Вторник и другие приключения Марты - Алёна Митрохина

а потом бумбощ-щ-щи, перебивая друг друга, затараторили:

— Мы же уже рассказывали, что всю жизнь этим занимаемся, — выдохнул Олег.

— Сколько себя помним, — поддакнул Семён.

— Однажды мы грелись в одном брошенном доме, где был камин, — вспоминал Олег.

— Мы очень продрогли, потому что вымокли в какой-то очень холодной и черной воде, — подхватил Семён.

— Но как мы туда попали и что это было — покрыто мраком, ничего не помним и не знаем, — сокрушался Олег.

— Мы сидели у огня, нас разморило, мы мечтали о теплой еде и горячем чае, — предавался воспоминаниям Семён.

— Кофе, — прервал Олег.

— Что кофе? — не понял Семён.

— Мы мечтали о горячем кофе, — пояснил приятель. — О большой кружке горячего кофе с половиной банки сгущенки.

— Это был чай! Чай с мятой! — нахмурился Семен. — Сроду не пью кофе, да еще такой сладкий.

— Как это не пьешь? А в тот раз, когда мы ели печенье у одной старушки, которой помогли прополоть сад?

— У старушки мы пили травяной чай!

— Кофе! Кофе из зеленой банки!

— Чай! Чай из листьев смородины и вишни!

— Чай из смородины нам делала Марта на завтрак. Кажется, вчера. Или сегодня.

Начиналась обычная перепалка: бумбощ-щ-щи стояли друг против друга, глядя исподлобья, уперев руки в бока.

Марта улыбнулась — этих спорщиков не переделать, но все же решила прибегнуть к испытанному средству прекращения стычки — громко хлопнуть в ладоши. Ее опередил Капецки.

Ответственное Лицо встал между противниками и те сразу же замолчали. Капецки не стал ругать товарищей, а просто спросил:

— И что же было дальше?

— Ну, мы мечтали о чае, — ответил Семён.

— О кофе. — Олег явно имел намерение сказать последнее слово в споре, но вдруг остановился, зажал рот рукой и уставился на Семёна. Потом бумбощ-щ-щ, задев Капецки, приблизился к другу, схватил его и начал трясти как тряпичную куклу.

— Я всё понял! — мотая Семёна кричал он. — Догадался!

— О ч-ч-ч-ч-ё-м-м-м? — пытался спросить потрясаемый подельник.

— И как это я раньше не допёр? — одной рукой Олег продолжал встряхивать Семёна, а другой что есть силы стучал себе по голове. — Дурак, вот же я дурак!

— Да перестань! — Семён с трудом вырвался от вцепившегося приятеля. — Прекрати бить себя по голове, а то набьешь шишку. Лучше расскажи, о чем ты догада…

Но Семён не договорил. Он не стал бить себя по голове, но всем было понятно, что в этой самой голове идут невероятные мыслительные процессы: лоб беспрестанно хмурился и собирался морщинами как гармошка, уши покраснели, а глаза вращались словно заведенные.

Наконец Капецки, наблюдавший за бумбощ-щ-щами, прервал их размышления вопросом:

— Вы рассказывали, что в доме появился человек и дал вам карту. Как выглядел тот человек и где эта карта?

— Он был…он был…, — растерянно начал Олег, — ну он был… Да! Он был черный!

— Черный и очень высокий! — вспоминал Семён.

— Он заслонил весь свет. Когда он появился, стало очень темно, — удивленно развел руками Олег. — Вот ведь странность. Я только сейчас понял, что вместе с ним в дом зашел мрак. А ведь дело было почти ночью и темно было само себе, свет исходил только из камина.

— Да, точно! — подтвердил Семён. — Было просто темно, а стало мрачно, как будто темнота стала живой… И еще! — взволнованно произнес Семён, — у него были очень длинные ноги!

— А мне он вообще показался похожим на ножницы, — пожал плечами Олег. — Из-за этих ног. Помню, я еще подумал: «не человек, а какие-то ножницы».

— Черные Ножницы, — охнула Марта.

— Маэстро Форбичи! — хором воскликнули все.

— Теперь я не сомневаюсь — к вам приходил Маэстро Форбичи, — подытожил Ответственное Лицо. — Он дал вам карту с домами, в которых живут Души. Но, думаю, он хотел одного — чтобы вы нашли нужный ему дом. Сам он заниматься поисками не мог — Души его боятся, ведь он изобрел не только Хранилище Душ — в общем-то нужную и вполне безобидную вещь. Маэстро создал еще и Капкан для Душ, а вот это уже настоящая преступная выдумка. И в этом — весь Маэстро, его гениальная мысль создает как полезное, нужное и гуманное, так и вредоносное, и ужасное. Удивительный человек, похоже сделавший свой выбор и ставший на сторону зла! — печально вздохнул Капецки.

— А как же нам узнать, какой нужен Маэстро? — спросила Елена и обратилась к бумбощ-щ-щам. — Карта у вас с собой? Возможно, посмотрев на нее, получится выявить какую-то закономерность, произвести анализ?

— Или мы сразу что-нибудь поймем, — с надеждой посмотрела Марта.

— Да, конечно, с собой, — спохватился Олег, — сейчас, сейчас.

Он погрузил руку внутрь своей широкой одежды, долго шарил по карманам, в которых что-то звенело и шуршало, и, наконец, извлек на свет мятый сверток коричневого цвета, потрепанный и ветхий.

С величайшей осторожностью бумбощ-щ-щ начал разворачивать карту на огромном столе для совещаний, который стоял вплотную к письменному столу Капецки. Вся компания внимательно следила за его действиями. Наконец карта была разложена и расправлена, Олег долго вглядывался в изображение на ней, а потом вдруг начал переворачивать и поднимать ее, издавая при этом странные звуки. Подошедший Семён повел себя так же, вертел карту, переворачивая и приговаривая «не может быть! что за ерунда! я же помню!».

Наконец бумбощ-щ-щи остановились и, растерянно посмотрев вокруг, произнесли:

— Все пропало! На ней ничего нет!

— Как нет? Чего нет? Что это значит? А что там должно быть? — от волнения говорили все и сразу.

— Там были огоньки — зеленые и синие! — Семён чуть не плакал от досады. — Они означали души — спасенные и те, что предстояло спасти.

— Но сейчас они все исчезли! — почти кричал Олег. — Погасли, растворились, пропали!

— Да и домов на ней не разобрать, — подал голос Капецки, все это время пристально изучавший карту. — Это не план, не схема, не чертеж. Это просто лист старой ветхой бумаги. Посмотрите сами!

И действительно, на столе лежал просто старый бумажный листок, с потрепанными краями, местами выцветший, рваный на сгибах и совсем не похожий на карту. Правда, на нем угадывались то ли линии, то ли буквы, то ли рисунки, но отчетливо разобрать изображение было невозможно.

— Что это означает? — дрожащими губами прошептал Семён.

— Только не подумайте, что мы вас обманули! — Олег клятвенно сложил руки. — Клянусь, клянусь, там были и огоньки, и дома!

— Да мы даже не думаем сомневаться, — поспешила успокоить друзей Елена.

— Милые бумбощ-щ-щи, ну конечно же мы вам верим, — обнимала растерянных приятелей Марта.

— А знаете что? — прервал молчание Хэльмут, пребывавшей до этого в глубокой задумчивости. — Я знаю, что мы должны сейчас сделать!

Все вопросительно уставились на