Владимир Длугач - Тройка без тройки

— Ну вот, видишь! Как обещал Юрка, так и сделал. Мы с ним побежали в сберкассу, и он взял с книжки деньги, которые на мотоцикл собирает. И вот — купили. А я ему свою часть отдам, когда появятся деньжата.

— Ладно, сочтемся. В общем, крутите, ребята, сколько влезет, — покровительственно произнес Юрка.

В другое время при виде нового проигрывателя Наташа захлопала бы в ладоши, начала бы прыгать, но сейчас ей было не до восторгов. И она набросилась на Юрку:

— Ты лучше скажи, зачем продал вазу? А? Польстился на ерунду! И вообще такие грязные дела делаешь! Не знаю, как Васька с тобой водится.

— Я продал вазу? — искренне удивился Юрка. — Даже не думал.

— Не надо врать, Юрка. Была ваза, вот тут, на полке, и нет ее. Я все перерыла…

— Подожди, подожди, — вмешался Вася. — Такая высокая, узкая? Да? Я ее видел до… — он запнулся, видимо не желая произносить такое неприятное слово, как «кража». — Я видел ее раньше. А на квартире режиссера ее уже не было.

— Ну, честное слово, ребята, — взмолился Юрка, — не продавал я ее. Может, у Сережки она?.. А вообще, на черта тебе сдалась эта ваза! Да я, Наташка, куплю десяток таких ваз!

— Да перестань, наконец, задавака! — совсем рассердилась девочка и тут же стала объяснять, что нужна именно эта, а не сотни и тысячи других ваз, что нужна она сейчас же, немедленно, иначе тетю Юлю изругает ее мамаша, а потом тетя Юля изругает всех, и еще может раскрыться вся эта история, и тогда Ваське не поздоровится.

Юрка хотел что-то ответить, но в это время в гараж вбежала Таня. И с места заговорила:

— Ну, что ты здесь копаешься, Наташка? Почему не несешь вазу?! Тетя Юля мне уже два раза звонила и послала к тебе. Сейчас же неси, а то будет громадный скандал.

— Вот видишь, — повернулась Наташа к Юрке. — Что нам теперь делать? Что сказать тете Юле?

— Да что ты все склоняешь и спрягаешь — тети Юли, тете Юле! — недовольно заметил Вася. — Дело ясно. Юрка врать не станет, и у режиссера ее нет. Где же она?.. Тут без Сережки, ребята, не обойдемся, это видно по всему… Вы здесь посидите, а я его приведу сюда… Я ему, Юрка, сейчас сполна отплачу, за все отплачу!

Он вышел из гаража и пошел прямо к окну Сережкиной комнаты. Вызвал его во двор. Как только Сережка спустился вниз, Вася ему сказал:

— Слушай, Сергей, есть разговор.

Сережка улыбнулся.

— Такой срочный у тебя разговор, что надо беспокоить человека? — он деланно потянулся, даже зевнул. — Устал я, брат…

Вася почувствовал, как все в нем закипает. Он вспомнил разговор у Валерки, когда Сережка бренчал на гитаре и издевался над ним, вспомнил яму и грязный кусок брезента вместо вещей, вспомнил, как Сережка делил деньги, полученные у режиссера… И всегда, во всех случаях, когда грозило неприятностями, он держался в тени, в стороне, а на самом деле был главным заправилой…

Вася схватил Сережку за руку, крепко стиснул ее. Вася был моложе Сережки, но он зато давно подружился со спортом. Сережка попробовал вырваться, но не смог.

— В общем, так. Если не пойдешь, я тебя силой потащу. Понял? Пойдем в «ПВ». Там поговорим. И кое-что ты увидишь.

Когда Вася привел Сережку в гараж, Наташа воскликнула:

— Слушай, Сергей! Где ваза? Ради бога…

Вася остановил ее.

— Постой, об этом после… Ну как, Сережка, видишь?

И указал на полки, на стол.

Сережка посмотрел. Он сразу даже не сообразил, чем грозят ему эти возвращенные на место вещи. И вдруг все понял: Васька решился на все, всем все рассказал. Хорошо, если об этом знают только здесь, только эти девчонки, а пойдет дальше, дойдет до Сан Саныча…

Сережка тряхнул головой.

— Глупец ты все-таки, Вася! Взялся со мной в игрушки играть… Да я, если хочешь знать, плевал на все это… С двадцатого этажа!

— Сережка! — крикнула Таня.

— Подожди, Танька, — сказал Вася и повернулся к Сережке. — А вот пойду я, расскажу кому следует про все… Пускай сам попаду, впредь наука мне будет. А уж там разберутся, кто больше всех виноват. И доберутся до тебя.

Сережка снова тряхнул головой. Этим движением как будто сбросил с себя смущение, владевшее им. К нему вернулся его обычный нагловатый тон.

— А где доказательства, что я крал? Где? Кто видел?.. Ведь вещи — вот они! На месте! Чего же вы хотите? Если уж на то пошло, то их украл ты, Васька, а не я! И нечего ко мне привязываться!

— Сергей! — еще раз крикнула Таня. — Это возмутительно!

— Нервы у девочки слабые, — рассмеялся Сережка. — Чистюли вы все!.. Особенно ты, Танька. А ведь самая обыкновенная дура!

Вася подскочил к нему:

— Знаешь что… Пока не поздно… Убирайся отсюда подобру-поздорову, а не то…

Но Сережка стоял неподвижно, только злая усмешечка искривила его губы. Вася не удержался и толкнул Сережку рукой в грудь.

Таня бросилась к ним, схватила Васю за руку и потянула к себе:

— Не надо, Вася!.. А ты, Сергей… — Таня замолчала, ей не хватало слов, чтобы выразить свое негодование. Наконец она тихо сказала: — Ты, правда, лучше уйди…

— Что же, я пойду, — сказал невозмутимо Сережка. — Вы, — он посмотрел выразительно на Васю и Юрку, — вы узнаете, как предавать.

Он со злостью отпихнул ногой стоявший тут же табурет и направился к выходу из гаража.

— Постой! — крикнула Наташа. — А где ваза?

— Какая еще к черту ваза? — остановившись в дверях, спросил Сережка.

— Которую вы взяли, высокая, узенькая…

— Ах, эта… — Сережка немного подумал, потом спокойно сказал: — Разбил я твою вазу. Обойдетесь без нее.

И, сильно хлопнув дверью, он вышел из гаража.

— Ребята, что же делать… упавшим голосом проговорила Наташа. — Что же мы скажем тете Юле? Нет, это просто невероятный ужас.

— Всегда тебя волнует какая-нибудь глупость, — хмуро сказал Вася. — А то, что Сережка такой… Если бы не Танька, я изуродовал бы его.

— Да, это тоже… — согласилась Наташа. — Видишь, Юрка, какой он, твой дружок-приятель?

— Я, ребята, сам не знаю, кто мне дружок теперь, — только махнул рукой Юрка. — Я, можно сказать, не знаю, кто я сам такой…

Таня молчала все время, как будто даже не слышала, о чем говорят товарищи. Но тут она повернулась к Наташе:

— Не плачь ты, ради бога! А чтобы ты успокоилась, вот что… Я сама пойду к тете Юле и скажу, что это я разбила ее вазочку… Могу даже сейчас пойти.

И она направилась к выходу.

Неожиданный гость

Прошло несколько дней. Жизнь дворовых футболистов снова потекла нормально, как будто бы ничего и не случилось.

В глубине гаража стояли Андрюша, Саша и Валя. На столе перед ними лежал большой лист белой плотной бумаги, рядом на табурете — кипа журналов, баночка с клеем, ножницы. Мальчики что-то вырезали, примеряли, наклеивали. У другого стола сидел Володя. Он вынул из папки листы с рисунками, одни уложил аккуратной стопкой в одном углу стола, другие — в противоположном, третьи — посередине. Еще один лист бумаги положил перед собой и принялся за дело.

Работать было очень удобно: краски, тушь, карандаши — все под рукой. Стол не шатался. И на чистом листе бумаги появлялись фигурки — одна, другая, третья… Когда рисунок был закончен, Володя подложил его к уже готовым и взялся за новый лист.

В гараж вошли Фомичев и Дугин.

— А, вы уже здесь, — сказал Ипполит. — Искал вас во дворе, пока мне не сказали. Помните, в следующий раз будем тренироваться в форме… Да! Встретил Антона Яковлевича. Он предлагает выбрать шефский совет, в него войдут наиболее активные жильцы. Андрюша, напиши об этом заметку.

Андрюша развел руками:

— Материала столько, что некуда помещать. Придется кое-что отложить до следующего номера.

— Очень хорошо, что много, — успокоил расстроенного редактора Фомичев. — Хуже, когда в газете нечего помещать.

Он осмотрелся по сторонам:

— Ну что, как будто хорошо здесь устроились. Чистенько, уютно…

— Ребята все сами оборудовали, — с гордостью объяснил Ипполит. — Даже уголок для художника есть.

— А мы на него к вам с жалобой, товарищ Дугин, — сказал Валя. — Когда он, наконец, покажет нам свои рисунки. Неужели такие уж они засекреченные.

Володя опустил кисточку в воду и, не подымая головы, ответил:

— Я уже говорил им, что не могу показывать. Не могу, пока вы не утвердите рисунки. А может, я наврал…

Ипполит взял со стола несколько рисунков и стал рассматривать:

— Как будто бы получается не так уж плохо…

— Я ведь, товарищ Дугин, в футбольной живописи вообще никогда не практиковался.

— Вот мы сейчас проверим, что ты сделал, — сказал Ипполит, — тут врать в самом деле нельзя… Так… Общий заголовок: «Расстановка игроков». Рисунок первый — один вратарь и двое нападающих. Правильно, это в том случае, когда играет шесть человек, по три с каждой стороны… Ширина ворот три метра.