хроникер Джеймс Бэйкон сказал Дэрину, что считает себя злейшим врагом Маккуина, Бобби, со свойственным ему сицилийским темпераментом, ответил: «Пока я жив, это не так».

Но лейтенант Фрэнк Буллит в исполнении Маккуина совсем не взрывной. Он эталонный образец спокойствия.

Мало того что он харизматичен и по-хулигански обаятелен, как умел быть харизматичен и обаятелен Маккуин.

Фрэнк Буллит еще и хладнокровен как рептилия.

Ничто не может вывести его из себя.

Ничто не заставит его утратить спокойствие.

Когда жадный до власти зампрокурора Чалмерс в исполнении Роберта Вона отчитывает Буллита в больнице, обвиняет его в некомпетентности и угрожает разрушить его карьеру, Буллит не реагирует.

Не взрывается в ответ.

Не говорит: «Послушай, Чалмерс, у меня человек чуть не погиб из-за твоего задания, врачи прямо сейчас борются за его жизнь!»

Буллит просто смотрит на него.

Не матерится беззвучно.

Когда Чалмерс уходит, не закатывает глаза. Не корчит гримасу и не говорит сквозь зубы: «Ну и мудак», – или что там говорили в таких случаях в 1968-м.

Вернувшись к своему напарнику Делгетти,