Если ты, то я - Ивонн Вун

на составные части, а потом снова собирать их. Люблю ходить в магазин канцтоваров и разглядывать всякие красивые ручки и карандаши, но никогда их не покупаю, потому что это кажется глупым. В смысле кто сейчас пользуется карандашами?

Майк рассмеялся.

– Раньше я думала, что ненавижу зиму, но здесь поняла, как скучаю по ней.

– По чему именно?

– По первому снегу. По морозу, сковавшему лужайку. По тому, как люди торопятся забежать в супермаркет до начала метели и запастись молоком и яйцами и возникает такое чувство общности, будто мы все заодно.

Я была уверена, что ему скучно слушать, и очень удивилась его жадному вниманию.

– А что любишь ты? – спросила я.

– Люблю кофейное мороженое. Люблю, как сжимается сердце перед прыжком в бассейн. Люблю забираться в раскаленную машину, которая простояла весь день на солнце, и проверять, сколько я там выдержу, прежде чем открою окна.

– Что, правда? – рассмеялась я. – Так тебе нравится себя наказывать?

– Это как в сауне, – улыбнулся Майк. – По-твоему, люди в спа-салонах наказывают себя разными процедурами?

– Ни разу не была в сауне. Но если там так же, как в раскаленной машине, тогда да, это самонаказание.

– Пить хочется, – сказал Майк. – А тебе?

– Просто умираю.

– Сейчас посмотрим, что у нас тут есть.

Майк потянулся через меня к нижней полке и принялся рыться в коробках. Я хотела отклониться в сторону, но от него так хорошо пахло – слабым отзвуком аромата, который обычно остается к утру на подушке.

Он мне не нравится, напомнила я себе. Он лучший друг Эй Джея, встречается с Кейт и совершенно точно не ПостоянствоОбъекта. И все равно я им любовалась.

Майк вытащил коробку с газированной минеральной водой.

– Теплая, но все-таки лучше, чем ничего.

Он открутил крышку – вода зашипела – и, вместо того чтобы глотнуть, сначала протянул мне.

– Минералку тоже выписывают из Франции?

– Ага, – кивнул Майк, – но, если мы ее выпьем, никто ругаться не будет.

– Это хорошо. Не хочу нарушать мир в вашем доме.

– Можешь не волноваться. Его давно нарушили.

– В каком смысле? – осторожно спросила я.

– Отец изменил моей маме, когда мне было десять.

– Извини.

Я придвинулась к Майку, наши ноги слегка соприкоснулись, и мы посидели так совсем чуть-чуть, а потом дверь вдруг распахнулась. Я сощурилась от яркого света, хлынувшего из кухни. В дверях стояла Кейт:

– Ваше время истекло.

Она взяла Майка за руку и вывела его из кладовки, бросив на меня подозрительный взгляд. Я последовала за ними.

Весь остаток вечера Кейт за мной наблюдала. Игра приблизилась к своей завершающей стадии: большинство игроков соглашались выполнить задание, потому что были не в силах пить еще. Очередь снова дошла до Майка.

– Майк, – проговорила Кейт, глядя на него уже не игриво, а холодно. – Правда или действие?

– Правда, – ответил Майк.

– Если бы ты… – Кейт мгновение сомневалась, прежде чем дочитать вопрос, – …поцеловал кого-нибудь в этой комнате, кроме Кейт, кто бы это был? – Она устремила на Майка ледяной взгляд, словно провоцируя его на ответ.

– Блин, – сказал Эй Джей.

На лице Майка мелькнул испуг.

– Пропускаю ход.

– Пропускаешь? – переспросила Кейт. – Так не пойдет.

– Я не могу больше пить, но и отвечать не хочу, поэтому пропускаю.

– Пропускать нельзя, – сказала Кейт.

– Тогда Эй Джея, – ответил Майк. – Я поцелую Эй Джея.

Эй Джей поморщился.

Кейт закатила глаза:

– Раз уж выбрал правду, то отвечай правдиво.

Как ни странно, Майк посмотрел на меня. Взгляд был настолько мимолетным, что я усомнилась в увиденном. Голова у меня кружилась, в глазах плыло; возможно, мне просто померещилось.

– Я выбираю стопку, – сказал Майк, глядя в сторону.

Заметила ли Кейт? Не знаю, хотя в глубине души мне даже хотелось, чтобы заметила.

Игра продолжалась до тех пор, пока кто-то не предложил Аруну на слабо прыгнуть в джакузи одетым. Потом все полезли в горячую воду вслед за ним. Арун и Эй Джей, скинув рубашки, чокались пивом и хохотали, а Дрю снимал их на видео. Сима и Мика сидели вплотную друг к другу, Кейт прижалась к груди Майка и обняла его за талию, однако смотрела не на него, а на меня.

Она не то чтобы сверлила меня злобным взглядом, но и не сияла улыбкой, и от этих внимательных глаз мне стало не по себе. Орала музыка, отдаваясь в груди. Я попыталась отвлечься, слушая разговор на другом конце дивана, но внимание Кейт давило на меня все сильнее, как будто кто-то увеличивал его интенсивность.

Когда это стало невыносимым, я проскользнула на кухню. Здесь свет был приглушен и музыка тоже звучала тише. Я вздохнула с облегчением.

– Ты в порядке?

Передо мной стоял Эй Джей в тренировочных штанах, без рубашки, с полотенцем на плечах – сейчас, не прикрытые одеждой, они выглядели еще более мощными. Он держал два стакана с водой, один из которых протягивал мне.

– Не делай такое удивленное лицо. Не такой уж я гад.

– Такой.

Эй Джей фыркнул.

– Ну, может, и такой.

Я думала, он уйдет, но он словно ждал чего-то.

– Спасибо за воду, – сказала я.

– На здоровье.

Странно. Вместо того чтобы выйти, он, видимо, намеревался остаться здесь надолго.

– В джакузи было полно свободного места, – сказал Эй Джей.

У меня раскалывалась голова, хотелось куда-нибудь сесть.

– Мне показалось, что там довольно тесно. И к тому же я не захватила купальник.

– Я тоже.

– Я заметила.

Эй Джей шагнул ко мне.

– Тебе нравится то, что ты видишь?

– Что?

Я не успела сообразить, что происходит, как он уже прижался ко мне губами. Они были холодными, мокрыми и горькими от пива. Он с силой просунул язык мне в рот, и я вздрогнула и попыталась отодвинуться.

– Иди сюда, – проговорил Эй Джей, хватая меня за руку, но я оттолкнула его. – Ой, да прекрати, – сказал он, наваливаясь так, что я оказалась вжатой в каминную полку. – Ты на меня весь вечер пялилась.

– Что? Я не пялилась.

В ответ он что-то пьяно пробормотал, уверенный, что я шучу. Потом схватил меня за грудь и снова попытался поцеловать, но я вывернулась и ткнула его локтем в бок.

Эй Джей отскочил, и на лице его отразилась злоба.

– Какого черта?

Я, тяжело дыша, отодвинулась от него, пытаясь успокоиться.

– Ты дразнила меня весь вечер, а когда я наконец отреагировал, решила изобразить скромницу?

Мне не верилось собственным ушам. Он разозлился на меня?

– О чем ты говоришь?

– Ты совершенно точно этого хотела. Зачем бы ты иначе села рядом и задавала все эти тупые вопросы?

– Потому что единственное пустое место было рядом с тобой. А во время вежливой беседы люди обычно расспрашивают друг друга обо всем.

Глаза Эй Джея сузились от злости.

– Ты, может, вообразила себя супермоделью? Да ты кажешься хорошенькой только потому, что у тебя юбка по самое не хочу. Тебе повезло, что я вообще посмотрел на тебя.

Я понимала, что не стоит придавать значения его словам, и все равно было такое ощущение, будто он плюнул мне в лицо.

– Чертовы девки, – процедил он и выскочил на веранду.

Я проводила его взглядом, чувствуя, как кружится голова и все переворачивается в желудке. Я хотела скорее вернуться домой, принять душ и смыть с себя прикосновения Эй Джея. А лучше переместиться в прошлое и стереть весь этот вечер. Что же мне делать, если он и есть ПостоянствоОбъекта?

глава_25

Утро наступило слишком быстро. Я не хотела встречать новый день, хотя снаружи было чудесно: сияющий калифорнийский пейзаж за окном напоминал заставку на компьютере – яркую, безупречную и безликую. Я уже привыкла к состоянию похмелья и считала, что мне вполне комфортно быть одной, но теперь одиночество вышло на новый уровень: ни Маста, ни Амины; Умница вкрадчиво подсовывала рекламу, а ПостоянствоОбъекта, оказался тем самым человеком, которого я меньше всего хотела бы видеть в этой роли.

Я дотянулась до телефона и перевернулась на спину. Он гудел с перерывами все утро, врываясь в мои сны. Мне снился Эй Джей в образе персонажа из игры Valley[9], который все глубже и глубже вдавливал меня в камин. В конце концов я нащупала панель