Смотри от страха не умри - Лариса Назарова

История четырнадцатая, рассказанная Даней

– Главное, Лёва, чтобы нашей дружбе твой аппетит не помешал, – улыбнулся я и поставил на стол две чашки с чаем.

– Не волнуйся! – Лёва подвинул к себе коробку с пирожными и снял с неё крышку. – Я же о тебе забочусь. От обжорства спасаю.

Мы уже допили чай, и я даже сам убрал чашки в посудомойку, когда пришли родители. Мама спросила, не голодные ли мы, и сказала ложиться спать. Мы ушли в мою комнату и легли.

– А классная у тебя соседка, – Лёва улыбнулся. – Мелкая ещё, но прикольная.

– Ага, – согласился я. – Пообещала в следующий раз нам очень страшную историю рассказать.

– Такую, что сердце в пятки уйдёт? – уточнил Лёва.

– Наверное, – усмехнулся я. – А хочешь, я расскажу? Про сердце в пятках. Точнее, в ноге.

Сердце в ноге

Один мальчик не мог прыгать на левой ноге. На правой хорошо получалось, а на левой – никак. Только прыгнет на левую ногу, как ступня сразу сильно пульсировать начинает – неприятно. А когда мальчик на физкультуре бегал или кино страшное смотрел, ступня даже горячее становилась и немного краснела. Мальчик сначала не обращал на это внимания. Пока ступню не стало покалывать. Как получит мальчик плохую оценку – в стопу как будто иголкой кто-то – тык-тык-тык!

Пожаловался мальчик родителям, что у него левая ступня то пульсирует, то колет. Тогда мама вздохнула, попросила мальчика сесть рядом с ней на диван и сказала:

– Есть у тебя в организме большая загадка. Я не хотела тебе раньше рассказывать. Но, раз ты сам спросил, придётся. – Она помолчала пару секунд. – Когда ты маленьким был, мы зимой в парке гуляли. Ты немного вперёд убежал, а в это время джип навстречу вылетел – у него тормоза отказали. По гололёду машину понесло. Я и сама тогда так перепугалась! Аж сердце в пятки ушло.

– В пятки? – переспросил мальчик.

– Это выражение такое. Когда дыхание от страха перехватывает. Но у тебя, – мама помолчала и тише добавила, – сердце на самом деле в ступню упало и там, ближе к пальцам, осталось.

– Как это? – прошептал мальчик. Приподнял ногу и посмотрел на неё. – Разве так бывает?

Мама вздохнула и кивнула.

Вышел мальчик во двор, сел на скамейку, ногу вытянул и стал на неё смотреть. «У всех сердце, получается, в груди, а у меня – в ноге? А если кто-нибудь случайно наступит? Это как пуля в грудь, выходит? Или нет? А если зимой поскользнёшься и ногу сломаешь – умрёшь сразу? Или в реанимацию попадёшь?» Весь день так во дворе и просидел.

И стал мальчик с того дня всё время о своём сердце думать. Сидит на уроке и на ногу смотрит. Учительница его правило спрашивает, а он ответить не может. Двойку получает. А левую ступню так и сводит! И колет. Как будто раскалённая игла в неё вонзается.

Придёт мальчик домой со школы, сядет за стол обедать – смотрит, а уже вечер. Весь день, выходит, продумал-просидел. Совсем рассеянным стал.

Шёл однажды мальчик из школы. Дорогу стал переходить, а по ней джип мчится. Чёрный. Завизжали тормоза. Мальчик побледнел и упал прямо под колёса. Прохожие подскочили, пульс щупают – нет пульса.

– Массаж сердца нужен, – говорят. – Кто умеет делать?

Никто не умеет. Водитель джипа подбежал к мальчику. Ни ссадины, ни царапины на нём не увидел. Посмотрел на свою машину – и на ней никаких следов столкновения нет. А тут прохожие на него как закричат!

– Да ни при чём я, – оправдывается водитель. – Не наехал, не задел.

А прохожие видят – ребёнок перед самыми колёсами лежит, и давай ещё громче кричать. Не выдержал водитель: прыгнул в машину, хотел назад сдать, да случайно вперёд поехал. Прямо на ногу мальчика. На левую. Мальчик глаза открыл. Повернул голову. Приподнялся.

– Ожил. Как же так? – прохожие переговариваются. – Вроде же умер. Только массаж сердца мог помочь. А тут ещё и ногу ему переехали. Вот везунчик!

Мальчик вскочил, рюкзак на плечо закинул и домой побежал. И с тех пор больше из-за сердца не переживал. В ноге, так в ноге. Может, оно и к лучшему.

История пятнадцатая, по-настоящему страшная

Мы с Лёвой посмотрели на наши ноги, торчащие из-под одеяла.

– Хорошо, что у нас сердце на месте, – зевнул Лёва.

– Ага, – согласился я, и мы наконец уснули.

В субботу Лёва ушёл домой, и выходные прошли совсем неинтересно. А в понедельник в школе произошла по-настоящему страшная история.

На первом уроке, когда я тихо дремал за последней партой, меня неожиданно вызвали к доске. Я ещё толком не успел проснуться и вышел, не чувствуя приближающейся беды. На доске висела карта. Карта как карта: вода – голубая, суша – зелёно-жёлтая. Но был один нюанс – на этой карте ничего не было подписано. Ни горы, ни реки, ни города, ни океаны – ни-че-го.

– Ну что, Даня, – улыбнулась учительница, – покажешь нам, где Северная Америка находится?

И тут я понял, что в эту пятницу к Лёве меня не отпустят.