Иван Царевич и Серый Волк 5 - Анна Евгеньевна Антонова

с тревогой спросил он. – Можешь не стесняться – тут все свои!

– Нет... а что? – испугался парень.

– Не торопись, подумай!

Иван уже пришёл в себя и отмахнулся:

– Чего думать-то? Если б была, я б заметил!

– А Кот говорит, что если бабочка махнула крыльями, то у человека вы-растает третья рука и он всё забывает! – заявил Серый, по-своему пересказывая слова учёного.

Тот обстоятельно поправил Волка:

– Нет, я говорил, что если бабочку прогнать, то мир уже не будет прежним!

Иван задумался, и тут его осенило! Он схватил Волка за лапу и взволнованно заговорил:

– Точно! Бабочка! Она... у неё эта фотография на тумбочке! Это любимая её, потому что она на ней очень хорошо вышла. Только ей бабочка никогда не нравилась, потому что бабочка цветовой акцент смещает – ну, так она говорит. Понимаете?!

Кот вскинул брови:

– Молодой человек, а вы говорите, чтобы вас кто-нибудь понял, или просто говорите?

– Да что тут не понять? – всплеснул руками Иван, но всё же объяснил: – Бабочка на мой костюм села, а она её прогнала! Прямо перед свадьбой!

– Уже чуть лучше, – хмыкнул Кот. – Перед чьей свадьбой?

– Перед нашей! – растерянно отозвался Иван. – С Василисой... Ты ж был на ней!

– Я вас впервые вижу, молодой человек, – отрезал учёный. – А Василиса не замужем. И не была никогда.

Сообщив эти страшные новости, Кот отвернулся и вновь принялся паять.

– Кот, ты чего? Ты ж сам сказал – бабочка! Ну, чего ещё надо?! – возмутился Волк.

– Я сказал – в теории, – терпеливо пояснил учёный. – А тут тяжёлый клинический случай. Я не знаю, чем помочь товарищу. Всё, извините, я занят.

– Пойдём, Серый... – уныло позвал Иван.

– Секунду. Кот, тебе бумажный слоник не нужен? – спросил Волк.

– Спрашивал уже! – проворчал Кот.

Волк вздохнул, и они с Иваном вышли из комнаты.

Глава третья

Главное – не волноваться

Ночью Ивану не спалось. Волк устроил его в своей комнате и сам-то давно уже храпел, а царевич всё лежал с открытыми глазами. Вдруг он подскочил и принялся трясти друга.

– Серый! Я знаю, что делать! – воскликнул он.

Волк спросонья только глазами хлопал:

– А? Что? Кто?!

– Я придумал! – возбуждённо закричал Иван.

– Ваня, тише! – испуганным шёпотом осадил его Волк. – Население разбудишь!

Иван только рукой махнул, сорвался с места и выскользнул из комнаты.

– Ваня, стой! Куда ты?!

Серый бросился за ним.

Иван пробирался по коридорам дворца, а Волк бежал следом, надеясь остановить безрассудного царевича. У двери, которую парень собрался открыть, Серый наконец нагнал его.

– Ваня! Ваня, подожди... – взмолился он. – Это же покои Василисы!

– Хм... А то я не знаю! – отозвался Иван. – Мы всем всё сейчас докажем!

Он решительно взялся за ручку двери, но вдруг замер и обернулся к Волку.

– Эх... Всё собирался смазать петли, да руки так и не дошли... – сокрушённо заметил он.

– Нет, Вань, это ноги не доходят, а руки только коротки бывают, – прокомментировал Волк.

– Да? Ну, тогда не должна заскрипеть...

Иван осторожно приоткрыл дверь, и тут же раздался ужасный скрип. Волк в ужасе схватился за голову, а парень уже скрылся внутри.

Иван на цыпочках подкрался к кровати Василисы и невольно залюбовался. Не отрывая взгляда от спящей девушки, он сделал ещё шаг, но споткнулся о лежавшую на полу игрушечную обезьянку и неуклюже повалился прямо на прикроватный столик! Раздался грохот, со стола посыпались вещи, и Иван едва успел поймать фотографию в рамке. В этот момент веки у Василисы дрогнули, и царевич испуганно замер на месте.

Тут Волк просунулся в дверь, выдернул Ивана из комнаты, и они застыли в коридоре у входа в спальню, унимая дрожь в коленках. Иван бережно прижимал к груди фотографию. Волк потянул было его прочь, но вдруг вжался в стенку. По коридору плёлся сонный Царь в ночной рубашке и колпаке.

– Доброй ночи, Царь-батюшка, – любезно раскланялся Волк.

– Доброй, доброй... – отозвался Царь и, зевнув, спросил: – Кто последний в туалет?

– Э... – Волк замешкался, но быстро сориентировался: – Вы, как Царь, без очереди!

– Спасибо, – кивнул государь и двинулся дальше.

Царь прошествовал мимо, а Иван взволнованно схватил Волка за лапу.

– Серый, он не удивился, что я тут! – обрадовался парень. – Значит, узнал меня!

– Не, Вань, он и меня не узнал, – отмахнулся Волк. – Это он во сне...

– А я говорю – узнал! – упрямо повторил Иван и закричал вслед государю: – Царь-батюшка, я цепочку починил! Проволокой скрутил её!

Но тот никак не отреагировал и скрылся в уборной, что была дальше по коридору. Волк только лапами развёл – мол, сам видишь.

– Ну и ладно... – Иван стал тыкать снимком прямо Волку в нос. – Вот. Это та самая фотография, где я с бабочкой на плече! Мы сейчас её Царю предъявим! А уж он-то Василису сумеет убедить...

Волк присмотрелся к изображению. Физиономия у Серого вытянулась, и он сокрушённо покачал головой.

– Что? – испугался Иван.

– Вань, тебя нет на фотографии... – осторожно заметил Волк.

Иван взглянул на снимок и ахнул. Волк был прав...

Из уборной послышался шум спускаемой воды, словно подтверждая крушение всех надежд.

Всю ночь Волк с Иваном думали, что делать. А потом случилось то, чего никто не ожидал, и вообще всё рухнуло. Едва пропели первые петухи, с дворцового крыльца раздался истошный крик:

– Жених! Жених приехал!

Волк выскочил на улицу. Вскоре подъехали три кареты, запряжённые прекрасными лошадьми. Царь и Кот Учёный встречали гостей красной дорожкой да хлебом с солью.

– Добро пожаловать! Прошу... – любезничал государь.

Из карет высыпали нарядные особы. Все, кто при дворе служил, с трепетом приветствовали высокого мужчину в летах и с импозантными усами, и только Волк не стал дальше наблюдать и бросился к Ивану. Тот сидел на кровати, обхватив голову руками.

– Спокойно. Спокойно, слышишь?! – дрожащим голосом начал Волк. – Ты только не волнуйся. Когда волнуешься, ещё хуже. Вообще аппетит пропасть может!

Иван поднял глаза:

– Что?

– В принципе, ничего страшного, – заюлил Серый. – Пока вообще ничего особенного. И говорить,