Битва у рифов - Константин Степанович Собко

Верхней улице, через два рифа, Цитрон подплыл к расщелине, перегороженной веткой чёрного коралла, и сказал:

— Это здесь. Ты пока отдыхай. Осмотрись. Может быть, найдёшь что-нибудь перекусить. Если ничего не найдёшь, я разрешаю тебе в виде исключения съесть одну водоросль с клумбы. С клумбой будь посторожнее. Её благоустройством занималась твоя мама.

Затем Цитрон сказал одной из неоновых рыб:

— Фара, подежурь с сёстрами в доме Ориона до утра. С вами ему будет веселее.

Орион отодвинул чёрный коралл и вплыл в расщелину. Неоны последовали за ним.

Жилище родителей было просторным. Слева от входа стоял высокий металлический ящик. На нём блестела табличка, на которой была надпись: «Пульт управления вторым дизелем». Рядом с этим ящиком стояли два телевизора и старая ножная швейная машина. Справа от входа лежал большой плоский камень. Скорее всего, это был стол. Пол был посыпан ярко-жёлтым песком, в котором было много красных и зелёных камешков. В стене напротив входа были глубокие углубления — полки. Они годились для сна. Вверху в потолке зияла просторная брешь, в которой плескались волны. Можно было всплывать за порцией воздуха, не покидая дом.

Неоны до утра медленно плавали по жилищу. Иногда они поднимались до уровня верхней полки и тогда из темноты проступали усталые печальные глаза Ориона.

*

— Подъём! Всплываем, дышим! — услышал Орион бодрый голос Цитрона.

Было раннее утро. Солнце ещё не поднялось над горизонтом.

— Я всё узнал! — сказал Цитрон. — Твоя семья живёт у дедушки Силвера рядом со спорт-атоллом. Завтракать будешь?

— Нет. Позавтракаю с семьёй.

— Тогда плыви за мной. Возможно, к завтраку как раз успеем.

Они выплыли из расщелины. Цитрон прикрыл вход чёрным кораллом и сказал:

— Я послежу за вашим домом. Может, когда вырастешь, надумаешь здесь жить. Или как?

— Может быть, надумаю.

— Хорошо! Не сомневайся, всё будет в порядке. У меня сильно не забалуешь! Да и комендант наших рифов мурена Сцилла — серьёзная дама. Она хорошо знает своё дело!

Они проплыли мимо трёх рифов, двух отмелей, затем под ними появилась глубокая тёмная трещина.

— Ещё пара отмелей и ты будешь дома, — сказал Цитрон.

Андромеда проснулась с первыми лучами солнца. Она осторожно проплыла по комнатам, рассматривая братьев, сестёр и родителей. Затем подплыла к выходу из дома и подумала:

«Орион! Почему ты такой упрямый? Поговори со мной. Если мальчик заговорит первым, легче восстановить отношения! Я мечтаю дружить с тобой!»

Постояв немного, она робко проскрипела: «Орион!» Потом сжала зубы и проскрипела громче: «Головастая черепаха Орион! Где ты? Я скучаю!»

— Бедная моя девочка! — услышала она за спиной голос мамы. — Совсем одичала среди рыб! Нельзя скрипеть зубами, это вредно. Ты ведь не спинорог? Пойдём, ты ещё долго должна отдыхать. Что творится? Пережить такой ужас! Невольно заскрипишь зубами!

Орион резко остановился и прислушался.

— Что случилось? — спросил Цитрон.

— Нет, ничего. Это мне показалось.

И Орион поплыл вперёд.

Наконец Цитрон спросил:

— Видишь, вот там сквозь синеву проглядывает риф? Скоро будем на месте. Все уже знают, что ты вернулся. Да, я хочу тебя спросить: у тебя есть желание стать моим помощником?

— Я хочу стать гонщиком.

— Жаль. Мы бы с тобой… Хотя, и гонщик из тебя может получиться хороший: ты крепкий парень.

— Мой папа говорил: «Если хочешь чего-то — добейся, не ленись».

— Это правильно. Дионий вообще умный: учился в училище штурманов-астрономов, поэтому знает про звёзды. И умеет читать книжки людей. Он вам что-нибудь читал?

— Нет.

— Почему? Ты вообще знаешь, что такое книжки?

— Знаю, видел. Папа показывал. Помню, до шторма он рассказывал про трассы «большие горки» и «гигантский слалом», объяснял, какие требования…

— О, да! Это крутые трассы! Вот только до права участия во взрослом слаломе тебе нужно немного подрасти…

— Я подрасту.

Помолчав немного, Цитрон спросил:

— Вот что ещё я хочу узнать: кем назвал тебя тот крупный спинорог? Каким-то советником…

— Он пошутил, — ответил Орион. — Тот спинорог всю дорогу придумывал разные шутки, чтобы мы с Андромедой не скучали. Никому не нужно про это говорить.

— Ладно, — согласился

Цитрон. — Буду нем как рыба.

И вдруг он воскликнул:

— Смотри, парень, это твоя мама!

Им навстречу быстро плыла Пальмира. Она стиснула Ориона в объятьях и долго не отпускала. Рядом уже появились Дионий, братья и сёстры Ориона, дедушка Силвер, обитатели нескольких рифов, а она всё не отпускала вернувшегося издалека сына и плакала.

Глава четвёртая

ТРЕНЕР МОРОК

Орион упорно плыл и плыл вперёд по бурному морю. Волны подбрасывали его, переворачивали, заламывали плавники, но он всё плыл, глядя на сиявший звёздами большой ромб. И вдруг этот ромб стал превращаться в разинутую пасть акулы. И эта пасть с лязгом сомкнулась прямо перед его носом.

Он вскрикнул и проснулся.

— Скоро все неприятности забудутся, — успокоил его сидевший у кровати дедушка Силвер. — Ты дома. Опасности нет. Помнишь, кто я?

— Конечно, дедушка, — ответил Орион, улыбнувшись. — Я всё помню. Мы познакомились вчера. У меня такая же, как у тебя, светлая полоса на панцире от носа до хвоста.

— Правильно. И мне это нравится. Пока ты спал, кое-что упустил. А спал ты целые сутки.

— Сутки? — удивился Орион.

— Да. Вчера днём к нам в гости приплыли Астра, Гольфстрим, а с ними Андромеда — твоя подружка по несчастью. Её родители хотели увидеть тебя и поблагодарить за то, что ты не испугался смертельной опасности. Понимаешь, о чём я говорю?

— Да. И меня не разбудили?

— Мы не стали этого делать. Ты в это время очень грозно скрипел зубами. Как спинорог! Где ты научился разговаривать на их языке?

— Да так… случайно. И что было дальше?

— Пальмира и Астра немного повздыхали, сетуя на то, что шторм для детей — страшная угроза. Потом мы вместе пообедали. После обеда Пальмира показала Астре свою коллекцию пуговиц и цепочек. Кстати, Астра работает в музее человеческого творчества, знает всё и про пуговицы, и про цепочки, а ещё про очки, кольца и прочее.

— А что делала Андромеда?

— Ничего не делала. Сидела здесь и смотрела на тебя. Она, я обратил на это внимание, очень интересная девочка. Просто красавица! Правда, от пережитых потрясений очень часто плачет, но это скоро пройдёт. В общем, мне очень понравилась твоя подружка.

— Она мне не подружка. Я с девчонками не дружу.

— Ну-ну, — задумчиво сказал дедушка, внимательно глядя на внука. — Тебе виднее. Как ты себя чувствуешь?

— Если честно, хочется позавтракать.

— Значит, ты в порядке. Плывём в гостиную?

— Да, дедушка. Я хочу спросить… вчера толком ничего здесь не рассмотрел…

— Это твоя комната, — объяснил Силвер. — Пока