Корона и Чертополох - Оксана Вениаминовна Смирнова

крупных, как чашки, чайных роз. Они были завёрнуты в кальку – тонкую, но плотную полупрозрачную бумагу. Розы папа принёс из оранжереи, где работал его давний приятель.

– Между прочим, этот сорт недавно получил гран-при на выставке в Париже, – небрежно сказал папа.

Розы подозрительно напоминали те, что Тюха видела в Касилии. И пахли так же головокружительно. «Интересно, – подумала Тюха, – не там ли папин друг раздобыл этот сорт?»

В школьном дворе толпились ученики и родители, над их головами виднелись таблички с номерами классов.

Девочкам пришлось разойтись: Тюха в 4 «А», а Валю определили в «В». Класс у Тюхи остался прежним, зато к ним пришла новая учительница – Наталья Николаевна, которая Тюхе сразу понравилась: она была похожа не на тётеньку, а на мальчишку. Высокая, немного угловатая, с короткой и слегка взъерошенной, тоже мальчишеской, причёской. Тюха заранее настроилась защищать Наталью Николаевну от некоторых зловредных одноклассников, но было понятно, что она и сама сумеет за себя постоять.

Входя в класс, все сначала вручали Наталье Николаевне свои букеты, а потом бросались занимать места. Наталья Николаевна с улыбкой принимала цветы и не мешала ребятам рассаживаться так, как им хотелось. Цветы она складывала на стол, почти не успевая на них взглянуть. Только запах Тюхиных роз заставил её удивлённо замереть и даже чуть задержать этот букет в руках, чтобы ещё раз вдохнуть аромат солнечного волшебства.

Тюха заняла свою третью парту у стены. Место рядом с ней осталось свободным: Тюхина подруга Карина вместе с семьёй вернулась в родной Ереван. Вместо неё в их классе появилась новенькая. Она стояла сбоку от доски и с интересом разглядывала ребят.

Тюха привстала за своей партой и помахала девочке рукой: иди сюда! Та кивнула и быстро заняла свободное место. Глаза у неё оказались серые, как и у Тюхи, и она тоже носила две косички, не особенно длинные и не особенно толстые.

– Я Настя Стрешнева, – сказала Тюха. – А тебя как зовут?

Но девочка не успела ответить. Наталья Николаевна начала знакомиться с классом, и стало очень тихо. Никто даже не понял, как это получилось. Как-то само собой.

Во время переклички выяснилось, что новенькую зовут Оля Стёпина. Их семья переехала в центр с окраины Москвы. Наталья Николаевна не стала говорить, что новенькую девочку не нужно обижать, а лучше помочь ей поскорей освоиться. Зачем? Вещи вроде бы очевидные для всех нормальных людей. Но оказалось, не такие уж они и очевидные. Или, может быть, не все в 4 «А» такие уж нормальные? Не успели Тюха с Олей выйти в коридор на перемену, как к ним подкрались четверо классных хулиганов. Самый нахальный из них – Мишка Чурсин – выкрикнул из-за Олиной спины:

– Эй, Стёпка, хочешь щец?

– Фу! – дружно заорали в ответ его приятели. И запрыгали вокруг девочек.

Тюха от неожиданности растерялась, а Оля спокойно спросила:

– Вы что, будете звать меня Стёпкой?

– Ага! – отозвался Мишка, зловредно ухмыляясь.

В ответ Оля вдруг тоже улыбнулась и подняла вверх два больших пальца. Мало того – она тихо и торжествующе сказала:

– Yesss!

Мишка опешил. Его дружки враз замолчали. Возможно, у них в запасе и была ещё какая-нибудь каверза, но тут в коридор вышла Наталья Николаевна. Мальчишки благоразумно отступили.

Тюха спросила:

– Ты правда хочешь, чтобы тебя звали Стёпкой?

– Правда хочу, – ответила новенькая.

– А мне казалось, что Оля – хорошее имя, – осторожно заметила Тюха.

– Оля, может, и ничего. Но почему-то всем бабушкам кажется, что меня можно звать Лёся, Лёля или ещё хуже – Ляля.

– А у тебя много бабушек?

– Три. Одна родная и две двоюродные. Они и друг друга зовут так, будто им по два годика: Муся, Нюся и Татуся.

– А ты как их зовёшь?

– Да так же, – вздохнула Стёпка. – Их все так называют. Только Татуся – это просто бабушка. А меня в старой школе тоже звали Стёпкой.

– Можно, я тоже буду тебя так звать?

– Конечно, можно! А тебе нравится быть Настей?

На такой прямой вопрос нужно было отвечать честно.

– На самом деле я не Настя. Просто в школе никто не знает моё настоящее имя.

– Оно секретное?

– Да как посмотреть… – задумалась Тюха. – Если хочешь, могу тебе сказать.

– Конечно, хочу!

– Меня зовут Тюха.

Раньше она бы пояснила, что это сокращённый вариант Настюхи, но теперь уже знала, что с этим именем всё не так просто. И молча ждала, что скажет Стёпка.

– Yesss! – снова выдохнула та и рассмеялась.

Тюхе стало легко и весело, и она тоже засмеялась.

– А что это они про щи кричали? – спросила Стёпка.

– Это просто такая фраза, для запоминания, в ней все согласные глухие: «Стёпка, хочешь щец? Фу!» И никаких других глухих согласных в русском языке нет.

– Здорово! – кивнула Стёпка. – Буду иметь в виду.

Когда уроки кончились, Тюха и Стёпка вместе выбежали во двор и сразу бросились к мамам. Каждая к своей, но оказалось, что бегут они в одну и ту же сторону. Их мамы стояли рядышком и увлечённо разговаривали.

– Мам, это Оля Стёпина! Мам, это Настя Стрешнева! – одновременно объявили девочки.

– Очень приятно, – отозвалась мама Стёпки. – А это моя любимая подруга Леночка.

– И моя любимая подруга Аришка, – улыбнулась мама Тюхи.

Девочкам это совпадение показалось удивительным и очень хорошим знаком. Обе подумали, что теперь их очередь стать лучшими подругами.

Наталья Николаевна не стала в первый день задавать домашнее задание, и можно было со спокойной совестью идти гулять. Валя во двор не вышла, потому что их учительница, наоборот, сразу же нагрузила свой класс множеством упражнений, примеров и задач. Тюха хотела воспользоваться этим, чтобы поговорить с Томом и Риком, но пустырь захватила компания старших ребят. Пришлось сидеть дома и весь вечер читать «Мэри Поппинс».

Глава 4

Подарки из Иллирии

Лето сменилось осенью стремительно, без долгих размышлений и отступлений. Стоило сентябрю явиться в город, как всё вокруг разом переменилось. Ветер нагнал унылых серых туч, и полил дождь. Сначала мелкий, а потом и настоящий, с косыми жёсткими струями. Он то громко барабанил по зонтикам и подоконникам, то налетал резкими шквалами, как шторм на море, и тогда по окнам троллейбуса стекали сплошные потоки воды. Чтобы добраться до школы, Тюхе приходилось надевать красные резиновые сапоги и плащ-накидку поверх куртки и рюкзака. Накидка была ярко-жёлтая. Папа сказал, что Тюха в ней похожа на утёнка.

Во дворе главная лужа превратилась в сплошное болото, и