- Клэнси Том

- Я слушаю.

- Мать говорила, что ты звонил вчера вечером. Извини, что не удосужился подойти.

- Все нормально. Я знаю, что тебя загоняли по поводу Сергея и Украины. Я надеюсь, что у тебя все будет в порядке.

- Все хорошо. Мы вернулись в резиденцию и все пошло, как прежде. Правда, здесь разворотили всю ванную комнату.

- Быть того не может. Папа, извини, что не позвонил. Был реально загружен.

- Все в порядке. По себе знаю, что это значит.

Райан-младший усмехнулся.

- Ну как у тебя вообще?

- Замечательно.

- В Лондоне здорово, да? - Джек мог услышать в голосе отца энергию, словно он сам вспоминал через него этот город, в котором тоже когда-то жил.

Джек-младший только вяло пробормотал:

- Точно.

Последовала пауза. Джек-старший спросил:

- Все ведь нормально?

- Ну, кое-что надо наладить.

- Что-то не так? Какие-то проблемы?

- Да нет, папа. Все нормально.

Джек-старший снова сделал паузу:

- Ты же знаешь, что можешь со мной поговорить.

- Конечно. Все хорошо. Просто работа достала.

- Понимаю, - отец сменил тему, хотя понял напряженность в голосе сына. - Ты не мог бы кое-чем мне помочь?

Джек-младший расслабился.

- Конечно. Было бы неплохо как-то отвлечься.

- Помнишь Бэзила Чарльстона?

- Конечно. Хотя это было давно... Ему же уже должно быть за восемьдесят?

- Вот в этом и проблема. У меня есть к нему пара вопросов, которые я бы хотел обсудить с ним лично, но у меня какое-то предчувствие, что ему трудно будет говорить по телефону. Последний раз, когда я звонил ему, он половину не услышал.

- Он все еще живет в Белгравии?

- Да.

- Я смогу заехать, но не очень надолго. Что мне спросить у него?

- Около тридцати лет назад в Европе случилась серия убийств. Тогда некоторые полагали, что ответственность за них нес агент КГБ с позывным 'Зенит'. Мы обнаружили некоторые неподтвержденные данные в одном старом деле, которые наводят на мысль, что 'Зенит' - это Роман Таланов.

- Нихрена себе, - ответил Джек-младший.

- Это все, в основном, мои догадки, но я не хочу зафантазироваться. Мне нужно знать больше. Кодовое слово 'Бедрок' появилось из дела, связанного с убийствами 'Зенита'. Я не знаю, это человек, место, или, может быть, операция. Нам нужно знать, что это такое. И если кто-то может это помнить, то это сэр Бэзил.

Райан-старший объяснил, что вроде бы именно Чарльстон сделал пометку 'Бедрок' в документе, и что секретарь немедленно перешлет документ по электронной почте.

- Судя по всему, это секретные документы разведки. Зачем ему говорить со мной?

- Бэзил не откажется поговорить с тобой, - сказал Джек-старший. - Он же знает, что ты работал на Джерри.

Джек-младший знал, что разговор с отцом шел по закрытому каналу, и что отец тоже знал об этом. Тем не менее, он не решил сказать прямо. Но то, что Чарльстон знал, что он 'работал на Джерри' означало, что он знал о 'Кампусе'. Это удивило Джека.

- Действительно?

- Абсолютно. Он знает, что ты был аналитиком, и знает, какими делами ты занимался с Джерри.

- Ладно. Еще вопрос. Разве это было не в те времена, когда мы жили в Англии?

- Да, именно тогда. Я хорошо помню это дело. Ты тогда был совсем карапузом.

- Папа, ты не обижайся, но это было очень давно. Как ты думаешь, Бэзил что-то вспомнит, если об этом 'Бедроке' ничего не было в документах SIS?

- Джек, ты же лучше многих знаешь, что не каждая важная операция запечатлеется для потомков. Если 'Бедрок' был настолько важен, что ему не нашлось места в мемуарах, то Бэзил, скорее всего, будет хорошо помнить.

- Я тебя понял. Я спрошу. Но ты действительно думаешь, что есть шанс, что к этому причастен Таланов?

- Этого знать нельзя. Я научился не слишком полагаться на единственный отрывок информации. Мне нужно больше, чтобы в чем-то убедиться.

- Но тебя это заинтересовало настолько, что ты решил найти 'Бедрока'.

- Верно, - сказал Джек-старший, но затем спохватился: - Выследить? Я говорил только поговорить с Бэзилом. Я не хочу, чтобы ты кого-то выслеживал.

- Точно, - ответил Джек-младший.

- Расскажешь, что у тебя на работе?

- Занимаюсь махинациями русских. Обманывают по части бизнеса и прав собственности. Лгут с бесстрастным лицом и используют судебную систему, чтобы красть и запугивать.

- Все насколько плохо?

- Ты не повершишь, - затем Джек-младший сам спохватился. - Хотя о чем я говорю? Ты же работал нос к носу с КГБ.

- Очень верно подмечено, - сказал Райан-старший. - И как, хотя бы нравится работа?

Райан-младший вздохнул.

- Достало. Я несколько лет мечтал о справедливости. О том, чтобы выслеживать и останавливать плохих парней. Но здесь я гоняюсь за плохими парнями, но максимум, на что я могу рассчитывать, это на то, что суд, не имеющий никаких полномочий по отношению к ним постановит арестовать какие-то захапанные ими активы, чего, вероятно, никогда не случиться.

- Справедливость вообще вещь неторопливая.

- А тут еще вообще никаких подвижек. Мой начальник, Хью Кастор, видимо, боится трогать какую-либо грязь, непосредственно связанную с siloviki в кремле. Я понимаю, что он не хочет увязнуть в суде или чтобы наши сотрудники начали преследоваться властями, но мы слишком легко отпускаем реальных преступников.

- Не думаю, что могу чем-то помочь, но я бы тоже хотел заставить некоторых бесполезных уродов задуматься над своим поведением. Если бы здесь были Динг, Джон, Сэм и Дом, я очень уверен, что мне бы не пришлось копаться в старых договорах.

- Понимаю. Когда я работал аналитиком, была пара случаев, когда я знал, что что-то нашел, но вышестоящие так не думали. Мало что может быть более отвратительным.

- Я отправил тебе документ, который тебе нужно будет показать Бэзилу, - сказал Джек-старший. - Этого, а также того, что я тебе уже сказал, будет достаточно, чтобы заставить его покопаться в памяти. Не буду вдаваться в подробности, так как это долгая история, да и я сам уже всего не помню.

- Без вопросов. Я поговорю с Бэзилом и передам тебе, что он скажет. Вообще довольно забавно.

Джек-старший слегка рассмеялся.

- Вряд ли я могу обещать тебе нечто большее, чем несколько минут беседы с восьмидесятилетним стариком, но мне хотелось бы на что-то рассчитывать.

- Все нормально, папа. Ты же знаешь, мне нравиться слушать сказки.

Голос президента потяжелел:

- Не в этот раз, сынок. Мне кажется, что в этой истории счастливого конца не планируется.

ГЛАВА 36

Тридцать лет назад

Джек Райан проснулся от слабого стуку капель дождя, хотя вряд ли понял это. Это была Англия, и отсутствие дождя в это время года было удивительным. Он медленно протянул руку, и наткнулся на теплое плечо жены. Было без двадцати шесть, и Кэти еще спала, что Джек находил вполне разумным.

Будильник был установлен на без пятнадцати шесть, так что Джеку пришло время просыпаться. Он протянул руку, выключил будильник и выбрался из кровати. Он побрел на кухню, сделал кофе и направился к дверям, чтобы взять утреннюю газету.

На улице было абсолютно тихо. Райаны жили в Северном Кенте, в Чатеме, находящемся в пятидесяти километрах к северу от Лондона. Они были простой парой с улицы Гриздейл Клоз, выходящей на шоссе, ведущее к столице. В первом по улице доме их каждое утро видели выезжающими с улицы на машине с включенными фарами.

Все соседи знали, что Кэти была хирургом в Хаммерсмитском госпитале, а Джек - чиновником на скучной должности в американском посольстве. Хотя официально все так и было, истина была намного интереснее, чем сплетни, ходящие за живыми изгородями на Гриздейл Клоз.

Молодой американец был аналитиком из ЦРУ.

Джек заметил, молочник принес обычную половину галлона*. Их дочь Салли выпьет все до капли до приноса следующей. Он поднял тару, а затем поискал газету, лежавшую в кустах рядом с дверью. Экземпляр 'Интернейшнл Геральд Трибьют' была завернут в полиэтиленовый пакет, чтобы уберечь его от дождя, что говорило о том, что мальчишка-разносчик относился к своей работе лучше, чем от него требовалось.