Вторник и другие приключения Марты - Алёна Митрохина

было, когда он на конгресс в Китай летал, а в номере за стенкой заселился сосед из квартиры напротив! А папа его так давно не видел, что даже решил, будто тот переехал! Мы с мамой смеялись потом над этим случаем, — улыбнулась воспоминаниям Марта.

— Вот видите, — Елена улыбнулась в ответ. — А сейчас в нашем комитете серьезно взялись за изучение такого явления как «эффект вторника».

— Что-о-о? — у Олега и Семёна от удивления вытянулись лица. — Эффект чего-о-о?

— Ну, слушайте! — Елена удобнее устроилась на скамейке. — Вы разве не замечали, что во вторник происходят всякие разные неприятные или просто странные вещи? Не сталкивались с подобным? Очень часто неприятности или странности случаются именно во вторник. По вторникам люди обычно плохо себя чувствуют, причем независимо от погоды, страны и времени суток. Во многих книгах и фильмах что-то происходит именно во вторник. Что с тобой, Марта? — обратилась Елена к девочке, которая вдруг начала ходить взад и вперед, то сжимая, то разжимая руки и что-то бормоча себе под нос.

— Марта, что с тобой? Что ты шепчешь? — взволновались бумбощ-щ-щи. — Если ты не остановишься, мы вызовем врача.

Походив еще немного, Марта остановилась и, глядя на тревожно уставившихся на нее бумбощ-щ-щей и Елену, произнесла:

— Я не шепчу, я — анализирую. Ну, конечно, во всем виноват вторник! Целый этаж пропадал во вторник, и Черные Ножницы, и Холодная Река — все, все случилось во вторник!

— Вот именно, Марта, вторник — странный день! Это даже британские ученые заметили и издали целый научный труд, но никакого разумного объяснения этому до сих пор не найдено, — сказала Елена. — Или вот еще, бывает такое, что…

— Прости, Елена, что перебиваю, — Семён смущенно улыбнулся, — но…

— Да-да, понимаю, — спохватилась женщина, — вернемся, как говорится, к нашим баранам, то есть к моему имени, ставшему причиной печальной для меня истории.

А история такая.

Дом на Приречной принадлежал моей бабушке, и я провела там все свое детство. И хотя дом находится в самом центре Городка, место там тихое, спокойное. Правда, непонятно, почему улица называется Приречной, ведь никакой реки там никогда не было, я спрашивала у бабушки. Хотя сейчас-то я понимаю, что если улица называется Приречной, а никакой реки мы не видим, это не значит, что реки нет, это значит, что мы ее просто не видим.

— Мудрёно, но понятно, — подняв палец вверх, изрек Олег.

Елена улыбнулась:

— Да. Эх, дом, мой милый дом, моя маленькая розовая детская, где так сладко было засыпать и интересно играть. В таких домах никогда не бываешь в одиночестве, ведь сам дом как живой, словно в нем есть душа.

На этих словах бумбощ-щ-щи переглянулись, но промолчали.

— Бабушка умерла год назад, она была совсем старенькая, и ушла из этого мира спокойно, радуясь тому, что наконец-то встретится с мужем, моим дедушкой. Они прожили вместе почти семьдесят лет, и она очень скучала по нему, когда его не стало. Дом бабушка оставила мне в наследство. Но вся проблема в том, что в наследственных бумагах она по привычке назвала меня Мартой — так, как звала всю жизнь. Бабуля совершенно забыла, что мое Официальное имя — Елена. И вот из-за этого меня выселили из моего дома. Ко мне пришли Налоговые Инспекторы и еще какие-то Важные Чиновники и сказали, что дом завещан Марте, а никакой не Елене. На мои слова, что бабушка ошиблась, что всё остальное, кроме имени, сходится, что именно я — бабушкина внучка и могу это доказать, что у меня сто человек свидетелей, и есть паспорт и другие документы, что я всю жизнь прожила в этом доме, они мне ответили, что ничего не хотят знать, и не нужны им никакие доказательства! Они сказали, что в завещании черным по белому написано, что дом переходит в наследство Марте, а про Елену и тем более про то, что она и есть Марта не сказано ни слова, не сделано ни одного уточнения и всё это подтверждено печатями Нотариуса и другими печатями.

Елена замолчала, а потом глубоко вздохнула:

— Э-э-эх! Наверное, они правы и хотят порядка… Словом, пока я не поменяю свое Официальное Имя с Елены на Марту, дома мне не видать!

— А где же ты живешь сейчас? — спросила Марта.

— У меня есть подруга, она уехала в командировку на целый месяц и разрешила мне пожить у нее, но скоро она вернется, и куда мне деваться дальше — не знаю.

— Ну, так поменяй имя, и все дела! — с ходу предложил решение проблемы Семён.

— Если бы это было так просто, Семён! Это очень непросто! Практически невозможно.

— Но почему? — изумился Олег.

— Таковы правила, — пожала плечами Елена. — Для того, чтобы поменять имя, нужно Особое Распоряжение. А чтобы получить это Особое Распоряжение, нужно собрать кучу документов, которые, к слову, я уже собрала. Но кроме документов нужно, чтобы за меня кто-то поручился — это во-первых, и чтобы уже был подобный прецедент — это во-вторых. Но если прецедента нет, то, увы, ничего не получится.

— Как же всё сложно, что ж это такое! — воскликнул Олег.

— Кто только придумывает эти дурацкие правила? Кому будет легче, если твой дом будет стоять пустым, с запертой в старой фотокарточке душой? Кто станет жить хорошо от того, что он обветшает и разрушится?

— Бедный мой домик, — зашмыгала носом Елена.

— А что такое пре … пре… президент? — спросил Семён.

— Не президент, а прецедент! Ну, если объяснить просто, то это случай или событие, которое уже когда-то было и как-то разрешилось. И вот, если какое-то время спустя происходит что-то подобное, то его разрешают так же, как и тот случай, что был раньше. Понятно или не очень?

— Да вроде понятно, — неуверенно протянули друзья.

— Понятно так, что ничего непонятно, да? — улыбнулась Елена. — Хорошо, попробую объяснить на своем примере. Чтобы разрешить мою ситуацию с именем, нужно, чтобы когда-то давно или не очень давно, кто-то точно так же лишился бы дома из-за того, что в документах о наследстве написали не его Официальное имя, а имя, которым его зовут, например, родственники. В общем, когда-то уже должна была бы случиться точно такая же ситуация, а это вряд ли возможно. А вернее, — пожала плечами Елена, — совсем невозможно, не верю я в такое…

— Так что делать-то? — не понял Олег.

— Не знаю, Олег. Моя последняя надежда — это Официальное Лицо, вот он может действительно ВСЁ. Стоит ему только приказать, как мое имя тут же поменяют на Марту. Я отнесла в его приемную