Когда-нибудь мы будем улыбаться - Мария Франк

салоне, – шепчу, смахивая слезы, которые уже совсем не от счастья. Мне страшно. Не знала я, что они так скоро увидят мою татуировку.

– Где ты деньги взяла? – грозно спрашивает папа.

– Паша дал.

Мама легонько проводит по надписи и улыбается. Меня это удивляет.

– И что здесь написано?

– «Ты навсегда в моем сердце». Это в переводе с английского.

– Почему ты решила ее сделать? Про кого эта надпись?

Слезы снова дают о себе знать. Мама давит, на самое больное.

– Про друга, – шепчу, вытирая глаза.

– Парень твой?

Я качаю головой.

* * *

Господи, как же быстро летит время, пока ты счастлив. Когда тебе плохо – оно идет медленно.

Один из самых лучших дней в моей жизни.

Целый день мы сидим с родителями на кухне, разговаривая о всякой ерунде. Мама расспрашивает меня обо всем, будто мы чужие люди и ничего не знаем друг о друге. Хотя, по сути, так и есть. Они совсем не знают обо мне. Не знают, какая я есть на самом деле. Они даже не догадываются, что происходит у меня внутри, пока я им улыбаюсь.

Мама берет меня за руку.

– Лерочка, мы уже пойдем.

– Куда? – ошарашено спрашиваю.

Неужели они сейчас снова пойдут к своим друзьям? Неужели их трезвое состояние, не продлится больше, чем полдня?

– Мы спать пойдем, – отвечает отец.

С грустной улыбкой, киваю.

Мне совсем не хочется, чтобы этот момент когда-либо заканчивался. Просто хочется сидеть с ними на этой кухне всегда.

Мама целует меня в макушку, и они с отцом выходит из кухни, оставляя меня одну. Сердце разрывается просто от осознания того, что все закончилось. Боль длится вечно, а радость – мгновенье. И это мгновенье, уже закончилось.

Услышав звонок в дверь, невольно иду открывать, смахивая слезы. На пороге стоит Юля, широко улыбаясь.

– Привет, милая, – радостно говорит она и сразу же обнимает меня.

– Я сейчас задохнусь.

Подруга отпускает меня.

– С днем рождения, дорогая!

– Спасибо, Юль.

Выдавливаю из себя улыбку. Красильникова протягивает мне какой-то красный пакет.

– Это тебе.

Открыв пакет, не сдерживаю улыбки. В нем находится целая гора косметики. Чисто женский подарок.

– Нужно хотя бы иногда быть девочкой.

– Я и так девочка, – замечаю я.

– Я и не спорю. Просто ты все время носишь джинсы с кроссовками, и совершенно не красишься.

Закатываю глаза на такую речь. Да уж, тональный крем, мне совсем не навредит, учитывая огромные синяки под глазами.

– Спасибо, – искренне благодарю, обнимая подругу. – Пойдем на кухню.

Юля кивает и, сняв верхнюю одежду, следует за мной на кухню.

– Вау, ты пила из трех кружек? – подняв одну бровь, спрашивает Красильникова.

– Нет. Я пила чай с родителями.

– Что? – у подруги слишком ошарашенный вид. – Они разве пьют что-то еще, кроме алкоголя?

– Юль, я сама до сих пор в шоке. Не могу поверить в это. Я и не помню, когда вообще видела их последний раз трезвыми, не считая сегодняшнего дня. Прикинь мои глаза, когда я увидела трезвую маму. Я рыдала, как маленький ребенок.

– Я в шоке.

– Я тоже, – ухмыляюсь подруге.

Сделав чай, сажусь напротив Юли, которая внимательно за мной наблюдает.

– Как у тебя рука? Раны полностью зажили?

Молча, киваю. Подруга замечает мою татуировку, и ее глаза расшириваются.

– Лерка, когда ты успела?

– Сегодня утром.

– У меня нет слов. Ты сделала тату. Ты.

Я ухмыляюсь.

– Зачем ты ее, черт возьми, набила?

– В память об Антоне, – тихо отвечаю, опустив взгляд.

* * *

– Извини, но мне пора, – говорит подруга, и на ее лице появляется извиняющая улыбка.

– Все нормально.

– Ты еще не решила в школу идти?

Я хмурюсь.

– Вместо меня, это решила мама.

– В смысле? – удивляется Юля.

– В прямом. Я пойду послезавтра в школу. Завтра у меня, последний день свободы.

На лице подруги появляется широкая улыбка. Она машет мне рукой и выходит из квартиры. Закрыв дверь, грустно улыбаюсь. Мне становится дико грустно. Ну, вот и закончился мой день рождения.

Это мой первый день рождения, в котором я была счастлива. Но не до конца. Если бы Тоша был рядом, это было бы лучшим подарком.

Смотрю на татуировку, не сдерживая эмоций. Смотря на кольцо, становится как-то спокойнее.

На часах уже десять вечера, и я решаю пойти спать.

Завтра меня ждет трудный день. Мне необходимо сходить в место, где внутри все рассыпается на части.

Приняв душ, иду в свою комнату. Татуировка отзывается дикой болью, когда я случайно прикасаюсь к ней, и я вспоминаю, что мне нужно ее обработать специальным средством.

Как только я собираюсь ложиться в постель, слышу, что звонят в дверь.

Неужели Юля вернулась?

С улыбкой, иду к двери и открываю ее. Улыбка сразу же исчезает с лица. Появляется паника и неожиданность. Совсем не чувствуется страха. Я уже не боюсь.

– Что тебе нужно? – резко спрашиваю.

– И тебе привет.

Пытаюсь закрыть дверь, но Ян не дает мне этого сделать. Я продолжаю смотреть ему в глаза, пытаясь понять причину, почему он здесь.

Неужели, Сотников пришел меня унизить, не выдержав такой паузы в этом? Я и не буду удивлена, если так все и есть. От Яна, можно ожидать все, что угодно.

– Слышал, что у тебя сегодня день рождения.

– И что? Тебе то, какое дело?

Ян делает шаг мне навстречу, но я отступаю назад.

– Ты меня боишься?

А я не должна его бояться? Да я боюсь дышать с ним одним воздухом. Боюсь ходить по той земле, где ходит он. Но не сейчас. Сейчас, я ничего не боюсь. Даже если он попробует мне что-то сделать, я дам отпор. Я смогу.

– Милая пижама, – улыбается парень, разглядывая меня.

Раньше, я бы кинулась ему на шею, но не сейчас. Все изменилось. Мне противно его видеть.

– Зачем ты пришел?

– А ты против? – ухмыляясь, спрашивает Сотников.

– Да, против. Мне сейчас совсем не до тебя.

Мне не страшно сказать то, что я думаю. Даже и не знаю, откуда такая смелость.

– Не будь такой грубой.

– А какой я должна быть?

Ян ухмыляется. Ох, как же мне хочется заехать по его красивому лицу.

– Ты татуировку сделала? – удивленно спрашивает он, пытаясь взять меня за руку, но я не позволяю ему этого сделать.

– Да.

Не нравится мне этот разговор.

– Что там написано? – указывает парень на мою тату.

– «Ты навсегда в моем сердце» – спокойно отвечаю.

Лицо Сотникова, искажается в недоумении. Он удивлен.

– Это про меня?

Я начинаю смеяться. Просто смотрю на него и заливаюсь смехом. Точно сумасшедшая. Ян, явно не