Самая большая кошка на свете - Сара Бет Дерст

о маме и её убеждённости в том, что она видит мир правильно, а тётя Алиша нет, и о том, что вот прямо сейчас, в эту минуту, маме приходится смиряться с тем, что она ошибалась и, более того, что её дочери уготовано совсем иное будущее, чем ей представлялось. Подумала об Алексе и о том, что в сентябре у него начнется совершенно новое приключение, хотя и не то, что он себе изначально планировал. Подумала обо всём, что случилось с ней и Харрисоном с того дня, как она нашла у мусорного бака Бусинку, дрожащую и потерянную. Новые странствия, новые друзья, новый мир.

– Признаю и принимаю, – сказала Зои.

Как говорил папа, всё в мире меняется – подчас это тяжело, а подчас – замечательно.

– А сердцем приветствуешь? – деловито спросил Харрисон. – Что бы это ни значило. Вообще-то похоже на название главы в какой-нибудь дурацкой книжонке про самопознание.

Зои обдумала этот вопрос. Приветствует ли она перемены, произошедшие в её жизни с тех пор, как она подобрала Бусинку? Что-что, а легко ей не было – и впредь не будет. Кто скажет наперёд, что случится, когда она преобразит ещё кого-нибудь. Тётя Алиша утверждала, что волшебные животные встречаются не так уж и часто, но всё равно Зои рано или поздно кого-нибудь найдёт, особенно если их всё равно к ней притягивает. И очень может быть, в следующий раз ей не повезёт так, как в этот, и кто-нибудь что-нибудь заметит. Её страхи – про репортёров и весь этот интернет-цирк – запросто могли сбыться. Кто-нибудь может попытаться отобрать у неё волшебных существ или помешать ей доставить их в Заповедник. Надо быть очень, очень осторожной.

И всё же Зои совершенно не жалела, что подобрала Бусинку – и радовалась, что помогла ей стать такой, какой она должна была стать. Ничуточки не жалела.

– Я так рада, что мы встретились, – сказала она кошке.

Бусинка боднула её в лоб.

– И я.

«Я рада, что я – Катализатор. Благодаря этому мы все встретились. Я, Харрисон, Бусинка, Кермит, Мышелёк». Изменились не только животные. Сама Зои тоже стала другой. Всего несколько недель назад она была уверена, что мечтает лишь о том, чтобы всё оставалось прежним. А теперь стояла в самом центре перемен. Впервые в жизни ей не казалось, что мир – это то, что случается с ней. Нет, теперь она влияла на мир. Зои вошла в сарай и набрала в грудь побольше воздуха.

– Я готова.

– И что теперь? – спросила Бусинка. – Как нам разрезать воздух?

Мерцание в Нью-Гэмпшире выглядело так, словно кто-то разодрал в воздухе прореху. Зои посмотрела на Бусинку.

– Попробуй когтями.

Бусинка склонила голову набок.

– Что ты имеешь в виду?

– Да-да, точно! – поддержал Харрисон.

Зои положила руку на лапу Бусинки.

– Я буду думать о магии, а ты взмахни в воздухе когтями. Моя магия в сочетании с тобой – ты ведь сама по себе необыкновенная.

Она стала усиленно думать о том, как переменились Бусинка и все остальные – и как переменилась она сама. А Бусинка подняла лапу, растопырив когти и медленно царапнула воздух сразу за дверью сарая.

Воздух начал мерцать и переливаться.

– Ух ты! – протянул Харрисон. – У вас получается!

Зои глубоко вздохнула – и ощутила вкус воздуха иного мира. А Бусинка продолжала вести лапой в воздухе, пока не прочертила вертикальную мерцающую полосу с себя вышиной. Потом она опустила лапу. Зои выдохнула, вскочила на ноги и со смехом обняла Бусинку за шею.

– Получилось! Получилось!

– Ты ведь понимаешь, что это значит, – сказал Харрисон.

– Это значит – никаких прощаний! – отозвалась Зои, улыбаясь всё шире и шире.

Бусинка ласково боднула её в лоб.

– Именно! В любой момент, как Бусинка, Кермит или Мышелёк захотят спрятаться, они могут уйти в Заповедник. Когда они захотят поиграть, побегать, отправиться на разведку – они могут уйти в Заповедник. И любое новое волшебное животное, которое мы найдём, тоже можно будет сразу же отвести в Заповедник.

– И в любой момент, как мы сами захотим посетить волшебный мир… – Зои мотнула головой на мерцание.

– Ну что, проверим, работает ли? – ухмыльнулся Харрисон.

– Запросто, – ухмыльнулась в ответ она. – Эге-гей!

– Эге-гей!

Они забрались на спину Бусинке. Кошка зашла в сарай и шагнула в мерцание. Задний двор, сарай и патио растаяли, а на их месте появился яблоневый сад. Зои поняла, что так выглядела бы их улица без домов.

– Это Заповедник? – спросила Бусинка. – У нас получилось?

Зои вдохнула сладкий цветочный воздух.

– Получилось! – ответил Харрисон, показывая на пасущегося в нескольких ярдах от них единорога.

– Класс! – обрадовалась Бусинка.

Они ещё несколько минут любовались волшебным миром, а потом в животе у Бусинки заурчало – да так, что шерсть затряслась.

– Как ты думаешь, у твоего папы там не осталось ещё этих бургеров?

– Скорее всего, остались, – сказала Зои.

– Отлично, – сказала Бусинка. – Идём домой.

И все пошли домой.