Кот Тихон в поисках города на букву «Эс» - Маша Трауб

Муся побежала заплетать косы на гриве Луши.

Нора сидела в кресле-качалке во дворе, но ей было беспокойно.

– Что с тобой? Всё же хорошо. Вся семья в сборе, как ты и хотела, – подошёл к ней Тихон.

– Да, я знаю. Но сердце не на месте. Что-то не так, какое-то плохое предчувствие, – ответила Нора.

– Ты просто привыкла всё контролировать, а тебе вдруг дали отдохнуть. Пользуйся возможностью, – Тихон поцеловал жену.

– Муся вчера объявила, что желает изучать языки. Для меня это новость. Я думала, только наш Барсик в поисках себя. Муся всегда была бойцом. Хотела пойти по твоим стопам – стать защитницей музея. Её тренер по дзюдо убеждал меня, что Муся может стать знаменитой дзюдоисткой. А тренер по фехтованию в следующем году собирался выставлять её на большие соревнования. Муся прекрасно владеет шпагой и не хочет бросать занятия, хотя и так перегружена. Я с ужасом думаю, как склеить её расписание на учебный год – школа, дополнительный французский, история искусств, тренировки. Генриетта Марковна сказала, что у неё может быть будущее на сцене, выставках, выступлениях. Возможно, она права? Мы же никогда об этом не думали…

– Музею больше не нужны защитники, а дети имеют право менять увлечения, интересы. Они только ищут себя. Ты сама мне это сто раз говорила, – ответил Тихон.

– Как Владимир Семёнович? Кажется, он всё ещё в шоке, – улыбнулась Нора.

– Да, они с Лорой улетели и только под утро вернулись, – рассмеялся Тихон. – Кажется, Лора вообще не спала, сразу на кухню полетела готовить, выпив литр кофе.

– Много лет прошло. Думаешь, у них всё получится? – спросила Нора, но Тихон лишь пожал плечами.

Это же обсуждали Муся, Сёма и Барсик.

– Кажется, бабушка Лора всё ещё сердится на дедушку Владимира Семёновича, – первым заметил младший Барсик. Дети всегда всё чувствуют первыми.

– Конечно, сердится. Она же не виновата, что заболела и потеряла голос. А Владимир Семёнович её не дождался. Я бы тоже сердилась, – ответила Муся.

– Надо помочь им помириться, – предложил Барсик.

– И как? – спросил Сёма. – Мы же не совы, не знаем, как у них принято мириться.

– Нужны кольца! – воскликнула Муся. – Надо, чтобы дедушка Владимир Семёнович сделал предложение бабушке Лоре и надел на палец кольцо!

– Кажется, ты пересмотрела человеческих мультиков и сериалов, – хмыкнул Сёма. – У сов нет пальцев, у них перья.

– Но у некоторых птиц есть кольца на лапках, – вспомнила Муся.

– Да, как чипы у собак и кошек. Чтобы не потерялись. Это другое, – ответил Сема.

– Я знаю, что делать! – воскликнул Барсик. – Надо попросить дядю Веню сделать для Владимира Семёновича и бабушки Лоры специальные кольца на лапки! А ты, Муся, придумаешь, как всё организовать!

– Хорошая идея, – согласился Сёма. Муся тоже кивнула.

Следующие дни Веня с Пахомом провели в сарае, в который никого не пускали. Котята говорили, что они делают какие-то специальные игрушки для козлят и цыплят. Пока Веня придумывал, как сделать обручальные кольца для сов, Пахом действительно крутил лошадок, птичек, собачек из соломы, проволоки и травы. Он оказался просто мастером, даже Веня восхитился. А Марыся, тайно пробравшаяся в сарай, сообщила, что помимо приюта откроет специальный магазин, где все, кто захочет, смогут купить игрушки для брошенных малышей. А Пахом будет устраивать мастер-классы для детей и взрослых.

Нора, которой Муся рассказала о замысле и которую попросила помочь, приносила в сарай еду. Она же придумала, как украсить цветами сад. Муся предложила, чтобы Лора приехала на Луше, Владимир Семёнович – на Петруше, а цыплята разбрасывали лепестки роз. Кольца же должны были вынести козлята.

– Не слишком много всего? Вдруг они хотят тихой церемонии или вообще не хотят никакой свадьбы? – беспокоилась Нора.

– Конечно, хотят. Бабушка Лора уж точно! Она столько лет этого ждала! – воскликнула Муся. – Мам, не волнуйся, я всё со всеми отрепетирую! Я почти научилась кудахтать так, чтобы меня понимали цыплята! И язык коз я изучаю. Мне тётя Настя помогает.

– Ты действительно решила заняться языками? А как же твои тренировки? – спросила у дочери Нора.

– Если я буду путешествовать, а я буду, мне точно пригодятся спортивные навыки. Языки – это так интересно! Я хочу узнать, как разговаривают киты и медведи, как общаются пчёлы, муравьи. Люди учат языки, учат алфавит, правила чтения, произношения, почему звери не могут? Я хочу не просто научиться говорить, но и записать язык, чтобы другие животные могли его изучать. Сапсан и Зина рассказывали, что у них тоже есть свой язык, на котором они общаются с сородичами. Ты всегда говорила, что нужно уважать привычки, нравы, особенности других зверей, знать их. Тогда и их язык нужно понимать.

– Ты думаешь, найдётся много зверей, например кошек, которые захотят выучить китовый или черепаший языки? – осторожно спросила Нора.

– Ну откуда я знаю? Если нечего изучать, то никто об этом не думает! А когда появится учебник, найдутся и желающие! Если бы не наша бабушка Мона, которая заставляла меня учить французский, вряд ли бы мы понравились родителям дяди Вени. И бабушке Лоре тоже, которая говорит со мной только по-французски. Я уже замучилась смотреть в словарь, чтобы понять, что именно бабушка Лора сказала. Зато бабушка Мона меня похвалит: я так много занимаюсь французским, что уже с ума сошла, на каком говорить – с цыплятами и козлятами иногда по-французски разговариваю! И они меня понимают! Дети очень быстро учат другие языки, я им даже завидую! Никогда не знаешь, когда знания, которые ты считаешь ненужными, могут пригодиться.

– Это правда, – согласилась Нора, понимая, что её дочь стала взрослой. Она выросла умной, талантливой кошкой. Перед ней были открыты все дороги, но Муся выбрала свою – общаться с другими животными, птицами, насекомыми, помогать им найти общий язык. Её смелость и отвага, бесстрашие, решимость позволят ей общаться хоть с крокодилами, хоть с акулами. Муся своим обаянием могла очаровать любое живое существо. Нора знала, что не станет отговаривать дочь пускаться в опасные путешествия, лишь поддержит её.

Тот день запомнился всем надолго. Рано утром Сёма прокрался к Владимиру Семёновичу, улёгся под его крыло, как часто делал в детстве, и спросил:

– Дедушка, а ты любишь бабушку Лору?

– Конечно. Как можно её не любить? Она такая удивительная! – ухнул спросонья сыч.

– Бабушка Лора, бабушка Лора, – прыгал в это время на кровати совы младший Барсик, – а ты любишь дедушку Владимира Семёновича?

– Он любовь всей моей жизни, – ответила спросонья та.

– Ура! – воскликнула Муся, дежурившая под дверью.