Александр Чуманов - ДЕДские народные сказки, или Были-небыли про то, где были — не были

После таких слов Иванушка мгновенно утратил всякий интерес к человеку из корчаги, или как она называется, начал поминутно зевать, и дед постелил постель, пообещав скоро присоединиться и, как полагается, очередную сказку хотя бы тезисно изложить. Но внук, чего с ним обычно не случалось, уснул почти мгновенно, не дождавшись ни деда, ни его «тезисной» сказки.

А дед и Вакхид из Хафарсаламы под бутылочку «Особой», которая всегда стояла в холодильнике на случай неожиданных гостей, просидели чуть не до утра. Вакхид рассказывал про свое время, дед — про свое. И обоим было чрезвычайно интересно общаться.

Деду даже подумалось, что такого все понимающего собеседника у него никогда в жизни не было. Не считая, разумеется, Иванушки. И как жаль, что не познакомился он с Вакхидом в молодости, может, не угораздило бы столько глупостей наделать. А когда водка кончилась, дед опять загрустил. Вернулся в то состояние, которое в последние годы становилось все более привычным.

— Устал я, Вакхид, как же я устал!

— Понимаю.

— Мне ужасно скучно.

— Понимаю.

— И я совсем-совсем ничего не хочу!

— Понимаю.

— А другие не понимают. Говорят, придуриваю. Говорят, в мои годы нужно еще… А у меня стойкое ощущение, что мне уже — сто лет. Или даже тыща.

— Я понимаю, почему другие не понимают. Это, в общем-то, обычное дело, когда не понимают.

— Но я б хотел — по-человечески, и не теряя достоинства, и никого не обременяя… И я уже, кажется, вполне готов. Вот только Иванушка…

— Понимаю. И хочу предложить вариант. Ведь это ты раскопал… Как она у вас называется?

— Ладка. Корчага…

— Пусть будет ладка. Ты ее раскопал, ты меня выпустил. Значит, тебе и — на мое место. Отдыхать. А мне — на твое.

— Ишь ты! Ну, нет! Я… Я, оказывается, не готов. Хоть режь меня.

— Не готов — так не готов. Закопаешь обратно, и вся недолга.

— А — ты? Тебе, что ли, — не надоело?

— Так ведь это был только миг!

— Ми-и-г?

— Миг. Ну, так что, закопаешь?

— Постой-постой! Дай сообразить… Значит, ты Тот, Который Нужен… И если я — на твое место, то я стану Тем, Который Нужен? А ты — мной? И мой внук подмены не заметит?

— Заметит. В том смысле, что этой унылой твоей рожи он больше не увидит, а увидит веселого, жизнерадостного, гораздого на выдумки деда. Того, каким ты был, когда только-только в полной мере дедом себя ощутил.

— А я?

— А ты отдохнешь. Один миг. Всего…

— Черт подери, я согласен! Как это сделать?

— Элементарно: садись задницей на мою корчагу, как на унитаз, и все. Ты утечешь в нее, а мне останется только — крышку. Молодец, что крышечку не испортил…

— Ну, давай! Пока я не передумал.

И поменялись они одеждой, и дед совсем уж было сел, но «посреди дороги» остановился.

— Слушай, Вакхид, может, скажешь напоследок, что на корчажке-то написано?

— Давно б спросил. Ничего таинственного. Написано: «Закопаешь — не найдешь».

— И — все?

— Все.

— Тогда — пока…

И дед, опустившись на удобное широкое «сиденье», мгновенно почувствовал всего себя текучим, как ртуть. Сделалось на миг страшно-страшно, но сразу же за этим сделалось никак…

А бывший Вакхид из Хафарсаламы закупорил гончарное изделие крышкой, и сделался Иванушкиным дедом, и пошел спать. Он очень осторожно подвинул внука, чтоб самому лечь, но то ли еще не приноровился, то ли внук так чутко спал. В общем, Иванушка проснулся. И сразу:

— Дед, рассказывай скаху! Длинную и страшную!

— Да ты что — уж давно ночь!

— Рассказывай!

— Ну, ладно. Слушай… — И обреченно завел свою волынку: «Жили, значит, были на белом светике…»

А утром они пошли в ближайший лесок, где дед за пять минут вырыл глубокую, метра на полтора, яму, и зарыли древний сосуд.

— Дядя Вакхид решил отправиться дальше, — так объяснил это дело дед, — ему не поглянулось у нас. А мы завтра, давай-ка, пока озера не встали, сгоняем за щукой — у щуки сейчас самый жор!

— Ты ж говорил, что уже — старый!

— Был старый — стал молодой.

— Ур-р-ра!

А когда они уже подходили к дому, оживленно обсуждая предстоящую поездку, Иванушка вдруг резко остановился.

— Дед, а ведь я бы сейчас не нашел то место, где мы только что зарыли…

— Поразительно, однако и я бы не нашел…

Про себя же, рассеянно улыбаясь, дед подумал: «Да я ведь, ей-богу, и впрямь еще парень хоть куда!» А также он подумал: «Конечно, Иванушка скоро перестанет во мне нуждаться, как теперь нуждается. Но ничего, на подходе следующие внуки…»

КОНЕЦ — ДЕЛУ ВЕНЕЦ

После этой сказки внук в потемках потрогал меня за нос, пощупал боевой шрам на щеке, украшающий меня с десятилетнего где-то возраста, и, вздохнув протяжно, заснул-таки.

Февраль, 2008.