Крысиный заговор - Оксана Вениаминовна Смирнова

волшебное стекло, и они заглянули в комнату, где хранились куклы.

Маргарита Львовна и донна Кардо Баррикверо сидели за столом и что-то обсуждали. Между ними посреди стола в игрушечном креслице сидела кукла. По-видимому, та самая красавица-неаполитанка, которая так понравилась Машиной маме. Точней сказать, это была целая сценка: девушка сидела в кресле, а у её ног лежала лохматая собачка, по виду беспородная, но симпатичная, со светлой шерстью, длинными ушами и умными глазами. Тюха вгляделась пристальнее и заметила, что кукла и собачка находятся не просто на столе, а в невысоком квадратном поддоне.

Дамы явно о чём-то спорили. Донна Кардо Баррикверо с лёгкой улыбкой, вероятно, что-то предлагала, а Маргарита Львовна отрицательно качала головой. Пока шёл спор, Тюха внимательно осмотрела комнату. На подзеркальнике подушечки с булавкой не было. Возможно, донна Кардо Баррикверо уже успела её ловко утащить и теперь торговалась просто для виду.

Но нет. Вновь улыбнувшись, донна Кардо Баррикверо сняла с пальца кольцо. Сверкнул горячим красным огнём камень. («Рубин, наверно», – предположила Тюха.) Крыса взяла кольцо и с жадной торопливостью примерила на свой мизинец. По её лицу было видно, что расстаться с драгоценностью она уже не сможет.

Грузно поднявшись, Маргарита Львовна принесла откуда-то из соседней комнаты верхнюю часть коробки, накрыла ею куклу и торжественно вручила донне Кардо Баррикверо.

Та тоже поднялась из-за стола, бережно взяла в руки драгоценную коробку и с царственной неторопливостью направилась к выходу. Графиня-крыса шла перед ней, предупредительно распахивая двери. И даже сама нажала кнопку лифта, чтобы покупательнице удобнее было спускаться.

– Тётя Надя говорила, что эта кукла стоит столько же, сколько машина «Волга». А это очень дорого, – сказала Тюха, глядя, как донна Кардо Баррикверо подходит к такси, как водитель помогает ей пристроить коробку на заднее сиденье, самой устроиться на переднем и как такси уезжает прочь от дома.

– Я думаю, что драгоценный камень чистой воды, да ещё довольно крупный, стоит дороже, – ответил Рик. – Наверняка эта крыса-графиня очень довольна сделкой. Ты можешь немного подождать меня здесь? – спросил он вдруг. – Попробую узнать, что там на самом деле получилось. Мне кажется, они отправились к синьоре Стреге. Я выясню и всё тебе расскажу, а ты пока передохнёшь от своего города. Он совсем тебя замучил.

– Конечно, я подожду, – согласилась Тюха.

Рик тут же исчез. А Тюха решила посмотреть, что делает графиня-крыса. Стекло вновь показало комнату. Хозяйка, вместо того чтобы радоваться и любоваться кольцом, металась по ней бестолково и встревоженно. Вот она бросилась к окну, выглянула наружу, но такси уже и след простыл. Окинула взглядом полки с игрушками. Подошла к туалетному столику, мельком взглянула на своё отражение. Подушечки на столике не было, но графиню-крысу это не заставило встревожиться ещё сильнее. Она вышла в прихожую. Там тоже было зеркало, ещё больше, чем в комнате. Графиня посмотрелась и в него, сунула руку в карман своего летнего пиджака, достала из него бархатную подушечку с булавкой. Относить её в комнату крыса не стала. Бросила тут же, на подзеркальнике.

«Значит, бабушка Тома не смогла унести булавку», – подумала Тюха. И тут рядом с ней снова появился Рик.

– Донна Кардо Баррикверо просит тебя прийти, – сказал Рик. – У тебя ещё есть время?

– Есть, – кивнула Тюха.

И они дружно перешли из сада в горницу синьоры Стреги.

Глава 23

История грустной красавицы

Тюха вежливо поздоровалась с хозяйкой и донной Кардо Баррикверо. Синьора Стрега в ответ изобразила самую гостеприимную улыбку, а королева серьёзно и внимательно взглянула Тюхе в лицо и сдержанно кивнула.

– Мне хотелось, чтобы наш опыт прошёл у тебя на глазах, – сказала она. – Как ты видела, я купила куклу. Вернее сказать, выкупила у этой крысы одну жертву. Мне кажется, мы ещё сможем её оживить.

Коробка с куклой, как и в комнате графини, стояла посреди стола. Синьора Стрега торжественно сняла верхнюю часть коробки. Вблизи кукла казалась ещё живее и печальнее. Большие чёрные глаза глядели словно бы с отчаянной мольбой. Донна Кардо Баррикверо осторожно вынула куклу из игрушечного кресла и усадила на одну из лавок так, чтобы она надёжно опиралась спиной о стену. После этого взяла в руки собачку, провела пальцами по её голове, погладила за ухом, что-то нащупала и выдернула булавку.

Собачка в её руках тут же ожила и залилась громким лаем.

– Цыц! – прикрикнула на неё синьора Стрега и осторожно забрала булавку.

– Успокойся, – сказала донна Кардо Баррикверо, и собака в самом деле умолкла. – Сейчас попробуем вернуть твою хозяйку.

Она опустила собаку на пол, а синьора Стрега подошла к кукле и уколола её в шею, тоже за ухом.

Девушка превращалась медленнее. Она вздохнула и почти незаметно начала расти. Вскоре на лавке уже сидела юная красавица. Собачка вспрыгнула ей на колени и лизнула в нос. Девушка рассмеялась и прижала пёсика к себе.

Синьора Стрега принесла ей кружку с каким-то зельем и протянула со словами:

– На, выпей, милая! Сразу придёшь в себя!

Красавица послушалась, и ей, наверно, в самом деле стало лучше. Она опустила собаку (синьора Стрега тут же дала воды и ей) и охотно отвечала на вопросы донны Кардо Баррикверо приятным, певучим голосом.

– Как тебя зовут, милая?

– Бьянка Роса.

– Откуда ты?

– Из Флории.

– Эта страна граничит с Мираканто, – пояснила донна Кардо Баррикверо, – но климат там помягче и больше влаги. Что же с тобой случилось?

– Мы… – Бьянка Роса прерывисто вздохнула, – я поссорилась с женихом. Всерьёз поссорилась, и он ушёл. А я осталась сидеть на камне у дороги. Сижу и говорю сама себе: раз всё так плохо, не хочу больше жить. И вдруг гляжу – мимо идёт какая-то старая женщина. Подошла, ласково заговорила. Что, мол, красавица? Не хочешь больше жить? Так я тебе сейчас помогу. Станешь ты у меня красивой куколкой. И достала булавку. Я испугалась. А тут Джулька, моя собака, прибежала и стала на неё кидаться с лаем. Я крикнула ей: «Джулька, перестань!» И уже думала сказать, что не хочу быть куклой, но не успела. Она ткнула в меня своей булавкой. Я не могла пошевелиться и сказать ничего не могла. Но всё видела и понимала. А Джулька продолжала бросаться на неё, будто хотела разорвать в клочки. Колдунья испугалась и воткнула в неё свою булавку. Да так в ней и