- Клэнси Том

На следующем проходе над 'Маяком', пилот 'четыре-один' замедлил машину. V-22 наклонился назад, крылья повернулись в вертикальное положение, и скорость быстро упала. Винты начали разворачиваться в 'вертолетное' положение. 'Два-четыре' остался прикрывать в воздухе, тогда как 'Четыре-один' пошел на посадку. Командир экипажа подошел к аппарели и осмотрелся. Рядом с ним стрелок водил стволом пулемета калибра 12,7 мм из стороны в сторону, готовый ответить на любую угрозу. Командир начал давать пилоту указания, направляя большую и толстую 'птичку' к месту посадки.

Второй 'Оспри' тем временем продолжал описывать круги над районом. Оператор турели осматривал дверные проемы, крыши, балконы и скопления машин на стоянках, стараясь найти какой-либо источник угрозы, чтобы вовремя нейтрализовать ее и не дать сбить его машину или ту, что пошла на посадку.

'Стойкий четыре-один' приземлился, но два больших винта не снизили обороты. Они не собирались глушить двигатели. Все восемнадцать морских пехотинцев в хвосте самолета поднялись и бросились вперед, хотя не видели ничего из-за поднятой пыли. Они разделились на две группы по обе стороны машины и двинулись вперед, заняв позиции у ворот и забора. Те, что были у ворот, направили оружие на парк, остальные забрались на разбитые машины и прочее, чтобы получить обзор на здания и прочие объекты за забором.

Ребятам из морской пехоты окрестности показались пост-апокалиптическим городом-призраком. На улицах лежали тела, горели машины, сотни окон в окрестных зданиях были выбиты. Надрывались автомобильные сигнализации. Обломки Ми-8, лежавшие в центре парка, превратились в гору пепла, но от них все еще поднимался черный дым.

Морские пехотинцы знали, что противник оставался рядом. Вдали раздался выстрел из снайперской винтовки. С 'Маяка' открыли ответный огонь, заставив врага залечь.

С 'Оспри' в воздухе заметили позицию снайпера, и пилот отвернул в сторону, чтобы стрелок у десантного люка смог отрыть по нему огонь. Тот дал несколько очередей из 12,7-мм пулемета, убив снайпера и заставив несколько вооруженных людей поблизости броситься в укрытие.

Когда морские пехотинцы заняли позиции, из здания появились выжившие. У всех живых и не раненых было при себе оружие.

Дом и Динг несли завернутое в мешок тело начальника Киевской резидентуры Кита Биксби. Джон Кларк помогал идти контрактнику, получившему рикошет в руку. Кларк передал его командиру экипажа 'Оспри' и остановился у аппарели десантного отделения.

За свои почти полвека службы в армии и разведке, в США и НАТО, Джону Кларку доводилось летать почти на всех типах летательных аппаратов, винтовых, турбовинтовых, реактивных самолетах, не говоря уже о вертолетах.

Но когда он подошел к аппарели 'Оспри', в животе похолодело.

Конвертоплан был многообещающей схемой, но момент, когда он переходил из вертолетного в самолетный режим, не вызывал у Кларка доверия.

Тем не менее, риск врезаться в землю выглядел очень незначительным по сравнению с гарантией быть разорванным пополам очередью русского бандита с 'Калашниковым' - если они здесь задержаться. Это помогло Кларку собраться с силами, сделать шаг вперед и подняться на 'Оспри'.

Тридцативосьмилетний подполковник Барри 'Мидас' Янковски был последним из выживших, поднявшимся на борт Конвертоплан. Пока выжившие и треть морпехов занимали свои места, он и еще один 'дельтовец' быстро установили подрывные заряды на машинах рядом со зданием. 'Мидас' прикрыл сержанта 'Дельты' с детонатором, пока тот не поднялся на 'Стойкий Четыре-один', а затем побежал следом, развернулся и припал на колено у люка, держа свой 'НК' наготове. Пулеметчик взял страховочный трос и закрепил его на броне 'Мидаса'. Командир экипажа скомандовал пилоту:

- Все на борту. Взлетаем.

Крупные двигатели взревели еще громче, и машина поднялась в воздух.

'Стойкий четыре-один' плавно перешел в самолетный режим и начал описывать круги, прикрывая 'два-четыре', приземлившегося, чтобы забрать морских пехотинцев. Как только второй 'Оспри' взлетел, сержант 'Дельты' нажал на кнопку на дистанционном взрывателе. Шесть внедорожников превратились в огненный шар, грибовидным столбом поднявшийся в небо.

Оба 'Громовых цыпленка' довернули на север и помчались прочь.

Вся операция, с того момента, как 'Оспри' появились в относительной тишине до того, как грохот винтов умолк окончательно, заняла всего пять с половиной минут.

ГЛАВА 46

Тридцать лет назад

Аналитик ЦРУ Джек Райан провел вечер на втором этаже своего дома в Чатэме, занимаясь раскраской карандашами корабликов. Вообще-то, он мало занимался этим делом лично, сидевшая у него на коленях пятилетняя Салли, склонившись над книжкой-раскраской, занималась этим искусством с гораздо больше энергией, чем мог бы уделить ему Джек. Он уже несколько раз пытался ссадить ее, но всякий раз она бурно протестовала, требуя, чтобы папа побыл с ней. Джек знал, что в этой битве Салли была обречена на победу. Ему хотелось побыть с дочкой, но и нужно было уделить некоторое время книге, над которой он работал.

Но этот бой ему было суждено проиграть. Салли словно ощущала тот момент, когда папа отвлекался от создаваемого ею шедевра.

- Ну посмотри! - говорила она, и он с улыбкой слушался.

Пока Салли раскрашивала кораблики, Джек пытался набросать в уме несколько абзацев, и у него это не получалось. Он также периодически поглядывал на STU - предоставленный ЦРУ телефон защищенной связи, выглядящий дополнением к его ценному приобретению, компьютеру 'Apple IIe'. Он ждал, что в любой момент мог раздаться звонок из Лэнгли по поводу списка имен сотрудников и клиентов швейцарского банка, переданного ему на днях британской разведкой. Сколько бы ему не хотелось побыть с дочкой перед сном, он был человеком, которого могли оторвать от своих дел в любой момент из-за важной информации.

К счастью, в комнату с улыбкой зашла Кэти:

- Салли, поцелуй папу и пошли спать.

- Нет! - взвизгнула Салли. Уложить ее всегда было проблемой, и попытка отвести ее в свою комнату всегда сопровождалась криками и слезами, но Джек и Кэти знали, что все станет гораздо хуже, если не уложить ее сейчас. Кэти решительно ее на руки и унесла.

К счастью, небольшая истерика оказалась недолгой - Джек услышал, как она уже о чем-то чирикала с мамой, оказавшись в коридоре.

Джек коснулся клавиатуры своего компьютера 'Apple', собираясь немного поработать над своей последней книгой, биографией адмирала Уильяма Ф. Хэлси. Новый компьютер оставался для него чудом. Перейти на него с пишущей машинки было нелегко - его все еще раздражали мягко пружинящие пластмассовые клавиши и отсутствие привычного стука пишущей машинки - но, вместе с тем он мог делать поправки в тексте несколькими нажатиями клавиш, и хранить более ста страниц своего творения на одной-единственной 5,25-дюймовой дискете. Это сильно помогало смириться с раздражающей клавиатурой.

Он набрал всего несколько абзацев, когда зазвонил телефон защищенной связи. Джек вставил пластиковую карточку в разъем на передней стенке устройства и поднял трубку. Синтезированный голос снова и снова повторял 'ожидайте синхронизации'. Джек терпеливо ждал. Наконец, после пятнадцати секунд ожидания и фразы 'линия защищена', Райан ответил:

- Алло?

- Привет, Джек! - это был директор ЦРУ по разведывательной работе адмирал Джеймс Грир.

- Добрый вечер, адмирал. То есть, простите, я хотел сказать, добрый день.

- И тебе доброго вечера. У меня есть некоторые сведения от аналитиков по персоналу и клиентам РПБ.

- Здорово. Я хотел сказать, что я не думал, что вы позвоните сами. Случилось нечто такое, что сам директор по разведывательной работе решил лично взять трубку и сообщить мне, или я слишком много о себе думаю?

- Очень боюсь, что второе. Запрос пришел мне лично, так что я сам решил и ответить. Ничего, чтобы поймать кого-либо за шкирку. Список сотрудников - полный ноль. Эти швейцарские банкиры загадочны, как... как швейцарские банкиры.