Варенье наизнанку и максимум козы! - Сергей Анатольевич Смирнов

сухим тоном, потом осознала, что ответила сухо, и добавила с ласковой улыбкой: – Забей, Сань. Это у меня женская психология прорывается, ты не виноват.

И тут Славка лишнее брякнул:

– Ты только не ревнуй. Нет повода.

Про «нет повода» было сказано так же, как Артурчиком – про «форс-мажор».

Санька помолчала немного и сказала тихо:

– Ты о чем, Слав? Мы же друзья.

– С этой минуты до завтра – полный запрет на разговоры про Нату Пак, – отдал я жесткий, безоговорочный приказ по нашей армии.

– Мораторий, – кивнул Славка, знавший слова покруче. – Согласен.

– Умора… торий! – хмыкнула без злорадства моя сестренка. – Тогда, брательник, предлагай тему поинтересней.

– Пусть лучше Черный про свою козу расскажет. Как она там, – с кондачка пришло мне в голову.

От козы до беды рукой подать… но с телепортацией!

Тетя Вера, мама Славки, на днях козу приобрела. По дешевке. Ее хозяин-дедушка умер, а его дети не хотели с ней возиться. Дали объявление в нашем платоновском чате, а Славка его заметил. И вспомнил он при этом про козу, которую его мать держала давным-давно, когда Славка был совсем маленьким. Ради молока, которым поили Славку… Потом, уже после гибели Славкиного отца, когда мама поднимала свое кроличье хозяйство, а ее сын уже рос крепким и здоровым пацаном, она козу продала. И тут на днях ностальгия накатила на обоих. Да и бедную козу надо было выручать.

– Во! – расцвел Славка. – Про козу я могу весь день трепаться.

– Как зовут ее, напомни, – спросил я.

– Мама Роза, – ответил Славка.

– Вот прямо так в два слова?! – удивилась Санька. – Я думала, ты в прошлый раз про маму отдельно сказал, а про козу отдельно.

– Ну да, – кивнул Славка. – Так нашу прошлую звали. В честь Мамы Розы из того бразильского сериала. Или мексиканского. Не помню какого… Я уже в пять лет умел ее доить. Такой кайф был!

– Слушай, Слав, а научи меня козу доить, – вдруг робко попросила Санька.

Да-да, почему-то робко попросила, тихо так.

– Ты это серьезно?! – прямо весь засветился счастьем наш славный друг, уже чего только в своей жизни не умевший.

– Кроме шуток, Слав, – еще тише проговорила Санька и даже не посмотрела на Славку.

– Да хоть сегодня, Сань! – пылал радостью Славка.

Мы уже заходили на мост через Платоновку.

На той стороне раскинулись наши родные Загривки, где жили мы, Славка и коза-новосел по имени Мама Роза.

Но до другого берега мы с Санькой не дошли.

– Доить очень просто! Это как техника массажа, тебе понравится… – начал Славка расписывать теорию.

Эти его слова мы и запомнили… а следующие стали вдруг превращаться в неясный гул…

Меня ни с того ни с сего поглотила тревога о нашем друге Артурчике… Что он там замыслил? Неужели решил вляпаться во что-то без нас? Может, он вообще в одиночку терку со жлобами хочет устроить?!

И все вокруг нас стало стремительно затягиваться густым туманом… и нас с сестрой мягко оторвало от настила моста и потащило, точно чудовищным пылесосом, назад и вверх…

Сознание стало меркнуть. Но совсем ненадолго. Так, пожалуй, просыпаешься после очень яркого сна…

Потом – хлопок, уши заложило…

…и прямо перед собой, прямо в упор, на расстоянии вытянутой руки я увидел… окровавленного Артурчика!

Нет, ну, слава богу, Артурчик был жив, травмирован отнюдь не критично и стоял на своих двоих, но – разукрашен был впечатляюще! Из ноздри тихонько сочилась кровь и уже замарала его всегда идеально белую и чистую сорочку, да и блейзер его синий тоже был запятнан. Нижняя губа слева вспухла и тоже кровоточила. А на другой стороне, на скуле под глазом, загорался фонарь. И выше, над самим глазом, будто росомаха лапой прошлась.

Артурчик глядел на меня огромными своими темными глазами, и в них неясно отражался… кто?.. как я уже потом сообразил, сначала – он сам и отражался, собственной, пусть и фейковой, по сути, персоной.

Но Артурчик умеет быстро брать себя в руки. Он криво улыбнулся и поморщился от боли – видимо, в губе. И сказал тихо:

– Ну, уже и так все полный ништяк…

Это означало: «Вы опоздали к разборке, бро!»

Не только в голове, но и как-то во всем теле у меня шумело, и всего меня распирало какой-то пружинной силой.

– Крутая у вас квантовая запутанность, близняхи! – донесся до меня знакомый голос сзади.

Я развернулся с трудом. Соображение ворочалось, будто грузовик, увязший в грязи – притом с кузовом, набитым доверху кирпичами. Я потом ума приложить не мог, как это Санька когда-то в обличье Славки сразу, как десантник с неба, рванула в бой, объявившись за школой посреди нашей разборки со жлобами.

Шагах в пятнадцати, на поросшем травой склоне, сидели Ната Пак и моя сестренка. Вернее, сидела одна Ната Пак, а сестренка полулежала почти без чувств в ее объятиях.

Тут меня затошнило, все вокруг помутилось…

Я открыл глаза – и оказалось, что я вместе с Артурчиком составляю такую же скульптурную группу. Ноги у меня были вытянуты вдоль берега реки, а позади меня подпирал в спину Артурчик.

Я тряхнул головой.

– Ты уже в норме? – спросил сзади Артурчик.

– В норме, в норме, – покивал я, хотя был далек от нормы.

Ноги плохо двигались… Но главное – все мое сознание, вся моя память были набиты чем-то совершенно неудобоваримым. Что-то было такое во мне, подобное грандиозному и даже мучительному сну, который, однако ж, почти весь забылся тотчас после пробуждения.

– Что тут было? – пробормотал я, задавая этот вопрос не только Артурчику, но и себе.

Себе – про этот сон.

– Ежу понятно: ты был мной! – старательно весело просветил меня голос Артурчика.

И тут Артурчик добавил мне в ухо сбоку тихим-тихим шепотом, совсем невеселым:

– Я в первый момент подумал, что в меня Саня превратилась… но оказалось, все не так.

Медленно до меня доходило, что тут произошло и что Артурчик теперь горюет, что в него превратилась вовсе не моя сестренка… вот так, как она раньше превратилась в Славку Чернова – там, за школой.

– Ты-то что такой оказался? – постеснялся я спросить Артурчика прямым текстом: «Почему это ты позволил себя так разукрасить?»

– Ну не буду же я с девчонками драться! – даже удивился моей непонятливости Туря. – Я их оттащить пытался. А они как ведьмы озверели!

– А где они все? – спросил я.

– Где-где? Ну, сначала Ната вломила, отбилась… – сообщил друг. – А потом как начало полыхать тут. Типа шаровых молний… прямо за пару секунд до того, как вы появились. Они как заорут и как дернут! След