Крысиный заговор - Оксана Вениаминовна Смирнова

и мелкого мусора. Наверно, именно так теперь выглядел их двор. К тому же он был обнесён забором из волнистого железа – высоким, крепким, очень гладким. В одном месте во двор вели такие же железные ворота, запертые снаружи на замок. Подлезть под них не смог бы даже и Валерка.

– Зря мы сюда пришли, – сказала Маша. – Как мы теперь отсюда будем выбираться?

– Как мы тут оказались? – удивлённо прошептала Женя, оглядывая развалины.

«Странно, что Маша об этом не подумала», – отметила про себя Тюха.

– Они и правда все сломали, – сказала Маша, обращаясь к Тюхе. И, только взглянув на неё, словно очнулась и спросила: – А ты-то как сюда попала?

– А ты как? – спросила в ответ Тюха.

– Не знаю… – растерялась Маша. – Мы побежали… Мы вообще тебя не видели.

– Зато я вас видела, – вздохнула Тюха. – Давайте лучше вернёмся.

– А как? – испуганно спросила Женя.

– Да очень просто, – ответила Тюха уверенным тоном. – Но мы лучше сначала выйдем отсюда, а я потом всё объясню. Беритесь за руки… А где Валерка?

Девочки оглядели развалины и увидели, что Валерка карабкается на одну из мусорных гор.

– Валерка! Что тебе там нужно? – строго спросила Маша. – Слезай немедленно!

– Сейчас, – сказал Валерка, продолжая лезть наверх. – Там динозавр. Его оставили… забыли…

Как уж Валерка умудрился разглядеть среди нагромождения обломков пластмассового динозавра, никто не понял. Но он действительно поднял за хвост коричнево-зелёное зубастое страшилище, не обращая внимания ни на сердитые приказы Маши, ни на то, что гора обломков вдруг зашевелилась и всё поехало вниз – вместе с динозавром и Валеркой. Тюха боялась, что его порежет битое стекло, но дело обернулось по-другому. Нога Валерки провалилась в какую-то дыру и плотно там застряла.

Девочки поняли это не сразу. Сначала они, замерев, смотрели, как движется опасная лавина. Потом Валерка закричал: «Ой! Динозавр! Он держит меня за ногу!» Поскольку динозавра он при этом сам крепко сжимал в руке, все подумали, что это часть игры, и очень на Валерку рассердились. Но потом поняли, что ногу действительно что-то держит. Обломки, зажавшие Валеркину ногу, оказались слишком большими и тяжёлыми. Даже втроём не удалось их сдвинуть, зато вокруг всё зашаталось и грозило окончательно засыпать и Валерку, и спасательниц.

Пока они пытались вытащить пленника из развалин, Тюха изо всех сил изобретала выход из ловушки, куда они так глупо угодили. В первый миг, оказавшись в неведомом месте, она с ужасом подумала, что их поймали путеводные осколки. Но тут же сама себя одёрнула. Во-первых, стекло привело бы их не к развалинам, а в тот уютный дворик, каким он был когда-то. Во-вторых… Ей по силам уйти от этих чар и вывести ребят, как она вывела Петюню и Нико.

Когда стало понятно, что Валерку им самим не вытащить, а значит, и вернуться незаметно не получится, Тюха решила: надо звать на помощь. И пусть их всех потом ругают. И будут ломать головы, как они умудрились оказаться на запертой площадке, да ещё так далеко от дома.

Девочки стали колотить в гулкий забор и кричать: «Помогите!» Кричали и стучали долго, но безрезультатно. Вокруг разрушенных домов не было ни души. Только глухие стены каких-то непонятных строений да кое-где – деревья.

Наконец они умолкли и переглянулись. Кричать дальше не имело смысла. Да и силы кончились.

– Ладно, – сказала Тюха Жене и Маше. – Сделаем по-другому. Давайте я сейчас выведу вас и вернусь к Валерке. А вы скажете взрослым, где нас искать. Вы ведь адрес знаете?

– Знаем, – кивнула Женя. – А куда мы выйдем?

– Туда, откуда пришли.

– И мы появимся там прямо ниоткуда?

– Сейчас это не важно, – ответила Тюха устало. – Ну что? Беритесь за руки.

– Не-ет! – вдруг дико взвыл Валерка. – Не уходите!

– Я сразу же вернусь!

Тюха попыталась успокоить его, но ничего не получилось.

– Он меня съест без вас! Откусит ногу и сожрёт! – вопил Валерка.

– Да нет там никакого динозавра, – сказала Маша.

– Есть! – рыдал Валерка.

– Могу я с ним остаться, – сказала Маша хмуро. – Пусть Женька скажет моей маме, где нас искать. Мама нас быстро выручит.

– Хорошо, – согласилась Тюха.

Но Женя вдруг испуганно сказала:

– А вдруг… вдруг это не наш двор? Мы выйдем, а потом вас не найдём?

От этих слов Валерка зарыдал ещё горше, Маша совсем насупилась, и Тюха поняла, что выйти пока не удастся.

– Ладно. Давайте подождём немного, а потом снова покричим, – сказала она, присаживаясь на какое-то бревно.

Тюха надеялась, что рано или поздно Валерка успокоится и девочек удастся вывести. Она сказала самым бодрым тоном, какой только смогла изобразить:

– Давайте я пока вам объясню, как мы сюда попали и вообще… что происходит.

Глава 11

Встреча в Сокольниках

У Тюхиного папы был научный склад ума. Как правило, папа сначала всё обдумывал, а потом действовал. Этому очень помогали долгие поездки на метро. Пока проедешь пол-Москвы, успеешь основательно обдумать кучу проблем, научных и житейских. Кроме того, папа умел на редкость точно определять приоритеты. Он понимал, что написать и издать книгу (про себя папа называл её по-научному «монография») – дело первостепенной важности. И если всё получится, то и семье будет от этого большая польза.

Но теперь папа видел, что, пока он занимался монографией (да ещё переезд, да ещё Данилка… и двух лет как не бывало!), в семье успели накопиться серьёзные проблемы и противоречия. А кому следует их разрешать, как не главе этой семьи? Ясное дело – больше некому.

К решению домашних проблем папа подходил с той же научной основательностью, что и к своей работе. По дороге из гостей папа думал о Тюхе и пришёл к выводу, что он не только сейчас ничего о ней не знает, но и раньше не знал (а это безобразие, конечно, вопиющее). Значит, у него просто нет необходимых данных, чтобы начать решать проблемы дочки. У жены нужных сведений и того меньше: она сосредоточена на сыне.

В подобных случаях папа обычно обращался за помощью к опытным специалистам, которые могли знать больше, чем он сам. И ведь такой специалист имелся! В четвёртом классе Тюху, помнится, учила молоденькая, но весьма толковая девчушка – не чета той унылой формалистке, которая мучила этот класс раньше. И если кто-нибудь хоть что-то мог объяснить в происходящем, то это педагог, который Тюху знал и