Клад между трёх сосен - Галина Дмитриевна Вильченко

Ознакомительный фрагмент

хочу сказать, что вы меня порадовали: двоек нет.

Класс оживился.

– Тихо! – слегка повысила голос Роза Сергеевна. – Дежурный, раздай тетради, пожалуйста. Работу над ошибками сделаете дома самостоятельно.

Перед Галей легла голубая тетрадь, но она даже не стала её открывать. Свою отметку она и так знала. Розу Сергеевну, которая что-то говорила, прохаживаясь между рядами, она не слушала. Учительница бросала на неё внимательные взгляды, но замечания не делала. Однако после звонка попросила задержаться и, потрогав девочке лоб, сказала:

– У тебя температура. Пойдём, я отведу тебя к папе.

– Роза Сергеевна, мне сейчас никак нельзя болеть, у меня столько дел много намечается. Вы отпустите меня домой, пожалуйста, а к завтрашнему дню я, может, выздоровею, – жалобно попросила Галя.

– Но я не могу отпустить тебя одну. Да и папу надо в известность поставить.

– Не надо, если я быстро поправлюсь, то он, может, и не узнает ничего.

– Что он не узнает? Что ты заболела?

Галя заплакала. Роза Сергеевна тяжело вздохнула.

– Хорошо, Галя. Василиса проводит тебя домой и побудет с тобой, пока папа с работы не придёт. Василиса, если ей станет хуже, позвони маме, хорошо?

– Хорошо, Роза Сергеевна, – согласилась Василиса.

Она подумала, что Галя на самом деле не болеет, просто ей надо время для поиска клада, вот она и придумала болезнь. Однако подруга была вялой, и ни про какой клад не говорила.

– Галка, ты что, правда заболела? – забеспокоилась Василиса.

– Правда, – обречённо вздохнула Галя.

– А как же клад? – воскликнула Василиса.

– Он ждал, пока его откопают больше тридцати лет, три дня тем более подождёт, – тихо ответила Галя.

Дома никого не было. Галя забралась под одеяло и попыталась заснуть, но не смогла. Примерно через час пришёл папа. Он отправил домой Василису, а сам сел к Гале на кровать. Ничего не говоря, потрогал ей лоб. Галя заплакала.

– Папа, прости меня, пожалуйста, – сквозь слезы проговорила она.

– За что я должен тебя простить? – поинтересовался Дмитрий Юрьевич.

– Я нечаянно заболела. И лягушку я не подбрасывала Ленке, она сама от меня ускакала. Ты меня теперь не возьмёшь к дяде Володе? И как мы к нему поедем, если он здесь?

– Давай ты для начала поправишься, а потом уже будем решать, ехать нам к дяде Володе или нет, – улыбнулся Дмитрий Юрьевич. – Скоро тётя Зина приедет и посмотрит тебя.

Зинаида Васильевна приехала на больничной машине с красным крестом на боку. Осмотрев девочку, она нахмурилась и вывела Дмитрия Юрьевича из Галиной комнаты.

– Митя, она хрипит, надо антибиотики колоть, я заберу её в больницу.

– Это результаты вчерашнего купания, – недовольно пробурчал Дмитрий Юрьевич.

– Да ещё она у тебя после этого купания в одном платье бегала вместо того, чтобы сидеть дома и горячее молоко пить, – возмутилась Зинаида Васильевна. – Митя, тебе надо больше уделять ей внимания, тогда и уколы не придётся делать.

– Да как ещё за ней смотреть?! – с горечью проговорил Дмитрий Юрьевич. – Я прихожу из школы, она уже унеслась куда-то. Появится к шести, уроки сделает, и опять из дома. Да она у Северцевых времени больше проводит, чем дома!

– А ты никогда не думал – почему? – спросила Зинаида Васильевна.

– Я стараюсь держать её в ежовых рукавицах. Она спать ложится в девять часов, телевизор стараюсь ограничивать, уроки сам проверяю. Но не могу же я держать её дома всё время?! – оправдывался Дмитрий Юрьевич.

– А может, тебе стоит сменить рукавицы? Ведь одно дело, когда её ругаю я, или Роза Сергеевна в школе, и совсем другое – ты дома. Ты же ругаешь её за любую мелочь! Ладно, хватить разговаривать, собирай её, – приказала врач и вышла из комнаты.

Узнав, что подругу положили в больницу, Василиса расстроилась. Она сходила к бабе Уле и предупредила, что они не смогут вернуть открытки вовремя. Девочка не хотела, чтобы старушка расстраивалась и думала, что они их потеряли. Выслушав её, баба Уля заохала:

– Заболела, даже в больницу положили?! Бедняжка! Я тебе сейчас медку для неё передам, отнеси ей. При простуде мёд – лучшее лекарство. А за открытки не волнуйтесь, отдадите, когда сможете.

Василиса отнесла мёд бабе Любе, а сама побежала в больницу. Разумеется, она не собиралась бежать до самой больницы, а села в автобус и притаилась, чтобы кондукторша тётя Люда её не заметила и не потребовала купить билет. Тётя Люда её заметила, но требовать билет не стала. В больницу Василиса пробралась через чёрный ход. Она заглянула в палату, где лежала Галя и, убедившись, что кроме подруги там никого нет, подошла к ней.

– Галка, ты как? – шёпотом спросила она.

– Хорошо, – тихо ответила Галя.

– Я к бабе Уле сходила и предупредила, что мы открытки сегодня не принесём. Она тебе мёд передала, я его бабе Любе отдала. А клад никуда от нас не денется. Вот ты поправишься, и мы его обязательно найдём.

– Вась, ты забыла, что кроме нас его ищут мальчишки и этот дядька, который к Ульяне на постой просится, – напомнила Галя подруге.

– Они ничего не найдут, открытка с планом ведь у нас. А что ищет дядька, мы точно не знаем.

– Но мальчишки стали искать клад после того, как подслушали разговор этого дядьки с неким неизвестным нам стариком, – пояснила Галя. – Василиса, меня здесь продержат не меньше недели, а терять время мы не можем. Тебе придется одной искать.

– А где искать? – загорелись глаза Василисы.

– Пока не знаю. Нам надо думать и проверять разные версии.

– Это что, тыкать пальцем в небо, а вдруг куда-нибудь попадём? – улыбнулась Василиса.

– У меня сейчас голова болит, я ничего дельного придумать не могу. Знаешь что, ты думай и записывай свои мысли в тетрадку, и я буду записывать. А потом, когда я выздоровею, мы сверим наши записи и наметим план действий. Помнишь, баба Уля говорила, что ей показалось, что она видела того полицая, который её дочку застрелил? Уже после войны застрелил, а бабушка говорила, что он не местный. Что же он здесь делал? А вдруг этот полицай специально приехал, чтобы найти наш клад? – высказала свои предположения Галя.

– Но он тогда должен знать, где этот клад зарыт. Зачем ему планы какие-то? – не согласилась с ней подруга.

– А если он не знает, где клад зарыт, но знает, что он точно есть? Может, он подслушал кого-нибудь в своё время, как я мальчишек? – загорячилась Галя и сама не заметила, как повысила голос.

Дверь открылась и в палату вошла Зинаида Васильевна.

– Василиса? Уже пришла подругу проведать? Давно не виделись, успели соскучиться? –