Юрий Ермолаев - Капля дёгтя и полмешка радости

Рыженькая Оля, в отличие от Светки, ужасно любила вертеться перед зеркалом. И ещё она завидовала старшеклассницам. Ведь они могут приходить в школу в модных платьях, а второклашки — только в форме. Оля считала это страшной несправедливостью. Оля мне нравилась. Каждое наше предложение она принимала с восторгом и охотно делала всё, что ей поручали. Училась Оля хорошо, только математика ей давалась трудно.

Но больше всех удивил нас Вадик. Он хоть и учился так себе, оказался удивительно разносторонним человеком. Наверно, потому, что любил читать и ходить на всякие выставки и в походы. Прошлым летом, в начале каникул, Вадик даже собирался удрать потихоньку из дома путешествовать. Насушил полный мешок сухарей, припрятал две банки «Завтрака туриста», коробок спичек, пачку соли. Но путешествовать одному скучно и опасно, особенно в тайге или тундре, где водятся хищные звери, а подбить кого-нибудь из товарищей не удалось. Вот путешествие и не состоялось.

Дома, под своей кроватью, Вадик хранил в ящике, который сам сделал, самые удивительные находки. Там были и гладкие речные камешки, и замысловатые корни, похожие на героев лесных сказок. А на самом дне лежал кусочек позвонка ихтиозавра. Учёные откопали весь позвонок недалеко от нашего города, в Замойском ущелье, и увезли на исследование. А этот кусочек Вадик выменял на свой перочинный ножик у мальчика, который помогал учёным.

Павлик, как узнал об этом, сразу решил, что Вадик будет археологом, иначе он ни за что бы не отдал за этот окаменевший обломок такую ценную вещь. А я подумал: раз Вадик интересуется разными вещами, он просто ещё не выбрал себе профессию. А когда выберет, она обязательно окажется необыкновенной. Может, он будет художником театральных декораций, а может, послом в какой-нибудь стране. Ведь он всегда так метко высказывается.

Не были мы только у вежливого тихони Бориски. Павлик и идти к нему не хотел.

— Зря время потеряем. Он без недостатков.

— А ты знаешь, чем он интересуется? — спросил я и этим сразил Павлика.

Мы отправились к Бориске.

Бориска был дома вместе с рыженькой Олей. Она пришла к нему разобраться в трудной задачке.

— Бориска уже всё мне объяснил, — сказала Оля.

Ребята ещё считали нас своими вожатыми. Очевидно, старшая вожатая поставила в известность одних нас, а октябрята узнают об этом, когда она пришлёт им новых вожатых.

— Молодцы! — похвалил их Павлик. — Ваша звёздочка должна быть во всех делах первая.

— А первая звёздочка со своим вожатым в цирк ездила, — сказала Оля и восхищённо добавила: — Там гимнастка с кольцами выступает, вся в серебряном костюме!

— А мы в цирк поедем? — спросил Бориска.

— Не всё сразу, — сказал я. — Зато первая звёздочка в зоопарке не была и на пони не каталась. А вы… — Тут я увидел, что мне моргает Павлик, и осекся. В самом деле, нечего было вспоминать этот случай. Я проглотил фразу и спросил октябрят: — Чем теперь будем заниматься?

— Бориска обещал мне показать, как делать бумажных петушков, — сказала Оля, — он их быстро делает.

— Если можно, я покажу? — спросил вежливый Бориска.

— Конечно, конечно, — торопливо проговорил я, — занимайтесь чем хотите. Мы к тебе просто так зашли.

— На огонёк, — пошутил Павлик.

— Они у меня позавчера были, — сообщила Бориске Оля, — мама их чаем с вишнёвым вареньем поила.

— У меня мама поздно придёт, — сказал Бориска, — но, если хотите, я поставлю чайник.

— Что ты, что ты! — замахали мы с Павликом руками. — Не хотим мы чая.

— Мы и у Оли отказывались, только её мама уговорила, — сказал Павлик. — Покажи-ка лучше, как ты этих петухов делаешь.

Бориска достал цветную бумагу, отрезал от неё квадратный кусочек и очень быстро сложил из него петушка.

— Ты помедленнее, — попросила Оля, — так я ничего не поняла.

Бориска стал терпеливо складывать квадратный кусочек бумаги, чтобы Оля запомнила, как делается петушок.

«Вот, наверное, его увлечение», — подумал я и спросил Бориску:

— Тебе нравится делать самоделки из бумаги?

— Не очень, — возразил он, разглаживая петушка, чтобы тот стоял ровнее. — Оля попросила, я и показываю.

— А что ты больше всего на свете любишь? — спросил Павлик, но ответа на свой вопрос не получил, потому что резко распахнулась дверь комнаты и вошла старушка в чёрном платке.

Увидя её, Бориска мгновенно залез под стол. Очевидно, он хотел вылезти с другого конца и убежать, но старушка уже знала его повадки и загородила собой дверь.

— А ну вылезай, душегуб! — приказала она. — Не уйду я отсюда, пока твоей матери не дождусь.

— Его мама работает сегодня во вторую смену. Она в двенадцать часов придёт, — сказала за Бориску Оля.

— Я и до двенадцати досижу, — заявила разгневанная гостья, — а тебя, паршивец, выведу на чистую воду!

— А что Боря сделал? — выйдя немного вперёд, спросил Павлик. — Мы его старшие товарищи… учимся в одной школе.

— Тоже небось озорники хорошие, — оглядывая нас, проворчала старушка.

— Что вы, — смущённо возразила ей Оля. — Это вожатые нашей звёздочки.

— Чего же вы, вожатые, так плохо глядите! — тотчас накинулась на нас сварливая старушка. — Ведь он, душегуб, моей Мурке житья не даёт! То ногой пихнёт, то за хвост дёрнет… А вчерась загнал её на дровяной сарай по лестнице, а лестницу-то спихнул. Крыша у сарая железная, кошка на ней, может, полдня томилась. Пока я её жалостливое мяуканье не услышала… У, мучитель кошачий! — И она подняла скатерть, чтобы поглядеть на притихшего Бориску.

— Врёт она всё! — выкрикнул он и, выскочив из-под стола, убежал на улицу.

— Это я-то вру? Ну, погоди, шельмец, я тебе надеру ушито! — И она бойко засеменила к двери.

— Вы не беспокойтесь, — попытался остановить её Павлик, — Боря больше не тронет вашу кошку. Мы его на сбо… мы за него ручаемся.

— Нет уж, я с ним сама разберусь, — отстранила Павлика старушка. — Ишь что выдумал — вру я! — Она поправила съехавший на лицо платок и торопливо ушла.

— Этого я не ожидал от Бориски, — сказал Павлик, как только за бабкой захлопнулась дверь, — загнал кошку на железную крышу! Ей там даже зацепиться не за что.

— И я не ожидала, — тихо призналась Оля, — он такой скромный, застенчивый.

— В тихом омуте черти водятся, — изрёк Павлик и обратился ко мне: — Вот и попробуй найти такое дело, которое их всех объединит…

КРАСНЫЙ? НЕТ, СИНИЙ!

Три дня ломали мы головы и ничего не могли придумать. Вдруг в воскресенье, чуть свет, звонок. Я поднялся с постели, открыл дверь и увидел Павлика.

— Придумал! — ответил он с улыбкой до ушей.

— Что? — не догадался я спросонок.

— Мы все должны стать санитарами, — выпалил Павлик.

— Кто мы? — спросил я.

— Ты, я и наши тайные подшефные, — понизив голос, произнёс Павлик.

— Зачем? Это ты хочешь стать доктором, а никто из нас не собирается в медицинский институт или на курсы медсестёр, — возразил я, догадавшись, к чему клонит Павлик.

— Разве в этом дело?! — рассердился на меня Павлик. — Если октябрята станут помощниками Красного Креста, то этим мы объединим их интересы.

— Каким же образом? — не понял я.

— Таким, что все люди в жизни падают, ушибаются, растягивают себе жилы и даже ломают кости, — начиная сердиться, стал объяснять Павлик свою идею. — А помогать пострадавшему должен каждый. Вот и получается, что Красный Крест может объединить интересы наших октябрят. И польза от этого будет большая. Мы научим их оказывать первую помощь.

— Научить оказывать первую помощь, конечно, полезно, — согласился я, — только это ведь…

— Ага! — зацепился за мои слова Павлик. — Значит, и твои интересы здесь совпадают с нашими.

— Погоди, — остановил я его, — этим мы октябрят не увлечём. — Тут я вспомнил тихоню Бориску, который загнал на крышу соседскую кошку, и предложил Павлику: — Давай лучше постараемся сделать так, чтобы наши октябрята полюбили животных. Ведь тот, кто заботится о животных, вырастет добрым и отзывчивым человеком. — Накануне я листал зоологию, вычитал там это и сейчас очень кстати добавил для убедительности. — Будут они заботиться о животных, будут и защищать их от злых людей, и…

— И лечить их будут! — подхватил Павлик и тут же с удовольствием заключил: — Ладно, согласен! У нас будет не «Красный крест», а «Синий».

— Что за синий? — засмеялся я.

— Невежа, — обрушился на меня Павлик, — «Синий крест» — это такая же «скорая помощь», но только для животных.

— Правда? — недоверчиво спросил я.

— Ты что, никогда не видел машины с синим крестом? — удивился в свою очередь Павлик.

— Может, и видел, только не задумывался, что это означает.