Памела Треверс - С днем рождения, Мэри Поппинс

— Это, должно быть, брат нашего полисмена, тот, что с деревянной ногой, — шепнула Джейн Майклу.

— Чудесный лев! Красивый лев! — ласково проговорил второй полисмен.

Лев, заслышав его голос, с рычанием вскочил на ноги.

— Тише, тише! Будь умницей. Ах, как он грациозен! — умилялся второй полисмен.

Он смело откинул со лба зверя гриву, взглянул в круглые глаза с золотыми искорками и вздрогнул. Лицо его озарилось радостью.

— Корсар! Это ты, мой дорогой старый друг! — Он раскрыл объятия, и лев кинулся к йему. — О, Корсар! Ты снова со мной! После стольких лет! — рыдал второй полисмен.

— Р-ррр! — рычал лев, слизывая слёзы с его лица.

Почти целую минуту, пока лев и полисмен замерли в объятиях, не было слышно ничего, кроме радостного «Корсар-рр» и ответного «р-ррр».

— Но как ты здесь оказался? Как нашёл меня? — расспрашивал второй полисмен.

«Ур-ррр!» — ответил лев, кивая в сторону коляски.

— Неужели? Как она добра! Мы будем благодарны ей всю жизнь! Правда, Корсар? Если я могу что-нибудь сделать для вас, мисс Поппинс…

— Живите счастливо и не беспокойтесь обо мне! — отмахнулась Мэри Поппинс. — Прекрати сейчас же! — строго прикрикнула она на льва, который кинулся лизать ей руку.

Лев отскочил к своему другу.

«Р-ррр? Ур-рр?» — вопросительно прорычал лев.

— Пойду ли я с тобой? А как же ты думаешь! Неужели я смогу снова расстаться с другом?

Обняв льва, второй полисмен повернулся и собрался уходить.

— Эй! — сердито закричал первый полисмен. — Куда это вы?

И куда ты ведёшь этого зверя?

— Это он меня ведёт! — ответил второй полисмен. — А идём туда, где были и будем теперь всегда!

Его прежде унылое лицо сияло радостью.

— А что станется со светофором? Кто будет следить за ним?

— Я дал зелёный свет! Навсегда! — ответил второй полисмен. — И больше это меня не интересует, Эгберт! Пусть машины сами разбираются!

Он подмигнул льву и разразился весёлым смехом. И они, обнявшись, живо о чём-то болтая, направились к воротам парка. Лев шёл на задних лапах, бережно поддерживая прихрамывающего друга.

В последний момент они обернулись, прощально помахали всем остальным и скрылись за воротами.

Хранитель Зоопарка взмахнул сачком:

— Надеюсь, они пошли не в Зоопарк? У нас нет свободных клеток!

— Главное, что они ушли из парка! — Премьер-министр спустился с ветки. — Мы ведь с вами уже встречались, не так ли? — обратился он к Мэри Поппинс, снимая шляпу. — Простите, не припомню, где это было.

— В воздухе! На красном воздушном шарике! — Она чуть склонила голову, как и полагается истинной леди.

— Ах да! Гм-гм… — смущённо промямлил он. — Впрочем, мне пора. Кое-какие законы написать.

И он важно удалился, опасливо поглядывая по сторонам, не появился ли ещё один лев.

— Полисмен! — приказал Лорд-мэр, спрыгивая со своей ветки. — Немедленно отправляйтесь в дорожную будку и переключите зелёный свет на красный! Вы только подумайте, транспорт может делать всё, что ему заблагорассудится! Неслыханно!

Полисмен почтительно кивал, потирая намятые львом бока.

— Слушаюсь, ваша честь! — отчеканил он и ровным шагом промаршировал к выходу из парка.

— Что же касается вас, Смит, — обратился Лорд-мэр к сторожу, — это непростительная ошибка! В ваши обязанности входит следить за парком! Но что я нахожу, придя сюда просто прогуляться? Повсюду натыкаешься на опасных диких зверей! Вы разочаровываете меня всё больше и больше! Я вынужден оповестить об этом инциденте самого Короля!

Сторож со стоном упал на колени.

— О, пожалуйста, не оповещайте, ваша честь! Подумайте о моей бедной старой матери!

— Вам следовало бы самому подумать о ней, прежде чем впускать сюда льва!

— Но я не впускал его, ваша честь! Честью клянусь! — плаксиво оправдывался сторож. — Он сам перепрыгнул через ограду! А если уж кто и виноват, то… — И он боязливо покосился на Мэри Поппинс.

Лорд-мэр тоже с опаской посмотрел на неё и расплылся в улыбке.

— Ага! — воскликнул он. — Приятно снова видеть вас, мисс… э-э-э…

— Поппинс, — вежливо подсказала Мэри Поппинс.

— Да-да, именно Поппинс. Очаровательное имя! Уверен, будь вы, мисс Поппинс, на месте Смита, такого безобразия никогда бы не случилось!

Лорд-мэр откланялся и зашагал вниз по аллее. Его советники тоже отвесили церемонные поклоны и толпой поспешили следом за ним.

— Знали бы вы, ваша честь… — хихикнул сторож, когда Лорд-мэр был уже достаточно далеко, — что, будь она на моём месте… Ха-ха, вот умора!.. Такое могло бы случиться!

— Будь я на вашем месте, то первым делом поправила бы галстук! — назидательно заметила Мэри Поппинс и прикрикнула: — Джейн и Майкл! Немедленно слезайте с фонтана! И вытрите лица! Вы чумазы, как два неумытых мавра!

— Не могут же все быть такими, как вы, — язвительно заметил сторож.

— Не могут, — согласилась Мэри Поппинс. — И очень жаль! — И она решительно покатила коляску вперёд.

— Ну, Мэри Поппинс, расскажите о… — пристал к ней Майкл, которому не давал покоя лев.

— Не нукай, я не лошадь! — сердито оборвала его Мэри Поппинс. — И будьте добры, не путайтесь под ногами!

— Бесполезно, Майкл, — шепнула Джейн. — Она никогда ничего не объясняет.

Но Майкла уже было не остановить.

— Ладно. Пусть о льве нельзя говорить. А в ваш свисток можно хотъ хоть разочек?

— Конечно, нельзя! — на ходу бросила Мэри Поппинс.

— Я буду страшно удивлён, Мэри Поппинс, — в сердцах воскликнул Майкл, — если вы хоть когда-нибудь хоть что-нибудь нам разрешите!

— Я тоже удивлюсь, — насмешливо улыбнулась она.

Парк уже погрузился в предвечерние сумерки. Люди слезали с деревьев и спешили вернуться домой — подальше от непредвиденных опасностей.

Со стороны дальних ворот долетали непонятные звуки — грохот, тки, свист и скрип. Выскочив наружу, дети увидели длинную вереницу машин, вытянувшуюся вдоль всей улицы. Ярко горел немигающий красный глаз светофора. Автомобильные гудки слились в один бесконечный вой. Водители высовывались из кабин и потрясали салаками.

Только полисмен был абсолютно спокоен. Ему дали приказ, и он чётко выполнял его.

— А ваш брат Альберт уехал навсегда? — громко спросила Джейн, стараясь перекричать невообразимый шум.

— Знать не знаю, — пожал он плечами. — Не моё это дело.

Мэри Поппинс резко развернула коляску, и они двинулись обратно по главной аллее. Близнецам и Аннабел надоело играть с голубым утёнком, и они уронили его на землю. Никто этого не заметил. Джейн и Майкл были полностью поглощены воспоминаниями о сегодняшнем приключении. А Мэри Поппинс вся ушла в мысли о… Мэри Поппинс.

— Интересно всё-таки, куда отправился Альберт? — спросил Майкл, как бы ни к кому не обращаясь.

— Ты меня спрашиваешь? — откликнулась Мэри Поппинс. — Откуда же мне знать?

— А я-то думал, вы всё знаете, — разочарованно протянул Майкл. — Я был просто уверен в этом!

Свирепое выражение на её лице смягчилось.

— Может быть, и знаю, — загадочно проговорила она, выкатывая коляску за ворота парка.

— Элин! — донёсся до них голос миссис Бэнкс, едва они вошли в переднюю. — Вытри, пожалуйста, пыль на каминной полке, как освободишься! Это вы, дорогие мои? Чудесно! — встретила она детей весёлым восклицанием.

В свою очередь, Элин, поднимавшаяся по лестнице, встретила их по-своему — громким чихом:

— А-апчхи!

Чашки с молоком, которые она несла на подносе, опасно подпрыгнули и звякнули.

— Поскорее шагай, Элин! — поторопил её Майкл, прыгавший вверх по ступенькам позади неё. — Какая же ты черепаха!

— А ты… а… а-апчхи!.. Бессердечный мальчишка! — с обидой проговорила она, ставя поднос на столик в детской.

Дети, толкаясь, вбежали в комнату. Элин вытащила из кармана передника тряпку и принялась стирать пыль с фигурок мисс Эндрю.

— На ужин кексики с изюмом! Чур, мне самый большой! — закричал Майкл.

Мэри Поппинс застегнула фартук.

— Майкл Бэнкс!.. — нахмурившись, начала было она, но её прервал дикий вопль Элин.

— Ой-ой! — вскрикнула горничная, попятилась и налетела на шаткий столик с подносом.

Блямс! — грохнулись на пол чашки, расплёскивая горячее молоко.

— Это он! — визжала Элин. — Ох, что я теперь буду делать?!

Она стояла в луже молока и показывала на полку камина.

— Кто — он? — закричали Майкл и Джейн. — Что случилось, Элин?

— Там! Под бананом! Собственной персоной! А… апчхи!

И она ткнула трясущимся пальцем в одного из фарфоровых охотников, улыбавшегося в объятиях фарфорового льва.

— Ну конечно! — воскликнула Джейн, присмотревшись к фигурке. — Он же точь-в-точь Эгберт, наш полисмен!

— Мой возлюбленный в лапах дикого зверя!