Ева Яниковская - А ты знаешь?

щупать желёзки,

мерить температуру

и играть в игру,

которая называется «дышинедыши»?

Попробовал бы я показать язык дедушке мне бы так всыпали… А Вера первым делом просит:

— Высунь язык! Скажи: «А-а-а!»

И лезет мне в горло чайной ложкой.

И всё-таки я согласился бы стать детским врачом.

Во-первых, и ходил бы в белом халате;

во-вторых, я катался бы на белой машине с красным крестом;

в-третьих, все бы мне говорили: «Здравствуйте, доктор, снимайте, пожалуйста, ваше пальто, мы сами его повесим»;

в-четвёртых, с утра до ночи ко мне приходили бы разные люди, которых я вылечил, и хором бы мне кричали:

«Спасибо!

Спасибо!

Спасибо!»

Я умел бы:

делать уколы.

капать в глаза капли.

перевязывать разбитые коленки,

а главное, у меня было бы сто градусников, и если бы я болел сам, то (чур, секрет) я один из градусников разбил бы и шарик ртути катал бы по одеялу.

Нет, мне просто необходимо стать детским врачом.

Но вот открывается дверь, и в комнату входит бабушка. Она несёт чайник и сахарницу с сахаром. Бабушка говорит:

— Ужинать!

Ужинать!

Ужинать!

И все собираются у стола:

и папа,

и мама,

и дедушка,

и я.

Только Мицике спит — он совсем еще маленький.

— Бабушка, — спрашиваю я, — а ты как работаешь?

— Дома я работаю, — отвечает бабушка, — тебе готовлю ужин.

— Бабушка, а это важная работа — готовить ужин?

— Очень важная, — отвечает бабушка. — Ты только представь, что было бы, если бы ты остался без ужина:

ты лёг бы спать голодный,

спал бы плохо,

утром хныкал бы

и у всех было бы плохое настроение.

Замечательно! Я согласен! Я буду работать дома.

— Бабушка, — говорю я, — а я сегодня всех перехитрил. Я со всеми поиграл, только я хочу работать. Вы все работаете, и я хочу. Почему маленьким нельзя работать?

— Как же нельзя? Можно, — отвечает бабушка. — Конечно же, малышам можно работать. Играй вечером сам — это и будет твоя работа.

— Я попробую.

— Обязательно, обязательно попробуй, — говорит бабушка и ставит на стол чайник и сахарницу.