Борис Карлов - Игра, или Невероятные приключения Пети Огонькова на Земле и на Марсе

Из ближайшего окна послышался треск и сопение. Петя вспомнил про «Кашалот» и вредного мальчишку. «Так вот что значит «вернуть на четырнадцатую позицию», — догадался он наконец. — А фишка это я и есть. Что ж, надо быть осмотрительнее, двигая собою в такой игре…»

Миновав окно собирающегося на дачу художника Бекетова и подмигнув удивленно смотревшему на него хомяку, Петя двинулся по карнизу дальше.

Глава четвертая

ОЖИВШАЯ МУМИЯ

1

Богатая квартира. — Один разговор бестолковый и несколько очень подозрительных. — Замышляются темные делишки

Петя двинулся по карнизу дальше. Это еще что за новости — решетка на окне шестого этажа. Кто-то очень боится, чтобы не залезли воры. Интересно, чего там особенного внутри? Главное, чтоб работал телефон и никого не было поблизости…

Квартира действительно приличная, можно сказать, богатая. Старинная резная мебель, по стенам картины, на полу ковер, повсюду антикварные безделушки. На бюро с письменными принадлежностями стоит телефон. Ага!

Петя перепрыгнул на обтянутый зеленым сукном ломберный столик, перескочил на бюро и подбежал к телефону. Приподнявшись на цыпочки, дотянулся до трубки кончиками пальцев. Нет, конечно глупо пытаться сдвинуть с места такую громадину. А что если… Подтащив к аппарату карандаш, Петя попытался орудовать им как рычагом. Карандаш сам по себе огромный, словно телеграфный столб…

Но вот трубка загремела вниз и пронзительно загудела. Отлично, осталось только набрать номер.

Петя забрался на аппарат и встал на кнопку первой цифры домашнего номера Славика Подберезкина. Кнопка под его весом плавно просела, гудение в трубке прекратилось. Еще шесть нажатий, и в трубке послышались протяжные гудки.

Не успел отзвучать второй гудок, как в комнате раздался взволнованный голос Славика:

— Алло! Алло!

Петя спрыгнул на стол и подбежал к той части трубки, в которую обычно говорят.

— Алло, алло, Петя, Огоньков, это ты?.. — зашептал Славик с надеждой.

— Да! Это я! — крикнул Петя в одну из дырочек.

Из трубки, с того конца, который обычно подносят к уху, послышался вздох облегчения. Затем Славик сказал в сторону: «Это он, все в порядке» и снова зашептал в трубку:

— Где ты сейчас? Где ты находишься?

— Не знаю, в какой-то квартире.

— Адрес, адрес давай, мы сейчас приедем!

— Да я ведь адреса не знаю, где-то в районе Охтинского моста…

— Попал пальцем в небо.

Трубку выхватила Маринка Корзинкина:

— Петя! Петя! Ты где? Тебя родители ищут, мы не знаем, что говорить!

Трубка снова оказалась в руках у Славика:

— Может быть, из окна что-то видно? Особые приметы…

— Ладно, посмотрю какие-нибудь квитанции. А что родители?

— Ты понимаешь, они уже все телефоны оборвали. Какие-то нервные попались. Надо им еще одну записку прислать.

— Записка не поможет…

— Все равно надо тянуть время, пока инопланетяне опять не выйдут на связь. Я просто уверен, что все это время они за тобой наблюдают. Ты, самое главное, попытайся вытянуть из них как можно больше технической информации, в особенности что касается принципиально новых типов двигателей.

— Да я, вроде как, с ними уже два раза…

Но тут в прихожей защелкал замок входной двери, и Петя крикнул:

— Кто-то идет, я перезвоню!

— Петя! Не отчаивайся! Мы с тобой! — пискнула напоследок Маринка Корзинкина, и в трубке засигналили отрывистые гудки.

Заскрипел паркет, Петя мотнулся в одну сторону, в другую и, не найдя ничего лучшего, забрался в стоявшую поблизости массивную бронзовую чернильницу. Чернил здесь не водилось уже лет сто, зато пыли накопилось предостаточно. Петя прижал к лицу нижний край рубашки, стараясь дышать через ткань, и затаился.

* * *

Дверь открылась, и в комнату вошел пожилой мужчина профессорского вида. На нем были прямоугольной формы очки и аккуратная бородка с проседью. Он сразу увидел брошенную возле аппарата, надрывающуюся короткими сигналами трубку и быстро огляделся. Подошел к окну и подергал на прочность прутья решетки. То же самое он проделал и в других комнатах. Осмотрел через лупу замок входной двери. Снова прошел по всем комнатам, хлопая дверцами шкафов, выдвигая ящики и заглядывая под кровати. Подошел к телефонному аппарату, постоял немного в раздумье, взял трубку, нажал на сброс и затем на кнопку повтора последнего номера. В комнате опять послышался голос Славика Подберезкина:

— Алло! Алло!

— Алло, это с коммутатора беспокоят, — заговорил мужчина торопливым, деловым тоном. — Норильск вызывали? Как не вы? А номер телефончика какой у вас? Хорошо, проверим, извините, если ошибочка вышла…

Быстро начиркав на бумажке цифры номера, мужчина достал из золотого портсигара папироску, прикурил и некоторое время стоял в раздумье у окна, пуская дым. Затем закрыл окно на все запоры, подошел к телефону и одним нажатием вызвал чей-то номер, хранящийся в памяти аппарата.

— Горохов? — сказал мужчина властным голосом.

— Петр Эрнестович, это вы? Что-нибудь случилось? — взволнованно отозвался Горохов тоном, каким подчиненные разговаривают с начальством.

«Петр Эрнестович, — прошептал Петя. — Он мне вроде как тезка…»

— Случилось, случилось, — неторопливо продолжал хозяин квартиры. — Кто-то здесь навел шмон, да так аккуратно, что даже я ничего понять не могу.

— Пропало что-нибудь?

— Нет, ничего, это меня и беспокоит. Ни на замке, ни на окнах никаких следов.

— Так может быть у вас вообще некого не было, а, профессор?

— Попридержи язык, идиот. Кто-то звонил с моего телефона.

— Правда? А куда?

— Вот это сейчас ты и проверь. Зайди за Вовчиком и сходите туда вместе, водопровод или газ, что-ли, посмотрите… Запиши номерок.

— Готово. А это случайно не менты?

— Не каркай, дурак. Менты бы меня сразу взяли, я не международный шпион, чтобы за мною следить. Я вор, понял? И ты вор.

— Понял, сейчас иду. Так мы отменять ничего не будем?

— Нет, не будем. Завтра явитесь ко мне, как договорились, и все обсудим.

— Эх, профессор… Если такое дело — и выгорит, куплю себе фазенду где-нибудь в тропиках…

— Ладно, не болтай лишнего, действуйте.

Петр Эрнестович ушел на кухню, и там вскоре засвистел чайник. А Петя вылез из чернильницы, отряхнулся от пыли и перебрался на полку, где можно было укрыться за любой из множества стоящих здесь старинных безделушек.

Все услышанное Пете очень не понравилось. Хозяин квартиры был вор, а никакой не профессор. И все это богатство — мебель, книги, картины, антиквариат — без сомнения было нажито преступным путем. Предупредить Подберезкина о возможном визите двух других жуликов он не мог, потому что при наборе брякал телефон где-то в другой комнате. Выбраться из этой квартиры он тоже не мог, так как окно было теперь наглухо закрыто. Бессильный что-либо предпринять, Петя ходил по полке взад-вперед, и грыз ногти и разговаривал сам с собой.

* * *

Прошло часа два. Позвонил Горохов и доложил, что в интересующей квартире живет детский писатель Подберезкин, лопух и фраер. Еще его жена и сынок-малолетка, так что ничего подозрительного. Жена, правда, оказалась сильно доставучей — пришлось взаправду починить сливной бачок в туалете, а больше ничего.

Еще раз подтвердив завтрашнюю встречу, они распрощались.

Петр Эрнестович еще долго, недоуменно пожимая плечами, ходил по квартире, осматривая через лупу окна и двери, и даже кое-где постукивая по стенам. В конце концов он угомонился и улегся спать в соседней комнате. Там еще долго горел свет и шелестели страницы книги. А когда наконец свет погас и послышалось мерное похрапывание, Петя слез с полки и на цыпочках прокрался в прихожую.

Довольно быстро он нашел там пачку счетов с адресом квартиры и фамилией ее хозяина. Фамилия у Петра Эрнестовича оказалась необычная — Кукловодов. Оставалось дождаться, когда он уйдет из дома, позвонить Славику Подберезкину и сообщить адрес.

2

На сцене появляются лейтенант милиции Яблочкин и симпатичная практикантка. — Сокровищами гробницы интересуется человек-призрак

В понедельник, в самом начале рабочего дня, лейтенанта Яблочкина вызвал к себе полковник Иван Сидорович Громыхайло.

— В Египте бывать не приходилось? — неожиданно поинтересовался он.

— Никак нет, — удивленно отвечал Яблочкин. — Я за рубежом только один раз в Болгарии, на учебных сборах…

— Ну а вообще… про пирамиды, сфинксы, гробницы фараонов что-нибудь слыхали?

Тут Яблочкин начал догадываться, куда клонит командир: в Эрмитаже открывалась выставка «Сокровища гробницы», а их дивизион как раз и занимался охраной таких объектов. Значит, его назначают ответственным — что ж, дело привычное. Только вот старик, конечно, все перепутал, Египет здесь совершенно не при чем. Ступенчатую пирамиду раскопали где-то в Центральной Америке, а там никаких фараонов и сфинксов отродясь не водилось. Командир хотя и не блестящего образования, но мужик все равно хороший, его уважают.