Autophobia - Валерий Лашманов

Боюсь, что этого мы не узнаем. За правду мы заплатили слишком высокую цену. Заплатили жизнью…

Отбросив газету в сторону, я лег и закрыл лицо руками. Хотелось высказаться, прокричаться. Но людей больше не было. И похоже, что не будет никогда.

Из-за этих мыслей мне даже показалось, что позади послышались короткие и переменчивые шаги, которые приближались ко мне. Но потом всё стихло. Я даже не обратил внимания на эти галлюцинации, ибо у меня не было ощущения, что за мной кто-то следит. В конце концов, а кто будет следить то? Людей ведь не осталось…

— Грустно, не правда ли? — послышался дрожащий голос сбоку. Я даже вздрогнул от неожиданности. И снова подумал, что мне показалось, но голос повторил свой вопрос.

Этот вопрос ударил, словно обухом по голове. Медленно повернувшись, я увидел красивую девушку. Очень красивую. Лоснящиеся темные волосы. Голубой свитер, черная юбка. Она сидела рядом, на бордюре. Болтала ногами из стороны в сторону и глядела на хмурое небо, будто боязнь высоты перестала быть значимой на фоне всего происходящего. А она просто улыбалась, причмокивая губами.

— А-а-а… ты кто? — блин, я дурак?! Что я сказал единственному человеку, которого встретил в погибшем мире? Неужели не мог придумать вопроса получше?

— Я? Ха-ха, зови меня Ксюшей. Неужели ты не помнишь меня?

— Прости, впервые вижу, хоть ты и кажешься мне знакомой.

— Ну и ладно. А вот я тебя знаю. Ты мой самый лучший друг, который всегда был рядом. Именно ты спас меня, вытащив из горевшего дома. Благодаря тебе я всё ещё жива.

— Но… вирус! О чём ты говоришь? Какой ещё пожар?

— Вирус? А-а, ну да, вирус! Я тоже думала, что он меня заберет на тот свет. Но… нет. Ты ушел кого-то искать и не вернулся. Эм, поэтому я сама пошла к тебе.

— Больше нет смысла жить. Ничто не имеет значения, понимаешь? Мы обречены на вымирание.

Девушка облизнула губы и вскочив на ноги, подошла ко мне, протягивая нежную ладонь. Что ей надо? На руку плюнуть? Ну, это вообще без про…

— Вставай. Пошли! — усмехнулась девушка и подмигнула мне.

Смотреть на апокалипсис не было смысла, как и выбора в этом мире. Поэтому я встал, а девушка взяла меня за руку. Я попробовал вырваться, но в её руке остался мой палец, который она обхватила мертвой хваткой. Я просто отвел взгляд в сторону и сдался. Решил, что это важно для Ксюши. А я не хотел обижать единственную подругу, хоть и знал её несколько минут.

— Чего ты боишься? — спросила Ксюша. — Вот я боюсь высоты. Но сейчас уже не важно, с какой высоты я буду падать. Человечество уже кануло в бездну. И когда мы падали, то не задумывались о высоте. Понимаешь?

— Не-а. — отмахнулся я, немного подумав о том, что она сказала.

— Так чего же ты боишься?

— Когда-то я боялся неизвестности после смерти. Но теперь, когда смерть окружила нас, находясь в неизвестности… Я не знаю, чего еще боюсь.

— Ха-ха, обнадеживает. — усмехнулась девушка и потянула меня за собой.

— Зачем ты держишь меня за руку? Я не твой парень.

— Знаю. Ну и что? Мне этого хочется, потому что ты мне нужен. Да, ты красивый и милый, но это ничего не значит. Особенно в этом мире. Понимаешь, мне страшно быть одной — без поддержки со стороны людей. А теперь и людей нет.

Ветер усилился. Ошметки рваных газет устремились куда-то назад, в пучину забытья. Вороны смолкли и уселись на деревья, наблюдая за нами. Откуда-то послышался протяжный скрежет, будто кто-то вопил, испытывая адскую боль. Ксюша, испугавшись, вцепилась в мою руку со всей силы, но опомнилась и отпустила её.

— Прости. — отвернулась она, смотря на заброшенный институт, стены которого уже давно потрескались и выцвели.

Я не мог смотреть на разруху, на грустное лицо Ксюши, на сухие и полумертвые деревья, с которых давным-давно упала листва. Я просто не выдержал. Даже не знаю, что на меня нашло. В руках загудело, сердце заколотилось быстрее, ноги задрожали. Я схватил Ксюшу за руку и потянул за собой. Я просто хотел быть нужным и любимым. Поэтому решился на такой поступок.

— Эй, ты чего? — удивилась девушка.

Мы шли по пустому шоссе, смеялись и разговаривали. Я видел и чувствовал, что действительно нужен Ксюше. А потом случилось необратимое. Случилось то, чего мы с ней не ожидали увидеть…

Мы посмотрели в соседний переулок, когда проходили мимо. Откуда ни возьмись, появились люди. Они шли по переулку в нашу сторону. И они были живыми.

Ксюша обрадовалась и повернулась, после чего толкнула меня в плечо, показывая пальцем на другую сторону дороги.

Там тоже были люди. Каждый шёл по своим делам, не обращая внимания на разрушения и пустоту в городе.

Люди стали появляться один за другим. Откуда? Почему? Нам мерещится или они действительно живые? Но как? Вирус же убил их всех… Как? Неужели вирус смилостивился и дал человечеству шанс?

А может они тоже выжили, просто боялись меня, а поэтому не подходили близко? Хм-м, не знаю…

По шоссе заездили машины, включился свет в зданиях. Это что, шутка какая-то? Но заметив нас, люди расступились в стороны и больше на этой улице не появлялись. Они зашли в здания, начали работать и выключили свет, чтобы он не мешал нам. Здания потухли, больше не отбрасывая света.

Что за фигня тут творится?

Я держал Ксюшу за руку и молчал. Понимал, что мы смогли все изменить. Остались наедине друг с другом. В спокойствии, тишине. Я ликовал на подсознательном уровне от того, что находился рядом с той, кому нужен.

Она обняла меня. Крепко обняла. Так мы и стояли посреди пустого шоссе, обнимая друг друга. Мы забыли о всех бедах и невзгодах. О людях, о потребностях в еде, воде и т. д. Мы просто слились друг с другом.

И стали счастливыми.

В этот момент я и услышал звон будильника. Ксюша улыбнулась и начала медленно меркнуть. А я заорал, что есть сил.

Потому что теперь мне совсем не хотелось возвращаться из сна.

Из сна, где я смог всем помочь, стал узнаваемым. Исправил ситуацию, застал момент воссоединения человечества.

Привязался к Ксюше…

Не хотел возвращаться из сна, где я хоть кому-то нужен…

Ноябрь, 2023 год

Струны (Interlude)

Тихий шепот перелистывающихся страниц напоминает мне бренчание старых струн. Это напоминает о том, что ещё не всё потеряно. Мы всё ещё способны любить и быть любимыми. Струны всегда ассоциируются с чем-то