Варенье наизнанку и максимум козы! - Сергей Анатольевич Смирнов

Василий Палыч помедлил немного, разглядывая отражение Саньки.

– Жив и почти здоров, – сказал он. – А теперь говорите, что вы про него знаете.

– А где он?! – словно не услышав вопроса, прямо криком разразилась Санька.

Участковый снова чуток подумал, прежде чем ответить:

– В больничке нашей. В психотделении…

– В психушке?! – так взвизгнула Санька, что, наверно, уши заложило у всех.

– Вот что. Убавь громкость и скажи, где вы его вчера в последний раз видели, – спокойным допросным тоном вопросил участковый.

– Вообще-то, мы после школы расстались – и всё… – собрав в кулак волю, ответил я и изо всех сил вперился в зеркальце, то есть в глаза участковому.

– А почему тогда сразу про него спросили у меня? – верно подметил Василий Палыч.

И тут Санька мгновенно собралась молодцом и за словом в карман не полезла:

– А интуиция, Василий Палыч! Он не пришел. Телефон его не работает. Он же мой парень! – И снова нажала на все регистры. – У меня сердце чует! Разрывается все!

Я последил за Славкой. Он сжался чуток – это было заметно.

– Твой парень, но почему-то не тебя провожал, – брякнул то ли подумав, то ли совсем не подумав Василий Палыч, но тут же сообразил, что такую информацию надо срочно нейтрализовать серьезным вопросом: – Вы что-нибудь знаете о связях Наты Пак с Лилианой Гариной? Вы их видели вместе?

Мы с Санькой ничего толком ответить не могли, а Славка признался честно:

– Ната у меня варенье для Гариной попросила.

Участковый кивнул, а потом внимательно посмотрел на Славку и спросил:

– Когда это было?

Славка сообщил примерное время. На вопрос: «А потом что было?» – Славка ответил, что «ничего не было» и он просто дома остался. Тогда участковый снова по очереди посмотрел на нас троих, а мы в этот момент боялись задать вопрос о том, что и как с Натой Пак.

– Вы, случайно, никого чужого в наших Загривках не видели? – задал новый вопрос Василий Палыч, и в этом вопросе мы услышали даже легкий стыд по поводу того, что сам он никого такого не видел, живя рядом с нами, и теперь ему приходится спрашивать куда более глазастую ребятню. – Или вот еще: с Гариной никто в Загривки неизвестный не приходил?

Мы так невольно попереглядывались, что Василий Палыч и сам легко догадался, что не видели мы никого такого.

– Ладно, – вздохнул он. – Во-первых, хочу вас предупредить: из дома вечером лучше пока не выходите. А уж от леса «Сигнальского» вообще держитесь как можно дальше… Все равно что-то узнаете, поэтому, чтобы вы всякую ерунду потом не разносили, я вам сообщу кратко ситуацию на данный момент. Похоже, у нас то ли маньяк какой-то завелся, то ли… в общем, как говорят, какая-то чертовщина неведомая на районе завелась. Хищник, может, такой. Мутант, что ли. Короче, Гариной больше нет. Что с ней сделали, непонятно совсем. И ваши ребята, похоже, все это… этот весь процесс видели…. Невооруженным глазом, так сказать. Но остались живы, только в шоке теперь. С ними психологи работают. Вы к ним пока не суйтесь. Повторюсь, они в шоке от случившегося. И вас к ним все равно не пустят. А теперь – давайте по домам, живо. И рот на замок. Не подводите меня. Сейчас сюда серьезная следственная группа из Питера выехала. Одноклассникам скажете, что кража в Загривках была, залетного баклана ищем, поэтому я вас тут и расспрашивал.

И высадил нас…

Конечно, нас облепили одноклассники, не успевшие разбежаться после уроков, и мы выдали им заготовку участкового… Хотя видок у нас, наверное, был – не на кражу, а на что-то куда более ужасное. Но от нас отстали.

И сестренка стала тут же звонить нашей маме Лине. Заведующая психоневрологическим отделением нашей областной больницы была ее одноклассницей и близкой подругой. Мама Лина позвонила ей, и блат сработал! Заведующая даже сказала, что это хорошо, что Артура навестят близкие друзья, это пойдет ему на пользу, только всех троих она пустить не сможет, а близнецы сойдут за «одного в квадрате». Так и сказала. И еще сказала, что пустит меня и Саньку только к Артурчику, а к Нате – нельзя. Ната в худшем положении, у нее сейчас серьезная амнезия от шока. Она реагирует, но ничего говорить не может, и похоже на то, что она даже своего имени не помнит.

Славка расстроился, но вошел в положение.

– Я пока маме помогу пойду, – успокоил он сам себя. – А вы потом приходите. Расскажете, что и как…

– Из больнички прямо к тебе бегом! – горячо пообещала моя сестренка.

И так оно потом и вышло – бегом!

А сначала мы с сестрой дунули бегом к горбольнице. У проходной тормознули, перевели дух… и оба слегка заробели. Каждый вспомнил, в каком качестве побывал в больнице прошлой осенью: Санька с переломами лежала, а на нее тучами то орхидеи, то тропические бабочки налетали. А я ее навещал, а заодно в параллельный мир проваливался, где больница стояла пустой и страшной…

– Ты только не вылей на Турю сразу ведро холодной воды, – невольно поостерег я сестренку. – Или кипятка… Не знаю уж, как правильней весь этот твой ужас представить.

А сам не без невольного веселого злорадства подумал о ведерке, которое Артурчик моей сестренке тоже приготовил.

– Да ты что! – прямо обиделась Санька. – Я ж не какой-нибудь Маньяк Садистович!

Тут наружу вышли родители Артурчика.

– Ой, Маргарита Кареновна, здрасьте! – захлебнулась моя сестренка. – Как он?!

– Здравствуйте, близнецы! – приветствовала нас мама Артурчика. – Гораздо лучше, чем мы думали. Молодцом держится. Слава богу, что обошлось! Вы тоже молодцы, что здесь уже. Артур ждет вас не дождется. – И нахмурилась с тревогой: – Вас полиция уже предупредила?

– Да, естественно, – закивали мы с сестренкой. – Мы будем осторожны.

– Если в Загривках страшно будет, к нам приходите переночевать! – предложила мама Артура и вопросительно посмотрела на мужа, отчима Артура.

– Нэт проблем, – кивнул отчим. – Врэмя раз дурное…

– Только не расспрашивайте его о том, что случилось. Ладно? – попросила Маргарита Кареновна. – А то это ужас какой-то! Просто отвлеките, расскажите, что и как в школе.

– Конечно, конечно! – пообещали мы.

Артурчика, понятно почему, держали в отдельной палате.

– Я как мэр тут прямо в своем кабинете! Ко мне очередь! – вполне бодро, только слегка замедленно, с паузами между слов встретил он нас. – Полиция, врачи, психиатр, родаки, теперь вы… – И Артурчик перешел на шепот: – Вам-то я сейчас все расскажу. Только тихо.

– Может, не стоит, Туря? – с искренней заботливостью спросила Санька. – Сейчас это все в памяти поднимать…

Так мы честно выполнили обещание не расспрашивать Артурчика, прекрасно зная,