Аделаида Котовщикова - Кто бы мог подумать?

Лягушка Пятнушка

Зелёная лягушечка

Утром Ната заталкивала книги в портфель, чтобы идти в свой первый класс, а её двоюродная сестрёнка Лёля, которой недавно исполнилось пять лет, стояла возле и подсказывала:

— Ручку не забудь! Еще карандаши цветные.

Светлые косички Наты вставали торчком, когда она кивала головой.

— Ладно, ладно, — говорила Ната. — Без тебя знаю.

Если бы Лёля была первоклассницей, она побежала бы в школу со всех ног. А букварь, задачник, ручку и карандаши еще с вечера в портфельчик сложила бы.

А Ната совсем не торопилась. Вот она поймала проходившего мимо кота, гладит его, треплет за ушки:

— Пу-ушенька! Пу-ушенька!

Подошёл братишка Наты — Игорёк, коротенький и толстый, и тоже Пушка погладил.

— Ой, Натка, опоздаешь! — сказала Лёля.

— Отстань ты! — Ната выпустила из рук кота. — Где моя тетрадь по рисованию?

Лёля подала сестре большую рисовальную тетрадь. Ната уложила её и защёлкнула портфель.

Вдруг синие глаза Наты стали задумчивыми. Она сунула руку в карман чёрного передника и вытащила зелёную целлулоидную лягушечку.

Эту лягушечку звали Пятнушкой. Когда Нате её подарили, у лягушки сразу появилось на спине чернильное пятно.

Пятнушка была прехорошенькая: вся зелёная, глазки выпуклые, лапки растопыренные, рот широкий — полукругом. Она умела плавать в тазу с водой. Лёля заворачивала Пятнушку в кукольное одеяло, и лягушечка очень смешно высовывала из одеяла глазастую голову. Лягушка была Наткина, но Лёля тоже с нею подолгу играла.

Ната подержала Пятнушку на ладони, поглядела на неё и положила на край письменного стола.

— Не брать, что ли, в школу? — спросила она тихонько.

— Не бери, а то подаришь, — сказала Лёля.

Ната всегда все свои игрушки дарила, так что у самой ничего не оставалось, — иной раз и поиграть не во что.

У обеденного стола мама мыла чайную посуду. Она заметила лягушку в Наткиных руках.

— Ни в коем случае не бери в школу, — сказала мама. — Будешь на уроке играть и замечание получишь. Игрушек в школу не берут.

— А показать-то хочется, — прошептала Ната. Вздохнула и побежала в переднюю.

Мама и Лёля пошли за ней. Нате надели тёплую шапочку, шею обмотали шарфом, заставили надеть калоши, не удалось Натке без калош убежать.

— А резинку-то я забыла! — объявила Ната и с упрёком взглянула на сестру: — Ты мне не напомнила про резинку.

Лёля удивилась: разве не укладывала Натка резинку в пенал?

Стремглав побежала Ната в комнату.

И вот она ушла. Дверь за ней захлопнулась. Лёля вернулась в столовую. Мимоходом посмотрела на письменный стол. А лягушечки-то зелёной там и нет.

Где Пятнушка?

«Где же Пятнушка?» — думала Лёля. И пошла в бабушкину комнату.

Там у Лёли была целая кукольная квартира. На диванчиках и стульях сидели куклы и мишки. Возле шкафа с платьями любимой куклы Маринки стоял большой серый слон с длинным хоботом и красной попоной на спине.

Лёля сама всё прибирала в Маринкиной квартире. Никому, кроме бабушки, она не позволяла трогать даже самую маленькую вазочку на Маринкином столике.

Лёля стала кормить слона. Суёт ему под хобот сухие листочки — слоновье сено, — губами чмокает. А сама всё думает: «Да где же Пятнушка? Куда она девалась?»

Наконец Ната явилась из школы. Пришла она хмурая.

— Ты что такая? — спросила мама. — Наверное, двойку получила?

— За чистописание, — сердито сказала Ната. — Ну и что? У Шуры Просенковой две двойки.

— Утешила! — возмутилась мама. — А почему ты не скажешь, что у Веры Новиковой всегда только одни пятёрки? «У Шуры две двойки» — нашла оправдание! На лучших надо равняться. По чтению тебя вызывали?

— Вызывали.

— И как ты читала?

— Учительница сказала: «Когда же ты научишься читать?»

— Всё ясно. — Мама так загремела тарелками, точно решила их разбить.

— Мой руки! После обеда будешь читать.

Ната отправилась в ванную.

Лёля за ней. Ната плескалась под краном умывальника, а Лёля стояла в нескольких шагах от неё и смотрела. Ната затыкала пальцем отверстие крана, и тогда длинная струя воды била в стену.

Плиточный пол ванной заблестел, точно над ним прошёл дождь.

— А Пятнушка твоя где? — спросила Лёля.

— Нету Пятнушки, — уныло ответила Ната.

— Где же она? Подарила?

Молча Ната зажала отверстие крана ладонью. Целый веер мелких брызг разлетелся, посыпался во все стороны. Вода достала Лёлину щёку, и Лёля отскочила. А Ната хитро прищурилась и говорит:

— Она теперь уедет на Волго-Дон, моя Пятнушка!

Лёля немножко постояла, приоткрыв рот, потом вдруг спросила:

— Почему?

— Вали Плотниковой папа на канале работает. Валя к нему уедет. Как ты думаешь, понравится Пятнушке на Волго-Доне?

— Наверно, понравится, — медленно ответила Лёля. Подарила всё-таки Натка Пятнушку… Лёля надулась: уж очень ей было жаль лягушечку!

Ослик из цирка

Мама позвала девочек обедать.

Сели за стол. Мама разлила по тарелкам суп.

Вдруг Лёля скривилась и говорит:

— Я не буду суп. Только второе буду.

— Хоть три ложечки съешь! — упрашивает бабушка.

Лёля отодвинула от себя тарелку, едва не расплескав суп на скатерть:

— Не буду! Не хочу! Не заставляй меня, а то я заболею.

Глаза у бабушки сразу стали испуганные.

Наткина мама спросила с удивлением:

— Это еще что за фокусы?

— Она теперь часто суп не ест, — сказала Ната. — Мы обедаем — ты на работе, вот и не видишь…

— Надоел потому что, — пояснила Лёля.

— Нельзя, Лёлечка, без супа, — сказала мама. — Ешь и не выдумывай.

Лёля плотно сжала губы и стала вылезать из-за стола.

— Она и совсем не будет обедать! — перепугалась бабушка и поскорей убрала Лёлину тарелку. — Садись, Люшенька, я тебе сейчас котлеты положу. Смотри, какие вкусные!

Лёля с независимым видом взглянула на тётю Катю и через минуту принялась за котлеты.

— Мамочка, так нельзя! — огорчённо сказала мама бабушке. — Ты её слишком балуешь. По-моему…

— Оставь, Катя! — перебила бабушка. — Ведь у неё мама уехала.

Лёлина мама — Маруся — была геологом и уехала в экспедицию. И больше всего на свете бабушка боялась, чтобы с Лёлей без неё что-нибудь не случилось.

Ната положила ложку и заявила:

— Я тоже не хочу супу. У меня папа в Москву уехал.

Мама погрозила дочке пальцем:

— Посмей только не есть! Ещё и ты туда же! После обеда уселись рядышком на диван. Посредине Ната с раскрытой книжкой на коленях. С одной стороны мама, с другой — Лёля. Игорька бабушка увела из комнаты, чтобы не мешал.

Ната долго смотрела на страницу и громко, с расстановкой начала читать:

— У-у… бки… ла… чка…

Мама за голову схватилась:

— Что это? Что это? Откуда? Где ты видишь такое?

— А вот… написано… — ткнула Ната пальцем.

Лёля взглянула на строчку и звонко прочла вслух:

— У бабки была внучка.

Она уже с полгода как научилась читать. Спрашивала у всех — у мамы, у бабушки, у тёти Кати, у Наты, — какая это буква, да какая это буква? И вдруг читать научилась. Лёлина мама часто писала Лёле письма большими печатными буквами, и Лёля сама их читала. А потом диктовала бабушке или тёте Кате ответ для мамы.

— Маленькая умеет, а ты… — с отчаянием сказала мама. — Ну, давай… Не торопись! Вот с этого слова начинай, где я тебе показываю.

Ната надула щёки, пошевелила губами и с какими-то вздохами прочитала:

— …чка… ла… ала!

Мама на диване подскочила.

— Какая «ла-ала»? Вот несчастье с тобой! Тут же напечатано… — И вдруг мама расхохоталась. — Батюшки! Да ведь она только концы слов читает вслух. Начало про себя, а конец вслух. «Внучка была мала», а не «ла-ала». С первой буквы говори громко. Ну? В…

— В-вы… — с натугой повторила Ната, помолчала и дальше сказала: —…нучка…

Так, с остановками, задержками и вздохами, она целую страницу всё-таки прочла. Круглые щёки Наты раскраснелись, даже лоб вспотел. Наконец мама её отпустила.

— На сегодня довольно. Сейчас немножко отдохни и за уроки принимайся.

Ната весело вскочила с дивана и поманила Лёлю пальцем.

— Идём, что-то скажу!

В спальне Ната уселась на пол в уголке с игрушками Игорька, обняла Лёлю за плечи и зашептала:

— Когда сегодня из школы шла, что я видела! Всякое, всякое замечательное!

Шепчет-шепчет Ната, и выходит, что всё на пути из школы было у неё особенное. Машины какие-то невиданные, и трамваи, и автобусы. А каток ей попался, наверно, с полморя величиной. И люди на нём не просто катались, а точно на крыльях летали.