Сергей Гусаков - Долгая ночь у костра (Триптих "Время драконов" часть 1)

: Охваченный “тоской по ностальгии”, вызванной к жизни сумасшедшей долбёжкой капели, пытаюсь протиснуться в щель, ведущую в На-Двоих,— да вовремя вспоминаю, что нам с Питом в этом самом На-Двоих ещё сидеть-и-сидеть, то есть балдеть ещё под эти самые капли —

— под грохот их и звон несмолкаемый, слушать день и ночь “водокап, водокап — взбудораживший сонную тьму; жизнь в застенке у мрака — удел непокорных и твой; я душою твой раб, но умом я постичь не могу: как возмездье века обходило тебя стороной” — пока крыша не съедет, а посему я упругим движением руки подхватываю уже наполнившуюся водой канистру, что “предназначена исключительно для негорючих и непищевых продуктов” — то есть исключительно для того, чего в природе, по-моему, нет и быть не может — разве что ртуть какая-нибудь, да; не знаю, правда, горит-ли она — теоретически всё, кроме инертных газов, гореть способно — но вот сколько весит 10 л Hg, можно себе представить,— пластиковая канистра этого точно не выдержит... Ага: вот и нашли то таинственное вещество, для хранения и транспортировки которого она предназначена: ясен пень, для того, для чего менее всего пригодна — как всё, сконструированное и произведённое в нашей стране,— совок есть совок, советское — значит, шампанское,— рассуждаю я, приближаясь к Хаосу, и так как от Озера к нам через него самая естественная дорога — то мне его не миновать:

: Да.

— То есть, может, лучше бы я его как-нибудь обошёл,— но нечего говорить о том, чего не случилось: “История КП=СС не знает сослагательного наклонения” — как любят оправдывать официальные жополизы маразм и преступления, творимые в этой стране на протяжении последних 70 лет,— а значит, и рассуждать нам здесь не о чем,—

: “Мучение Маркса бессильно, потому что оно ... < гАвно >” —

..: И так как волей судьбы я неизбежно оказываюсь в Хаосе, сама собой приходит в голову мысль увидеть — нет, не так: вначале просто сходить посмотреть на Штопорную. То есть на Мясокрутку. То есть не на Штопорную и Мясокрутку, а на Чёртов лифт, бо вход в ЖБК — бывший фантастический “второй ярус” наших мечтаний и бредней, где мы сейчас пребываем в неведении своём удалившись от ‘тел земных’ — ход этот теперь выводит сразу в Палеозал, и прокопал его в 1981 году Гришка-Чёрт — признаюсь, по моей прямой наводке: уж очень сильно хотелось сюда — увидеть хоть одним глазком,— написал ему из своей армии, сиречь флота, что здесь и как,— там-то тоска была смертная, а это всё здешнее пред глазами стояло, как мираж,— стояло всё время, как наваждение,— ну, и написал я ему из своего флота в его не менее тоскливые северные окоёмы ПВО обо всём здешнем. И как сюда сподручнее всего прорубиться —

: Да. И не каюсь, что бы ни говорили Пищер с Егоровым.

— Хотя: что Пищер и Сашка? Громче всех от радости прыгали,— правда, не к лицу им в открытую от радости детской скакать...

: Гришка-то на полгода раньше меня откинулся — ну и тут же, понятно, схватил кувалду, лопату, лом — и сюда. А уж потом парадку снял, по первому поту. И продолбился: через десять метров монолита всего... “Дорвался, значить” — как бы выразился друг Егоров,—

Впрочем, он потом выразился: и не раз, да. Столько раз за один вечер меня до того ни разу в жизни не любили — даже на КМБ и в учебке. Но бессмысленно ждать от нашего выдающегося спелеомэна слов благодарности, да. Не способен он на них — хотя какая истерика была с ним в 78-м, когда Ященко со своими орлами Штопорную эту рванул!..

— Ну да ладно, как сам же Сашка говорит. Дело прошлое. Да. Тем более, что поначалу все сюда действительно аккуратно ходили: след-в-след, ни бумажечки, ни спичечки не бросали... Ну а потом — конечно — понеслось...

: Знаем мы наш Великий Русский Народ, вечного победителя самого себя — как самого себя облупленного... Тьфу, блинн! — чуть не выругался на нервной почве, да. Кстати, если уж трогать историю — то по-теперяшнему правильнее не Хаос этот зал называть, а База. Да. Так теперь все говорят — и оно, может, получше. Бо Хаос везде, а с этого обвального колонника, как ни крути, ЖБК начинается... Значит, здесь и есть База.

Да.

: Вот так — твёрдо и уверенно. < В исключающих уголках оставим особое мнение будущего профессионального подземного топографа Пита,— сиречь, маркшейдера,— что Хаосом ЖБК не начинается, а кончается, потому как разрабатывалось не со стороны Ильей, а со стороны Никит — оттого, мол, он и вид имеет как бы колонного зала — то есть фронтальной выработки, не заполненной отхожим бутом, а потому местами сильно рухнувшей: в результате известного всем теоретически наводнения ‘от тринадцатого года’, что прорвалось через ильинскую сбойку-трещину, и разом остановило разработки и в Ильях, и в ЖБК, и в Никитах... Но где Никиты, и где ЖБК? ЖБК ныне, слава богу, неотъемлемая ( хочется в это верить ) часть Ильей, и начинается для нас Хаосом — а потому цена всем этим историческим изысканиям-определениям очевидна. Да. >

Рассуждая так, я как-то незаметно оказываюсь в Палеозале. Уж он-то сохранил своё прежнее название... Да только “всё в породе уравновешенно”, и отпечатков ныне на его стенах заметно меньше стало — это я “дохлости” всякие окаменевшие в виду имею,— наутилусы там пампилиусы, да брахиоподы с аммонитами...

— Зато прибавились рожи всякие, вырезанные по древнему камню, да надписи. Впрочем — пока без мата; клеветать не будем...

И кто знает — может, через 1000 лет всё это ценнее для людей будет, чем отпечатанная в извести селёдочная чешуйка или улитка каменная со склона... Да. Читайте Джерома — отпечатков-то повсюду полно, а где ещё можно найти такое, с позволения сказать, словосочленение:

“КЭМ —— ЖИВ —— ПОКА”

: Представляю себе морду лица упомянутого Кэма. Да. Или вот —

“Ухожу сторожить Родину.

Прощайте на два года — а быть может навечно. Вадим.”

: Это уже История. Или вот так — почти кратко: “Выходим. Свет кончается. Жизнь прекрасна! Оля, Ира.”

Да-а... И — “Не оставлю Надежду я, всяк сюда ходящий”. “Люди, зачем вы живёте?” “Ухожу, ибо в этой обители бед ничего постоянного, вечного нет” — Хайям!..

И уж совсем, видимо, от спинного мозга: “ДЖЫНЫ”. “ОБЖОРА”. “СОРОКИН, ФЕДОСЕЕВ, ЛЕНИНГРАД”.

— И нетленное: “АННЕТ — ДУРА”.

: Уж это — по-видимому — точно. Да.

..: Вот так, разглядывая старые отпечатки и наши новодельные надписи, я сижу в Палеозале на подходящем камушке — заботливо, разумеется, надвинув на попу “пенку” — и выкуриваю положенную мне по этому случаю сигаретку.

— Да. И остаётся мне сделать один-единственный маленький шажок, чтоб окончательно нарушить весь наш молчаливый ‘уговор договора’. Хотя: “был-ли пальчик”?..

: Клятвы с меня никто — чтобы близко не подбирался к Чёрт-лифту — не брал; более того, если и встречу кого — постараюсь не уточнять, который сейчас день и час недели,— а если — паче чаяния — повстречаю ‘совершенно-случайно’ кого из нашего ГРОБА — Группы Обеспечения,— то есть из “Подмёток” хоминых кого, иль из своего “ДС” — “Дерзкого Сада” — так те, понятное дело, мне и сами не скажут: пытай-не-пытай...

— Да встретить кого-либо в Ильях летом среди недели ( или что у них там сейчас проистекает ‘в смысле бремени’? ) вообще невозможно: потому как не сезон, да. И потому мы затеяли наше геройское предприятие именно здесь и сейчас — чтоб не смущать народ идиотскими запретами на посещение ЖБК: в конце концов, какое мы право имеем отнимать у ильинского народа пол-Системы ( если не сказать — значительно больше ) в угоду своим приколам и непонятным половине из смертных целям? < Каюсь — взял сильно завышенную оценку: влияние Пищера. >

— Но “случаи разные бывают”, а потому сейчас наверху над входом в Систему всё-таки дежурит наша славная ГО,— буквально “на всякий случай”: осадить слишком большую и решительную толпу чайников, рвущихся поздравить и пожалеть нас...

: Ха! “Дежурят” < хамство внутреннего голоса > — отмокают в реке, если не дождь и слишком жарко, или дрыхнут в палатке без задних ног,— ну, может, ещё у костра Коровин соловьём заливается,— хотя, честно говоря, слабо мне сейчас представить себе такие ‘поднятия’, как дождь и жарко — равно как и такой неизменный предмет нашей жизни, как звезду по имени Солнце — а ведь не так давно сидим: “что же дальше будет, Вондервурт?..”,— но дело не в этом предмете или предметах — я начал о другом, о ГО — так вот, даже ГО увидеть шансов у меня практически нет, потому как они “по условию поставленной Пищером задачи” сюда раньше, чем через неделю не сунутся —