Григорий без отчества Бабочкин - Анна Васильевна Зенькова

– Ты чё, Бабочкин, это же оверсайз!

А я такой:

– Ну, если оверсайз, тогда конечно. Обряжайте!

Серьёзно, лучше бы она с таким рвением теоремы доказывала.

А Горецкая, оказывается, ну такая лиса! Носилась с этим пьяницей как с писаной торбой. Всё по голове его гладила.

Мне, конечно, сразу было понятно, к чему весь этот цирк. Она же это специально! Просто чтобы меня позлить. ||

▶ Даже не верится. Неужели Малинка и правда решила, что меня можно на ревность раскрутить? К этому клоуну? Да смешно!

Тем более я в тот момент о ней вообще не думал. Я о Кристинке думал. Каюсь. Но это всё из-за той сцены, которую мне Звездочёт закатил.

Тоже псих. Ну сходили бы мы с ней в кино, и что? Нет в этом ничего крамольного. Тем более я же тоже не сволочь. Я понимаю, что девочке в тринадцать лет нужно об учёбе думать. А мальчику в четырнадцать ещё и о хоккее!

Я Малинке примерно так и сказал, когда она раскричалась. Мол, что ты на меня орёшь, как будто мы уже двадцать лет женаты. А она мне:

– От тебя дождёшься!

А я:

– В смысле?

А Малинка, видно, сама поняла, какую глупость сморозила, и давай юлить. Мол, больно надо, я раньше двадцати пяти замуж не выйду.

А я решил, что всё – гроза миновала, и так весело:

– Вот я тебя и не зову. Ты заслуживаешь большего.

Понятно, что мы как бы в шутку говорили. Ну, про «замуж» этот. Нам же на двоих ещё тридцати нет. О таких вещах даже шутить и то пока опасно. Но она вдруг как взвилась! Заорала прямо:

– Ты что, меня бросаешь?

Я прямо обалдел. Вот с чего, а? Что за странная логика?

А Малинка опять:

– Я всё гадаю, что это Гера в последнее время такой странный. Там не могу, здесь не успеваю. А ты, оказывается, вот как, да?

Она уже реально плакала. А я же этого вообще не переношу!

Стал её утешать, конечно… Сказал по-доброму:

– Да не собирался я тебя бросать. Ну что ты как дурочка?

Нет, ну а что ещё? Пообещать, что мы всю жизнь будем вместе и умрём в один день? Так извините! Я, как бы это сказать, реалист.

Хотя я не спорю, есть пары, где чувства на всю жизнь. Вон бабуля деда до сих пор любит, хоть он и умер сорок лет назад. Но такие истории – это же одна на миллион! Зачем равняться на то, чего, скорее всего, и не случится?

Но Малинке попробуй докажи! Она там такую чушь городила! Заявила:

– Если у тебя кто-то есть, ты скажи. Только не ври! Я переживу!

Есть ли у меня кто-то? Конечно, есть! Борисыч, например. Кузя, Шмель, Лысый. Да вся наша команда, что тут перечислять?! У меня есть хоккей, и она об этом как никто знает.

Ещё и смотр на носу. Такой шанс! Мне тренироваться надо день и ночь, чтобы себя в полную силу показать.

Борисыч так и сказал:

– Бабочкин, всё! Гулянки в сторону. Если не хочешь облажаться, уже сейчас выбирай, что дороже – бабы или профессия.

Борисыч, конечно, тоже иногда перегибает. При чём здесь бабы? Он же прекрасно знает, что я однолюб. Хотя Малинка уже и правда борзеет. Видите ли, меня никогда нет. Так понятно! Потому что я всегда НА ТРЕ-НЕ!!!

А если её такой расклад не устраивает – что ж, се ля ви. Я врать не намерен. Тем более она сама сказала, что переживёт! ||

▶ Но разве этим женщинам можно верить? Я даже договорить не успел, а она уже с катушек слетела. И как закричит:

– Ну и пошёл ты! Катись вместе со своей шайбой, клюшкой и Борисычем!

Главное, с Борисычем! Он-то здесь при чём? У нас вообще-то хоккей, а не парное катание.

В общем, и смех и грех. Конечно, я пытался всё разрядить. Себя успокаивал, мол, да не обращай ты внимания. Это же Малинка. Она со второго класса такая – взрывная.

Ещё же на гордость свою наступил. Побежал догонять, дурачок несчастный.

Прибегаю, а там как раз Звездочёт… ну, звёзды мечет. В общем, как-то всё закрутилось. И мы толком не поговорили.

Я ей потом вечером написал, мол, пошли завтра в парк – погуляем. Тишина! Думаю: «Ладно, дуйся сколько влезет. Воскресенья тебе хватит!»

Но в понедельник она тоже никак себя не проявила. Мы когда в столовке столкнулись, я прямо возликовал. Подумал про себя: «Ну вот ты и попалась!»

Но она даже слова не сказала – прошла мимо, как будто меня там не было.

Вот это меня уже конкретно задело! Но потом я подумал-подумал и решил: «Кто-то ведь должен быть умнее!» Ну и написал ей во время урока в «Вайбере»: «Может, хватит уже?»

Так она и тут не ответила! Жесть просто…

А ещё этот Звездочёт рядом сидел, всё косился. Небось вынюхивал, что я там строчу. Ну я и рявкнул:

– Глаза не сломай!

А он сразу сжался, как будто его бить собираются. Промямлил:

– И-и-извини. Я не специально.

Прямо-таки жертва обстоятельств!

Я поначалу остыл, конечно. Потом смотрю, а он снова пялится!

Может, в другой раз я бы и не взбесился. Но из-за этой Малинки… Так вдруг захотелось хоть кому-то надавать!

Она меня реально выбесила! Развела, понимаешь, тотальный игнор.

В общем, я на этого несчастного Столярова весь пар и спустил.

Ну ладно, не весь – половину. Меня же биологиня к доске вызвала. Но ему хватило! Я пока отвечал, втихаря наблюдал, как он там. Дышит? Мало ли, чувака кондратий хватит, а мне потом отвечай! Но он сидел – глаза в парту и что-то корябал в тетради.

Потом вообще прикол. Я сажусь, а он мне записку протягивает. Настоящую. Как в древние времена! И такое лицо, главное, сделал – интригующее. Чокнуться можно!

Но я, конечно, прочитал его любовное послание. А там: «Я честно не подсматривал. Я хотел спросить: где моя рубашка?» Вот я чего угодно ожидал, но только не этого. Потом пишу этому позорищу. Тоже записку! «Ты её вместе с пакетом выбросил. Забыл?» Ну ясно, что забыл. Учитывая, в каком он был состоянии… Но я же специально так сделал, чтобы его уколоть. А что он себе думал? Пусть учится отвечать за свои поступки. Хотя я на перемене всех предупредил:

– Если кто слово про случившееся пикнет – будет иметь