Снежный июль, или Мои волшебные каникулы - Хеля Андерсон

фея. И до того хорошенькая!.. Платьице на ней сиреневое с пышной юбочкой, белый подъюбник, туфельки с колокольчиками и маленькая диадемка в розовых волосах. Ресницы — длиннющие. Она глазами так хлопает, будто только проснулась и ещё не очень быстро думает и, вообще, не понимает, что к чему. У меня всегда спросонья так. Я пока не умоюсь и чаю не попью сладкого, ни к каким делам и разговорам не могу приступать. А мама моя говорит, что она без утреннего кофе вообще проснуться не может и, даже если ходит или говорит, его не попив, на самом деле спит.

Что «фея»? А, точно! Я её увидела и залюбовалась. Потому что редко мне феи в жизни встречались, а эта была совершенно необыкновенной. Я замерла и не знала, что делать. Она мне машет ручкой и говорит: «Привет, Катя! Наконец-то ты меня услышала. Меня зовут Синеглазка».

Я ей отвечаю: «Привет! А откуда ты знаешь моё имя?».

А она говорит: «Вы с мамой громко говорили, и я услышала, как она тебя называет. Как хорошо, что вы пришли. Все мои сестрёнки куда-то улетели, а я так крепко спала, что не слышала, как они меня звали. А может, и не звали даже. Может, они специально улетели, пока я спала. И теперь я осталась одна и не знаю, куда они делись». И голос у неё так дрогнул, будто сейчас заплачет. А плачущая фея — это же самое грустное, что может быть в мире.

Я её успокоить захотела: «Не переживай! Они обязательно вернутся за тобой!».

А она такая: «Навряд ли. Видишь ли, мы ― колокольчиковые феи, и для жизни нам нужен исключительно вот этот вид колокольчиков, но поляна здесь так заросла, что нашим домикам не осталось места. Ещё немного — и мой последний колокольчик затянет травой, и я останусь без дома».

И она заплакала. Представляешь?

А знаешь, как горько и жалобно плачут феи? Я не выдержала и тоже заплакала. Тут ко мне подошла мама и спрашивает: «Ты чего ревёшь?».

Мама у меня волшебная, но даже ей нельзя было говорить про фею. Это же закон такой: о феях знают только дети. И точка. Разве ты не в курсе? Запомни, значит. Поэтому я маме рассказала, как мне жалко колокольчик. Вроде все цветы вокруг растут в большом количестве, а колокольчик такой маленький, хорошенький и один, и скоро другие растения его задавят. Тогда мама меня обняла, погладила по голове и предложила вокруг него траву убрать и освободить ему место. Так мы и сделали, а пока наводили порядок, мама целую стаю молоденьких колокольчиков обнаружила. У них просто не хватало сил прорваться, а мы им помогли.

Этот колокольчик мы сфотографировали, чтобы запомнить его, он очень красивый был. Решили с мамой сделать такой альбом, в котором распространённые растения мы разместим в засушенном виде, а те, что увидим в единичном экземпляре, сфотографируем. Так и природу сохраним, и серьёзное исследование проведём: сразу будет понятно, каких цветов в изобилии растёт, а каких совсем мало, поэтому надо их беречь.

Перед уходом я ещё раз к фее подошла — посмотреть, как у неё дела. А она делает бусы из росы и песенку напевает ― такая милая.

— Ой, Катя! Спасибо вам большое! Как здорово, что вы пропололи тут всё, и теперь как только новые колокольчики расцветут, мои сестрёнки вернутся. Я самая счастливая фея на свете!

Так она мне сказала на прощание. И мы с мамой домой пошли.

Потом мы ещё приходили проверять, как наша колокольчиковая поляна. Но фею я больше не встречала. Зато колокольчиков было видимо-невидимо.

Звёздный улов

У папы моего много увлечений. Про все рассказывать времени не хватит. Расскажу про рыбалку.

Рыбу можно ловить круглый год, но мой папа особенно любит летнюю, причём вечером. Знаю, что многие рыбаки с утра пораньше ходят. Дедушка, например. «Пойду на утреннюю зорьку», ― говорит он в таких случаях. Но папа любит с утра поспать, его раньше девяти вообще не разбудить. И работа у него напряженная, он хорошо высыпаться должен. А вот вечером, после работы, порыбачить — самое то. И я с ним люблю ходить.

А знаешь, что мне больше всего там нравится? Чай из термоса пить. Почему такой чай всегда вкуснее, чем дома из чайника? И ведь обязательно попадёт какая-нибудь травинка или листик в кружку, и её убрать с первого раза не получится. Палец обязательно обожжешь или язык: сколько ни дуй на чай этот, он никак не остывает. Но всё равно, так вкусно! Папа всегда смеётся, что я с ним только из-за еды хожу. А ведь на рыбалку, говорит, не есть ходят, а наоборот, пищу добывать.

Ну, в общем, собрался папа на рыбалку, и я с ним. В тот раз он решил на новое место поехать. Обычно мы на реку ездили, а тут ему знакомый рассказал, что есть небольшое озеро недалеко от города и о нём мало кто знает. Так оно хитро расположено, что с дороги его не видно совсем, а на картах оно совсем маленьким кажется, и поэтому мало на нём людей, а рыбы, наоборот, много. Папа решил это проверить. Собрал снасти свои, еду, термос — это я проконтролировала, и поехали.

Озеро, и правда, было близко. А какая там красота оказалась! Ещё с дороги что-то волшебное началось. Я сразу поняла, что поездка будет необычной и место особенное. К озеру вела узкая и извилистая дорога. Она будто проверяла нас: точно ли хотим попасть к воде. Деревья вдоль дороги с двух сторон плотным коридором выстроились, крепко ветвями сцепились, будто это кто-то задумал и их так высадил. А может, так и было, кстати. Выехали мы из этого тоннеля — а там!..

Вот представь: озеро круглое-круглое, вода в нём ярко-зелёная, а все берега заросли калужницей. Ка-луж-ни-цей. Первый раз слышишь, что ли? Это такие жёлтенькие маленькие цветочки. Они всегда около озёр и болот растут. Очень симпатичные: лепестки круглые, маленькие, а посередине целая охапка пушистых тычинок. На ветру они так забавно подрагивают. Знаешь, будто стесняются и боятся, что вот-вот улетят. Я где-то слышала такую историю про калужницу, слушай. В далёкие времена одно болото влюбилось в само солнце. Солнце, конечно же, не замечало несчастного влюблённого, но ежедневно любовалось собой в озеро, что было поблизости. И тогда болото решило привлечь внимание солнца: в один день распустились по его