Фрёкен Сталь – гроза разбойников - Ян Улоф Экхольм

мне больше нравится то, что красное.

Все удивлённо на него посмотрели.

— Вы что, шведского языка не понимаете? — спросил Крендель. — Помидоры, редиска и морковка мне нравятся больше, чем салат и огурцы…

— Дурачина, — хмыкнул Шеф. — Какая разница: красное или зелёное? Это же всё овощи.

— Сам дурак, — огрызнулся Крендель. — Разве можно назвать зеленью помидор или редиску? Они же красные, верно, фрёкен?

— Но на этот раз Андерс-Улле, пожалуй, прав, — кивнула фрёкен Сталь. — Всё, что ты назвал, — овощи, зелёные или красные — не важно.

— Хитренький какой, — пробормотал Крендель, беря ещё один бутерброд.

Но Шеф не обратил на него внимания.

— В гостях у фрёкен Сталь очень хорошо, — начал он торжественно. — Спасибо за вкусные бутерброды и за всё, чему вы нас научили.

— Уж не решил ли ты произнести речь? — рассмеялась фрёкен Сталь. — Послушать тебя, так можно подумать, что вы собираетесь распрощаться уже этим вечером. Но нет — завтра у нас снова обычный школьный день. Пир наш скоро закончится: вам ведь ещё надо успеть приготовить домашнее задание.

Шеф поспешил сменить тему.

— Вы не боитесь жить вот так, одна-одинёшенька? — спросил он.

— А кого мне бояться? — удивилась фрёкен Сталь.

— А-апчхи! Всех! — чихнув, выпалил Ниссе Чих. — Всяких там грабителей. Встречаются и очень опасные.

Но фрёкен Сталь рассмеялась в ответ.

— Никаких опасных грабителей я в глаза не видела, — заявила она. — Единственные, кто мне досаждает, так это мыши. Фу, гадкие создания!

Гора бутербродов уже почти растаяла. Сытые и довольные, сидели разбойники вокруг стола.

— Потрясающие бутерброды! — похвалил Крендель.

— Не забывайте о хороших манерах, — напомнила фрёкен Сталь.

— Хорошечки… — начал Густаф Гейер, но осёкся, заметив строгий взгляд фрёкен Сталь. — Не плохочки, — пробормотал он смущённо.

— Красота! Апчхи! — чихнув, сказал Ниссе Чих. — Какой приятный вечер!

— Очень деликатные деликатесы, сказать по чести, — важно произнёс Шеф, гордясь, что знает такие изысканные словечки.

— Рада, что угощение вам понравилось, — улыбнулась фрёкен Сталь. — Осталось всего три бутерброда, а вас четверо. Поскольку малыш Кристен у нас всегда самый голодный, предлагаю отдать их все ему.

— Ах, что вы, это уже чересчур, — стал было притворно отнекиваться Крендель. — Я уже сыт.

— Ну, для бутербродов-то место в желудке найдётся, — сказала фрёкен Сталь, протягивая ему блюдо.

— Ладно, раз фрёкен Сталь настаивает, я, пожалуй, съем ещё, — пробормотал Крендель, съев первый бутерброд.

— Ну, один-то на тарелке оставлять не годится, — сказала фрёкен Сталь.

И блюдо опустело!

— А теперь нам пора в кровать! — заторопился Шеф. — Уже поздно, у нас ещё уроки, и нам надо хорошенько выспаться, чтобы не проспать завтрашние занятия.

— Очень разумно, — согласилась фрёкен Сталь. — Завтра ты снова будешь старостой. Спокойной ночи, мои мальчики!

— И вам крепкого сна, фрёкен, — пожелал Шеф.

И разбойники исчезли в зале, где фрёкен Сталь приготовила для них четыре постели.

Шеф махнул рукой, подзывая всех подойти к нему.

— Как только фрёкен Сталь уснёт, мы прокрадёмся в подвал и вылезем через окошко, — прошептал он. — Первым Крендель, потом Ниссе, затем Густаф и последним я. Да не топочите: будьте поосторожнее, чтобы она не проснулась.

— Ох, как же я наелся! — простонал Крендель и заворочался так, что кровать отчаянно заскрипела. — Живот раздулся словно шар, кажется, я вот-вот лопну.

— Обжора, — прошипел Шеф. — Лежи смирно, пока не наступит время побега.

В Квинтерфинтере воцарилась тишина. В зале лежали, затаившись, четверо разбойников. Слышно было только их дыхание. А в спальне над ними лежала фрёкен Сталь и…

Уснула ли она наконец?

Вся банда нетерпеливо ждала этого.

— Уже пора? — шёпотом спросил Крендель.

— А-а-а… — начал Ниссе Чих.

— Не вздумай чихнуть! — пригрозил Шеф. — Ты весь дом перебудишь. — Он посмотрел на часы. — Наверное, фрёкен Сталь уже уснула. Спускаемся в подвал!

Держа ботинки в руках, разбойники прошмыгнули из зала, осторожно открыли дверь в подвал и спустились по лестнице. Тихо, как мышки. На всё про всё ушла пара минут.

— Молодцы, — похвалил Шеф. — Там, за стеной, нас ждёт свобода. Надо только открыть окно и вылезти наружу. Давай, малыш Крендель, ты первый.

Крендель открыл окно и хотел вылезти, но…

Ничего не вышло!

Он крепко-накрепко застрял в узком окошке.

— Помогите! — взмолился он. — Я не могу двинуться ни туда ни сюда.

— Подтолкните его, — велел Шеф.

Густаф Гейер и Ниссе Чих ухватили бедолагу за ноги, но не смогли сдвинуть с места. Крендель безнадёжно застрял.

Шеф заскрипел зубами от злости.

— Ну чего ты полез первым? — прошипел он. — Вечно ты обжираешься!

— Сам же велел, — простонал Крендель в окне. — Это всё три последних бутерброда. Это после них я стал толстым как бочка.

— Попробуй ещё разок, — приказал Шеф.

Но результат был такой же плачевный.

— Помогите, — захныкал Крендель. — У меня живот болит.

— Прекрати ныть! — прорычал Шеф. — Есть лишь один выход. Оставайся в Квинтерфинтере, пусть фрёкен Сталь тебя и дальше кормит. А мы уйдём через парадную дверь.

— Хорошечки, — сказал Густаф Гейер.

Но тут в темноте раздался знакомый голос:

— Малыш Густаф!

Разбойники затаили дыхание. Не может быть!

Вспыхнула лампочка под потолком, и в дверном проёме появилась фрёкен Сталь. Она направила указку на живот Густафа Гейера.

— Сколько раз тебе повторять: нет такого слова «хорошечки»! — сказала она возмущённо. — Завтра останешься после уроков. Фу, как тебе не стыдно! И тебе тоже, — добавила она, повернувшись к Шефу. — Хотел бросить товарища в беде! Будьте добры теперь все остаться. Сперва надо вытащить Кристена из окна. Вы что, не понимаете: он может простудиться! Ночи стоят холодные.

Она обвела банду долгим взглядом.

— ФУ, СТЫД-ПОЗОР — вот что написано крупными буквами на всех на вас, — сказала она. — Знай я наперёд, чем всё закончится, вела бы себя с вами совсем иначе.

— Как же вы обо всём догадались? — удивился Шеф.

— Окно-то в кухне было распахнуто, вот я и услышала все ваши планы. Впредь надёжнее храните свои тайны. А староста из тебя неважный, Андерс-Улле.

— Зовите меня… — начал он, но примолк, встретившись взглядом с фрёкен Сталь.

Зато из окошка закричал Крендель:

— Почему вы нас не остановили? Тогда бы я тут не застрял.

Фрёкен Сталь рассмеялась:

— Я же вас остановила! Услышав, что Крендель полезет в окошко первым, я сразу вспомнила, что он любит поесть.

— Даже очень, — простонал Крендель. — Ну зачем я съел три последних бутерброда!

— Я знала, что ты от них не откажешься, — сказала фрёкен Сталь ехидно. — И просчитала, что в конце концов ты станешь таким круглым, что не пролезешь в окно. И