Борис Карлов - Игра, или Невероятные приключения Пети Огонькова на Земле и на Марсе

Совсем другое — дистанционно управляемые модели. Это сложные, начиненные электроникой машины. Изготовить такую модель, особенно если она является точной копией большого судна, можно только в имеющем специальные станки и оборудование кружке, под руководством опытного руководителя. А мы уже знаем, что таким опытным руководителем был Максим Кузьмич Мореходов. Но и Славик Подберезкин тоже был не промах. Он, конечно не умел столь же мастерски выстругивать и вытачивать детали, но зато он мог начинить любую модель такой сложной электроникой, что Максиму Кузьмичу долго приходилось крутить ус и покачивать головой.

Ведущий объявил новых участников, и на поверхность пруда вышли дистанционно управляемые модели: два крейсера, линкор и две подводные лодки.

Крейсеры назывались «Отважный» (с зеленым флажком на мачте) и «Верный» (с синим флажком); линкор — «Стремительный» (с красным флажком).

Подводные лодки назывались «Дельфин» и «Кашалот».

Эти пять моделей и были участниками морского боя.

Как раз в это время на берегу появился губернатор с семьей и многочисленной свитой, поэтому трудно было понять, к чему больше относился взрыв бурных аплодисментов — к выходу на пруд боевых судов, или к появлению на берегу столь почетного гостя. Волнение нарастало: все знали, что сражение будет не шуточным, настоящим, до полной победы.

Пятеро участников важно и неспешно описали круг вдоль берега, выполнили несколько показательных фигур и разошлись на свои исходные позиции.

Правила боя были просты и беспощадны: каждый сражался только за себя и против всех. Побеждал последний, оставшийся на плаву.

Подводные лодки имели то преимущество, что могли неожиданно появляться на поверхности и открывать огонь по кораблям. Однако четыре глубинные мины, расположение которых было известно только судейскому жюри, уравнивало их шансы на победу с надводными судами. К тому же лодка имела только одно пневматическое орудие, в то время как оба крейсера и линкор могли палить в разные стороны из множества расположенных на палубе орудий. Каждая из подлодок имела торпеду на резиновом ходу, попадание которой в цель было делом маловероятным, но в случае удачи — абсолютно сокрушительным.

Негласные правила морского боя предписывали кораблям сообща действовать против подлодок, пока на плаву не останется только двое участников, которые и решали между собой первенство в честной схватке.

Петя еще не знал, что взрыв глубинной бомбы, прямое попадание снаряда или торпеды может отправить его к праотцам; Славик Подберезкин был настолько уверен в быстрой победе, что скрыл от него это ужасное обстоятельство.

4

В небо взвилась ракета, прочертила над парком дугу и рассыпалась звездочками. Это был сигнал к началу морского боя; публика затаила дыхание. Завладевшие островком в центре пруда телевизионщики начали главную трансляцию.

Сначала три корабля и две подлодки медленно ходили по кругу вдоль берега, будто присматриваясь. Во всем парке сделалось тихо, потому что и другие моделисты прервали на время свои заезды и полеты, чтобы посмотреть морской бой.

Прошла минута, другая… Вдруг «Дельфин» прибавил скорость и ушел под воду. Напряжение возросло: теперь никто не знал где он и какое судно будет атаковано первым. Корабли сбавили ход, их пушки тревожно заводили стволами по сторонам.

Тут карапуз из толпы зрителей запустил в воду баночку из-под лимонада. В то же мгновение тишина взорвалась тарахтением пневматических пушек, и град разрывных снарядов обрушился на жестянку, разнеся ее в клочья.

Увидев это, Маринка ахнула, покачнулась и побледнела.

На мальчишку зашикали, прозвенел подзатыльник, и все опять стихло.

Когда накануне вечером ушла Маринка Корзинкина, Славик имел с Петей серьезный разговор, по окончании которого Петя дал свое согласие на участие в морском бое. Он согласился во-первых потому, что Славик умел очень убедительно уговаривать. Во-вторых потому, что еще не знал о смертельной опасности, которая ему будет угрожать. А в-третьих… он был все-таки мальчишкой, а не кисейной барышней, и ему самому хотелось побыть хоть немного капитаном боевой подводной лодки.

Как только согласие было достигнуто, началась бешенная подготовка. Славик без устали паял, сверлил, клеил и подтачивал, заставлял Петю дергать рычажки управления и стрелять из пушки по мишеням холостыми зарядами, пускать торпеду в наполненной ванне и переговариваться по рации.

Только глубокой ночью, совершенно обессиленные, оба завалились спать, а утром Славик пересадил Петю в коробок и отдал на хранение Маринке Корзинкиной. Теперь она смотрела на пруд, словно оцепенев, с дрожащими пальцами около рта, и ее разум отказывался понимать происходящее.

Петя стоял на капитанском мостике за штурвалом, судно послушно подчинялось каждому его движению. «По крайней мере, — рассуждал он про себя со спокойствием философа, — приключение стоит того, чтобы побыть маленьким. Что ни говори, а в моем теперешнем положении есть масса привлекательных сторон. Взять хотя бы то, что сейчас происходит — когда бы и кто разрешил, будь я обыкновенным мальчиком…»

Но он не успел перебрать все выгоды своего положения, потому что вдруг ударили разом все орудия, и заброшенная на середину пруда жестянка вмиг разлетелась на куски.

— Ого… — Петя почесал затылок. — А что если бы это была не банка… Эй! — испугался он, вдруг все поняв. — Эй! Подберезкин! Что это значит? Ты не говорил, что снаряды будут разрывные, я думал, все понарошку!.. Эй, ну-ка прекрати все это, выпусти меня!..

Голос Пети впивался Славику в голову комариным писком. Пугливо оглядевшись по сторонам, он поднес к губам пульт ДУ, переделанный в рацию, и зашептал:

— Тише ты, не ори. Пока все идет как надо. Просто из-за того, что приехало телевидение, решили сделать поэффектней. Кстати, подводные мины тоже взрываются, будь осторожнее. Слышишь меня? Или уже струсил?..

От возмущения у Пети просто не находилось слов.

— Ну так что? — настаивал Славик, и в голосе у него появились насмешливые нотки. — Как, струсил? Струсил как девчонка, или будешь моряком, будешь сражаться?..

— Ничего я не струсил, — отозвался Петя, немного помолчав. — Только предупреждать надо.

— Ладно, ладно, ты молодец, все будет хорошо. Они тебя не достанут, главное смотри в оба и слушай меня.

Тем временем к Славику приблизился вплотную капитан «Дельфина».

— Я в центре, у самого дна, — прошептал он. — Ровно через тридцать секунд погружайся, атакуем «Стремительный».

— Уходи под воду, — шепнул Славик в пульт. — Через тридцать секунд атакуем красный.

«Красный» — это значит, линкор с красным флажком на мачте.

Вот оно, началось. От волнения у Пети задрожали коленки. Он потянул на себя рычажок погружения, и «Кашалот» плавно пошел под воду. Лобовое стеклышко рубки накрыла зеленоватая рябь, и в следующую секунду поверхность пруда оказалась над головой. Она светилась и играла бликами. Стало тихо, как в погребе.

Теперь надо было смотреть во все глаза: любая из четырех глубинных мин могла находиться рядом, прямо по курсу, и столкновение с ней означало для Пети мгновенную гибель. По счастью, видимость под водой была хорошая. Глубина пруда в среднем составляла не более полутора метров, поэтому отлично просматривалось дно, вода и поверхность метров на пять вперед. Петя подумал, что у него и вправду есть несомненное преимущество перед тем, другим капитаном, который стоял на берегу. Его «Дельфин» сейчас шел под водой наудачу…

Над песчано-илистым дном, меж редких поднимающихся к поверхности водорослей, то там, то здесь рыскали в поисках пропитания караси и колюшки. Они были такие же маленькие, как Петя. На песчаной полянке, окруженной темно-зеленым илом, громоздился остов детского велосипеда с проржавевшими насквозь спицами и ободами. Сколько же он здесь пролежал? Но что это… Вот, справа мелькнуло нечто зловещее… Стальной шар с торчащими во все стороны иголками, глубинная мина! Отлично, надо запомнить это место, ориентиром будут служить останки велосипеда…

— Ну, что же ты! — зашипел в громкоговорителе голос Славика Подберезкина.

Петя взглянул на секундную стрелку висящих у него над головой наручных часов. Да, да, уже пора. Впереди над поверхностью стал заметен красный флажок на мачте «Стремительного». В трех шагах слева идет на всплытие «Дельфин», его временный союзник. Петя повернул рычажок тросика горизонтальных рулей, прибавил скорость и взялся за гашетку орудия. Теперь вперед, в атаку!

Зрители зашумели, показывая пальцами — на поверхности пруда появились, разрезая воду, сначала капитанские рубки, а затем и палубы подводных лодок. Двигаясь по двум невидимым, но четким линиям к одной цели, оба одновременно открыли огонь из орудий.