Семён Ласкин - Саня Дырочкин — человек общественный

— Уважаемый Василий Иванович! Вы всегда можете рассчитывать на нашу помощь.

— Спасибо, — сказал Поликарпов-старший и пожал рабочую руку Байкина.

Вечером я кормил Феньку, заставлял слизывать из ложечки кашу. Собака была очень слаба, всё ещё лежала на Мотькином коврике.

Мотька устроилась рядом на стареньком одеяле — она уступила больной своё место.

Зазвенел телефон. Пришлось подняться, снять трубку.

— Дырочкин?! — услыхал я взволнованный Севкин голос. — Собирайся! Бабушка идёт в хозяйственный магазин, ожидаются тяжелейшие покупки. Потребуется наша мужская помощь.

Я сразу вспомнил решение звёздочки.

— А ты предупредил, что я с вами?

— Конечно! — заверил Байкин. — Она будет очень тебе благодарна.

Итак, нужно было срочно собраться. Что мы должны нести, спрашивать, казалось, глупо: после уборки детского садика «Лисичка» трудностей я не боялся. Главное, мы теперь могли предъявить нашей вожатой немалый список общественно полезной работы.

Севкины дедушка и бабушка — это отдельный разговор. Севкин дедушка — знаменитый профессор какой-то очень серьёзной науки. Когда дедушка мыслит в своём кабинете, то все Байкины затихают, ходят на цыпочках по квартире: шорох мешает дедушкиным мыслям.

Бабушка Екатерина Константиновна — пенсионерка. Когда-то давно, до пенсии, говорят, она была химиком-лаборантом. Теперь она просто бабушка, другого о ней не скажешь. Просто маленькая старушка, чуть повыше Севки, кругленькая, как колобок.

Полдня бабушка ходит по магазинам, полдня готовит. Впрочем, пока она готовит, то успевает ещё и почитать. Её любимое чтение — детективы и истории про сыщиков и шпионов.

Почему у Севкиной бабушки интерес к шпионам, как у всех мальчишек, сказать трудно. Как-то мы с Севкой этот вопрос обсуждали: «Может, Екатерина Константиновна была химиком-лаборантом только для вида, а на самом деле она сыщик?» Но Севка решительно отверг моё предположение.

— Ты не представляешь, какая бабушка трусиха! Она же боится всего на свете. А если увидит таракана, то упадёт в обморок. Представляешь, — спрашивал у меня Севка, — что было бы с бабушкой, если бы она, сыщик, встретилась со шпионом?

Мы долго гоготали над Севкиным предположением.

Чтобы раздобыть очередной детектив, бабушка ходит в книгообмен, где такие же «детективщики», как она, обмениваются книгами.

Скажем, английский ты прочитаешь и его меняешь на шведский, шведский на австралийский, австралийский на кубинский, кубинский на польский, и так далее, и так далее, пока не захочется снова перечитать английский.

Если обмен удачный — у Севки праздник. И гуляй сколько хочешь, и спи сколько влезет, бабушка обо всём забывает, она читает.

При неудачном обмене одни упрёки. Я не хожу к Севке в гости в такие дни.

Утрами бабушка отправляется по магазинам, покупает продукты.

Идёт бабушка не спеша, всё делает медленно. Севка заявляет, что ходить с бабушкой — с ума рехнуться!

Например, выбирает бабушка капусту для щей. Все уже выбрали, а бабушка стоит и смотрит, обдумывает, какой взять кочешок. Один — не очень круглый. Другой — не очень крепкий. Осматривает кочан бабушка долго, жмёт его, пробует «на крепкость», взвешивает на ладони, точно делает для капусты какой-то особый анализ.

Севка утверждает, что он не раз поднимал восстание против бабушки.

— Или выбирай скорее! — предъявлял ультиматум Севка. — Или я укушу первый попавший кочан капусты, и тебя заставят его купить!

По дороге бабушкины волнения не кончаются. Она вздыхает, качает головой, продолжает сомневаться: тот ли взяла кочан?! Ту ли выбрала капусту?! Получатся у неё голубцы или нет?! Хорошо мясо для щей или не очень?!

Как все бабушки, Екатерина Константиновна частенько теряет свои очки. Вот только что они были, и их уже нигде нет.

Бабушка шарит по карманам пальто в коридоре, заглядывает в буфет, передвигает стулья.

Севка помнил, как однажды бабушка даже перелила щи из одной кастрюли в другую: проверяла, не сварила ли очки вместе с мясом.

Спас положение Севка. Он открыл последний бабушкин детектив и между страницами нашёл очки.

— Ну и растяпа! — признаётся бабушка.

Отыскав очки, Екатерина Константиновна успокаивается. Она надевает их, победно оглядывает комнату, точно видит её впервые, и смеётся.

Смех у бабушки тонкий, и если слушать бабушку с закрытыми глазами, то обязательно покажется, что это смеётся девчонка.

В конце концов оказывается, что кочан куплен отличный, а вот мясо — никуда! Ужасное ей подсунули мясо!

Бабушка отчаивается:

— Из такого мяса никто ничего путного не сварит! Что скажет дедушка?!

Дедушка — главный авторитет в семье. И Севкина мама, и Севкин папа, и Севкина бабушка стараются дедушку не огорчать.

Что бы ни произошло, что бы ни случилось, обязательно все пытаются мысленно представить, как к произошедшему событию может отнестись дедушка? Что он скажет?

Дедушкина улыбка — самый дорогой подарок.

При всём том дедушка не командир, не капризуля, он очень спокойный человек. Просто авторитет у дедушки грандиозный.

Кстати, по Севкиным наблюдениям, дедушка чаще всего даже не замечает бабушкиных стараний, из-за того что в его голове целый рой самых различных научных мыслей.

Было, скажем, такое…

Бабушка приготовила новое блюдо: мясо с гарниром из чернослива.

Сначала на стол поставили тарелку с тушёным черносливом. И пока бабушка хлопотала на кухне, вошёл дедушка, погружённый в свои научные расчёты, и, не заметив, съел весь чернослив.

Бабушка внесла изобретённое ею мясо и обнаружила, что чернослив исчез.

— А где же гарнир? — спросила бабушка.

— Гарнир? — удивился дедушка и поглядел на опустошённую им тарелку. — Первый раз слышу.

Вот как бывает! Дедушка проглотил бабушкину фантазию, ничего не заметив.

Итак, Севка и его бабушка уже ждали меня на улице, чтобы идти в магазин. Время было не позднее, послеобеденное.

— Сначала купим кастрюльку с длинной ручкой, — объяснила нам задачу бабушка, — потом забежим за картошкой — с вами я могу взять побольше — и домой. — Она благодарно нам улыбнулась. — С такими помощниками можно унести вдвое больше.

Она шла впереди, а мы с Севкой сзади.

— За кастрюльками нужно было бы пригласить Удалову, — сказал Севка. — Она наверняка знает, в каком магазине есть с самыми длинными ручками.

— Справимся сами! — возмутился я. — Думаешь, если Люська разливала нам чай на стройке, то она стала лучше?

Байкин вздохнул:

— Ничего я не считаю! Просто Удалова пока крупнейший специалист по вопросам торговли. И мы, Дырочкин, в этом должны честно признаться.

Хозяйственный магазин был буквально набит кастрюлями. Бабушка старалась пересмотреть все. Ни одна кастрюлька ей не подходила. То у кастрюльки обнаруживалась щербинка, то неровность, то чуть косо поставлена ручка.

Некоторое время я стоял рядом, ждал бабушкиного решения. А Севка сразу же исчез, я даже потерял его из виду. Он-то знал бабушку и понимал, что стоять около неё придётся долго.

Я пошёл поискать Севку.

Отдел кастрюль кончился, начались хрустальные вазы, целый стеллаж, а перед ним широкий прилавок. Вазы были самых различных форм и размеров.

Около прилавка скучала продавщица. Иногда продавщица отходила к кастрюлькам, где что-то обсуждала с другой продавщицей, вероятно своей подругой.

Севка стоял у прилавка с хрусталём и не отрывал взгляда от большой вазы.

Я подошёл к другу:

— Ты что, Байкин, хрусталя в жизни не видел? Глазеешь, будто девчонка…

Севка сказал с восторгом:

— Похоже на рыцарские шлемы!

Я пожал плечами, это задело Байкина.

— Вечно ты споришь! — возмутился он, перепутав меня с собой. — А форма?! А блеск?! Ты бывал в Эрмитаже в рыцарском отделе?!

— Фантазия у тебя!.. — похвалил я.

Видимо, мой комплиментик Байкину был приятен.

— А представляешь, — сказал Севка, сверкая глазами, — если бы в один прекрасный день я, ты и Федя въехали бы, как рыцари, с пиками и мечами верхом на лошадях в квартиру ветеринара?!

И Байкин сделал выпад, будто бы ветеринар уже стоял перед ним.

— На колени! — сурово потребовал он. — Просите прощенья?!

Севка говорил так, будто бы достать лошадь, мечи и пики трудностей не представляло. Можно было подумать, что лошади табунами пасутся на улицах Ленинграда, а старинные доспехи выдаются в ателье проката.

— Ну и где это ты найдёшь мечи, пики, щиты?!

— Пустяки! — сказал Байкин. — Ничего нет проще!

Он шагнул к связке длинных металлических карнизов, вытащил один, получилось вроде бы Байкин действительно с пикой.