Потерявшие память - Стайн Роберт Лоуренс

Фил ходит вслед за нами, время от времени подтягивая ключом какие-то болты.

— Вы уже испытывали аппарат? — осведомляется папа. — Сможет ли он доставить нас на Землю?

Фил почесал голову:

— Узнаете, если попробуете полететь.

— Но надёжен ли он? — спрашиваем мы с сестрой в один голос.

— Наверное, надёжен, — сообщает Фил после раздумья. — Жуки не очень-то намного обошли нас в этом деле. Они слишком уж кичились своими знаниями. Я использовал их идеи, но пришлось здорово переделывать. Мой корабль лучше. Думаю, что до Земли долетите.

Мы все пришли в восторг.

Ведь выбора у нас не было! Не оставаться же здесь навсегда! И эта ужасная перспектива хирургической операции по высверливанию дыр у нас под мышками!

И мы решились.

И вот назавтра тысячная толпа окружила дом Фила.

Для Дермара воздвигли трибуну, с которой он опять держал речь.

Дермар от души пожелал нам благополучного полёта.

— Удачной посадки! — воскликнул он, и толпа повторила эти слова с небывалым воодушевлением.

Под приветственные крики собравшихся Фил открывает люк корабля. Я первым карабкаюсь по трапу.

Запираемся все трое внутрь и садимся у панели управления. Делаем всё так, как инструктировал нас накануне Фил. Пристёгиваемся.

Приборная доска оживает — какие-то звонки, мигает свет, жужжание приборов.

Закрываем люк. Наступает полная тишина. Хотя мы знаем, что толпа внизу бушует от восторга.

— Всё будет хорошо? — спрашиваю я шёпотом. Я волнуюсь.

— Но ведь Фил обещал, что корабль достигнет Земли, — говорит папа. — Доверимся ему.

Папа держится мужественно, но я-то вижу, что он тоже волнуется.

Он внимательно смотрит на приборы, на панель управления.

Мы ждём. Мы знаем, что снаружи Фил готовит наш корабль к взлету.

Наконец раздаётся низкий оглушающий рёв. Он становится всё сильнее. Корпус корабля дрожит.

И вот мы взлетаем.

30

Я закрываю глаза.

Тьма. Боль во всём теле. Грохот, оглушительный шум. Беспрерывно вспыхивающие сигналы приборов.

Открываю глаза. Папа и Арлин смеются.

— Вроде бы не взорвались, да, пап? — бормочу я. — Похоже, что взлетаем.

— Летим! — хлопает в ладоши Арлин. — Если Фил всё сделал правильно, мы в мгновение ока будем дома. Летим!

Вчера Фил рассказывал нам о том, что он впервые применил систему продления космических временных параметров.

Правда, я ничего в этом не понял. Впрочем, стало ясно одно: мы прилетим на Землю задолго до того мгновения, когда её покинули.

В то время как я размышлял, что-то случилось. Толчок сотряс корпус корабля, раздался треск и скрежет. Меня с силой швырнуло назад.

Несколько секунд мы сидели неподвижно.

— Наверное, мы приземлились, — неуверенно предположил папа.

И мы открыли люк. Яркий солнечный свет ворвался в кабину.

— Это наше солнце? — как-то странно спросила Арлин. — Мы и вправду сели на Землю?

Я смотрел, как папа и сестра вылезают из люка, и чувствовал, что моё сердце бьётся, как птица в силках. Я выглянул. Лицо обдал свежий ветер. Всё вокруг было залито солнцем. Ветви деревьев слегка шевелились на ветру.

Я был счастлив! Мы сели на землю! На землю, покрытую прекрасной травой. Мне хотелось упасть на эту землю, зарыться лицом в траву и целовать её!

И о радость! Вдали за деревьями — дома, с заборами, настоящие, привычные.

Интересно, в какой мы стране? Что это за город вдали?

Мы были счастливы, как никогда. Мы скакали по траве, держась за руки. А потом помчались к домам.

Мы страшно обрадовались, увидев, что в одном из дворов мужчина и женщина пропалывают газон.

Какая знакомая картина!

— Здравствуйте! Доброе утро! — кричу я, подбегая к ним.

Я вижу, что и папа торопится подойти. Он счастливо улыбается, машет рукой.

— Какое великолепное утро! — приветливо говорит он.

Мужчина и женщина улыбаются нам.

Но потом они снимают свои головы с шеи и подбрасывают их высоко в воздух.

Я обмираю в ужасе. На месте снятых голов торчат чешуйчатые головы ящеров.

Один из ящеров поворачивается к нам:

— Да, погодка великолепная! А вы к нам издалека?