Тайный голос - Бьянка Питцорно

В принципе, было ещё много других подарков – так сказать, Желаний Четвёртого Ранга, – которые при минимальных усилиях со стороны дарящего могли бы доставить ей удовольствие, хотя не сказать чтобы их ей так уж хотелось: например, плюшевый мишка, конструктор, набор марок, пара ботинок... в общем, довольно длинный список, и только в самом конце его, на самом последнем месте, была кукла – кукла из мыла, которую Кора видела у лоточника на площади Диаса. Она была так мала, что могла поместиться в кармане, и, наверное, при купании дала бы много пены. А заодно, по словам Джакомо, скоро бы смылась, вернее, смылилась. Тогда, думала Кора, у Муммии не будет никаких причин ревновать.

Проблема только в том, что младенец Иисус появлялся тогда, когда получатели его подарков спали. Ни Джакомо, ни Кора, несмотря на свои самые твёрдые намерения, ни разу не сумели дождаться его – они просто засыпали! И то же случалось со всеми знакомыми детьми. Никто даже не знал, как он выглядит: больше похож на фигурку из вертепа или на свой портрет, который висит в комнате прислуги, новорождённый (ведь это же Рождество!) или двух-трёхлетка, уже умеющий говорить? В любом случае никому пока не удавалось увидеть подарки в момент доставки или предъявить претензию, если содержимое не совпадёт с заказом.

7

Поэтому когда, проснувшись рождественским утром, Кора увидела четырёх незнакомцев, выстроившихся рядочком со связанными руками в изножье её кровати – а в те дни она ещё спала в детской кроватке с откидными бортами, доставшейся в наследство от кузена Артуро (если хорошенько попрыгать, она качалась, словно лодка на волнах, и издавала мелодичный звон), – в общем, когда Кора увидела эти четыре новых лица, гладких и улыбающихся, она сперва решила, что произошла какая-то ошибка.

Она села и пошарила глазами по комнате в поисках собаки, настоящей или игрушечной – или медведя, или ботинок, – но ничего не увидела.

Тогда она встала и заглянула под кровать. Пусто.

В комнате она была одна: видимо, Джакомо уже проснулся, забрал свой подарок и отправился завтракать. Интересно, а он получил то, что просил?

Кора пошла в гостиную, где стоял вертеп, – может, её подарки вместе с теми, что предназначены для взрослых, лежат возле пещеры? Но ни собак, ни медведей, ни обуви там не было, так что она не увидела ровным счётом ничего интересного.

– С Рождеством, соня! – воскликнула мама, которая получила в подарок свитер из ангоры и пару настоящих кожаных туфель (наконец-то не на пробковой подошве!), которые и надела немедленно, хотя идти никуда не собиралась. Она сидела в кресле и болтала со своей сестрой Лючией. Эту тётю Кора любила, хотя мама говорила, что та слишком уж болтлива. Приходя к ним в гости, тётя Лючия всегда находила повод задержаться, и приходилось приглашать её к столу, даже если на обед было всего шесть кусочков телятины (по одному на каждого члена семьи и два для няни и Анастасии, кухарки).

Поскольку для обеда было ещё слишком рано, мама держала в руке чашку кофе, а тётя Лючия курила.

– С Рождеством! – сказала она. – Что принёс тебе младенец Иисус?

– Пока не знаю, – ответила Кора, наклонившись, чтобы заглянуть под комод, на котором стоял вертеп.

– Как это не знаешь? – изумлённо переспросила мать. – А новые куклы?

Кора сделала вид, что не слышит. Но тут фигурка младенца Иисуса подмигнула ей из вертепа.

– И что же ты хочешь найти? – спросила она Тайным Голосом, Которого Взрослые Не Могут Услышать. – Тебе что, мало четырёх кукол? Четырёх! И все новые, прямо из магазина, даже в коробках. Что ты за жадина, если ждёшь каких-то ещё подарков?

И, поскольку Кора вовсе не была глупой, то поняла, что делать нечего: в этом году она не получит ни собаки, ни плюшевого мишки, ни любой другой игрушки из списка Желаний Третьего и Четвёртого Ранга. Придётся оставить этих, нежеланных.

8

Кора глубоко вздохнула и задумалась, как отреагирует Муммия на перспективу делить её любовь с четырьмя захватчиками. Почувствует себя обездоленной? Станет ревновать?

О ревности Кора знала даже слишком много: чуть ли не каждый день кто-нибудь из взрослых отводил её в сторонку и, глядя не в глаза, а кто на ноги, кто на руки, спрашивал, неловко улыбаясь:

– Когда у тебя появится маленький братец, ты же не будешь ревновать?

Откуда, спрашивается, ей сейчас знать? Кора, конечно, надеялась, что не будет: маленьких детей она любила. Но в любом случае нужно хотя бы увидеть лицо этого маленького братца и посмотреть, как к нему отнесутся взрослые: вдруг он