Если ты, то я - Ивонн Вун

слушать, когда кодируешь? – спросила я.

– Это что за вопрос? – фыркнул Мика.

– Ну, мне кажется, что серебряный лис способен спросить подобное с дальним прицелом, – заикаясь, ответила я. – Пожилые люди любят говорить о музыке и изображать крутых.

– Она права, – заметил Артур.

– Да пожалуйста, как хотите. – Убедить Мику не удалось.

– Я люблю электронную музыку, – сказал Артур. – И саундтреки из фильмов. Классику. Любую ритмичную инструменталку.

Классика. Музыка из кино. У меня чуть сердце не остановилось.

– Я тоже. В смысле понятно. Хорошо.

Я лихорадочно соображала, о чем еще спросить вероятного ПостоянствоОбъекта. Ну почему я не подготовилась заранее?

– Какую корпоративную культуру ты планируешь сформировать в своей команде? Ты веришь, что действительно сможешь познакомиться с кем-то ближе, узнать кого-то понастоящему?

– Что за сопливый вопрос? – презрительно фыркнул Мика.

– Ой, кто бы говорил. Сам сидишь на детокс-соках, – парировала я. – Это, по-твоему, не сопливо?

Артур рассмеялся. У него был приятный голос.

– Знаешь, а это хороший вопрос, – сказал он. – Я думаю, «ПримиВызов» изначально основывалось на идее, что про любого человека всегда можно узнать что-то новое.

Я сглотнула. Неужели? Артур смотрел на меня с улыбкой, словно нам с ним была известна некая тайна, в которую Мика не посвящен. Может, так оно и было.

Когда очередь дошла до меня, я произнесла заранее отрепетированный для Митци текст и приготовилась отвечать на вопросы.

Мика сразу стал давить.

– Как ты убедишь клиентов предоставить приложению их личные данные?

Я отвечала как могла, но он продолжал напирать.

– Ты не считаешь, что это нарушение конфиденциальности? Ты будешь использовать полученную информацию для продажи своего продукта? Как планируешь получать доход?

К тому моменту, когда у него закончились вопросы, я сидела, вжавшись в стул, чувствуя себя еще более маленькой и незначительной, чем всегда.

Я повернулась к Артуру.

Он, на удивление, лишь пожал плечами.

– А мне кажется, это классная идея. Не знаю… Я бы такую купил. Все хотят, чтобы кто-то подсказал им, что делать. Ради этого, собственно говоря, и создавался интернет.

Не знаю, действительно он так думал или просто пытался меня поддержать, но мне стало легче. После урока Артур догнал меня в коридоре.

– Эй, – окликнул он, – мне правда понравилась твоя презентация.

– Спасибо. Мне твоя – тоже.

– По-моему, Мика вел себя слишком жестко. Не стоит из-за него переживать, ему просто завидно, что его приложение хуже твоего.

– Спасибо, – ответила я. – Знаешь, моя мама – тоже иммигрантка, поэтому я хорошо понимаю, что ты имел в виду.

– Ну да. Они правда такие, но, честно говоря, я придумал «ПримиВызов» по другой причине. Просто эта история здесь хорошо ложилась. Понимаешь?

– Ясно… – Меня охватило легкое разочарование. Артур так здорово все рассказал, что я подумала: может быть, ему, как и мне, захотелось создать приложение, которое закроет брешь в его жизни? – Конечно. Да, я тоже.

Артур понимающе кивнул:

– Круто. Увидимся.

– Увидимся, – сказала я.

глава_19

Был воскресный вечер, и солнце уже садилось, когда «фабричная» машина подвезла меня к каменной, заросшей алой бугенвиллеей ограде всего в нескольких улицах от центра Пало-Альто. За забором, в тени ив, стояло серое, покрытое черепицей здание. Если бы я не знала точно, куда меня привезли, предположила бы, что это старинный отель или главное здание загородного клуба.

Хотя мы с Митци проводили много времени вместе, я никогда не бывала у нее дома. Можно было подумать, что у нее вообще нет дома и каждое утро она спрыгивает на землю с оправленного в золото облака, свежевымытая и одетая, поэтому попасть в ее жилье нереально. Я нажала кнопку у ворот и, дождавшись, когда они откроются, прошла через бархатистую лужайку, украшенную розовыми кустами и фруктовыми деревьями. Выложенная камнем дорожка привела меня к парадной двери, где со шпалеры каскадом падали алеющие цветами ветви.

– Заходи, – окликнула Митци, выглянув в окно. – Не заперто.

Внутри, неожиданно для меня, царил беспорядок. Комнаты были чудесные – светлые и просторные, с бережно хранимыми старинными деталями, – но в них не хватало мебели; отдельные предметы стояли где придется и были завалены бумагами, грязными тарелками и одеждой.

Митци выпорхнула из холла с чашкой зеленого сока в руке.

– Извини за бардак. Несколько дней назад должны были прийти уборщики, но они меня кинули. Так трудно в наше время найти честных людей. – Она оглядела меня сверху донизу. – Хорошо. – Явно довольная моим выбором наряда, она протянула мне чашку.

Я с большим подозрением уставилась на ее содержимое.

– У меня взяли общий анализ крови в новом медицинском центре, и выяснилось, что мне не хватает фолиевой кислоты, поэтому я теперь стараюсь есть больше зелени, – пояснила Митци, кивая на напиток. – Он полезен для кожи. Попробуй.

Я сделала глоток, рассматривая скульптуру в углу комнаты. Она изображала обнаженную женщину, вгрызающуюся в горло дикого кабана. Мне вдруг стало не по себе, и я усилием воли повернулась к Митци.

– Так куда же мы сегодня идем? – спросила я, бросив быстрый взгляд на несколько одинаковых бланков у нее на столе. Они были похожи на важные официальные документы.

Митци заметила, что я смотрю на бумаги. Внезапно помрачнев, она быстро схватила их и, со словами «Это мусор», смяла в комок и бросила в корзину.

– Извини, я не собиралась рассматривать твою почту.

– Вот и не рассматривай, – ответила она тоном, которого я никогда раньше от нее не слышала.

Наверное, на моем лице отразилось удивление, потому что Митци сразу смягчилась.

– Прости, – проговорила она. – Я просто привыкла, что кто-то вечно пытается украсть мои идеи. Это безусловная реакция. Надо будет поработать над собой.

Я сглотнула. Звучало логично вроде бы, но меня напугала скорость, с которой у нее изменилось настроение.

– Ничего страшного.

– Так ты спрашивала, куда мы едем. – Глаза Митци таинственно заблестели. – На ужин домой к Эйнару Карлссону, соучредителю «Карлссон Барроу», одной из самых мощных венчурных фирм, расположенных на Сэнд-Хилл-роуд.

Сэнд-Хилл-роуд – безумно дорогая улица в городе Менло-Парк. Даже трава по обе ее стороны выкрашена золотой краской. Там расположены чуть ли не все компании венчурного капитала, и узкие таблички с их названиями сверкают на солнце. Однажды мы с Аминой проехали по Сэнд-Хилл-роуд, пытаясь представить, как выглядят офисы изнутри.

– Это что? – спросила Митци, кивнув на кожаную папку, которую я держала в руке.

– Мой бизнес-план. Я делала его на уроке. Может быть, пригодится.

– Это никому не интересно, – рассмеялась Митци.

Она смяла мои бумаги и швырнула их в корзину, но промахнулась, и они упали на пол рядом с кучей разбросанных почтовых писем. Мне стало интересно, от кого они были.

– Бизнес-планы нужны посредственностям, которые с помощью этих бумаг пытаются убедить окружающих в гениальности своих идей. А у тебя идея и так хороша. Поэтому все, что тебе требуется, – это он. – Она показала на мой телефон.

Потом мы с Митци поднялись на второй этаж, где она окончательно собралась. В спальне тоже было не убрано, одежда валялась на полу – так выглядит комната человека, которому явно не приходится убирать за собой.

– Почему у тебя нет мебели? – пробормотала я, оглядывая пустую просторную комнату, в которой были лишь кровать и люстра.

– Была, да я почти все продала, – ответила Митци, пудрясь. – Мне показалось, что все несколько устарело. Хочу оформить интерьер заново, только не решила пока, в каком стиле.

Покончив с макияжем, Митци повернулась ко мне:

– Перед выходом я хотела бы поговорить о наших с тобой отношениях.

Митци обладала удивительной способностью вплетать деловые разговоры в ничего не значащую, на первый взгляд, болтовню. И, как следствие, человек не сразу осознавал, что пригласил ее выступить с программной речью или согласился назначить членом совета директоров. Я наблюдала за ней во время деловых обедов и ужинов, и каждый раз меня потрясало и слегка пугало, как Митци удается убедить людей и вытянуть из них все, что ей нужно, прежде чем они успеют осмыслить произошедшее.

Мне сразу подумалось, что, возможно, она собирается провернуть тот же трюк со мной, только