Светлана Ольшевская - Большая книга ужасов. Прогулка в мир тьмы

Ознакомительный фрагмент

Тем временем он вопросительно смотрел на меня.

– Нет! – зло процедила я. – Я обозналась. Пошли домой, девчонки.

– Что ты такая сердитая? – удивилась Кремнева.

– Сама прыгни с моста в воду, посмотрю я, как ты будешь радоваться! – огрызнулась я и попыталась вылить воду из одного кармана, но это не получилось. – Да еще прогуляйся в мокрых штанах!

– Прошу прощения, – подал голос Саша. – Мне очень жаль, что так вышло. И… спасибо тебе. Я совершенно не умею плавать, без твоей помощи утонул бы. И сейчас я готов на любые подвиги, чтобы загладить свою вину и чтобы ты больше не сердилась, – он обаятельно улыбнулся.

Но унять мою злость оказалось непросто.

– Пожалуйста, соверши такой подвиг – не попадайся мне больше на глаза! И впредь ходи, как нормальные люди ходят.

Внезапный порыв ветра взвихрил и бросил нам в лицо пыль и песчинки, а мне сразу стало холодно в мокрой одежде. Я подняла голову – над нами висела огромная сизая туча, и судя по всему, собиралась разразиться гроза.

Громыхнуло.

– Пора бежать! – воскликнула Лилька. – Скоро гроза будет.

– Ой, боюсь молнии! – подхватила Кремнева.

– Бегите, – ответила им я, стараясь больше не смотреть в сторону Саши. – А я в таком виде бежать не могу. В мои карманы, наверное, набралось пол-озера.

– Пойдем! – засуетилась Лилька. – Я помогу тебе отжать одежду.

Она схватила меня за руку и потащила за кусты. Отжимали мы брюки долго, а я старалась по возможности продлить эту процедуру. Попасть под грозу меня тоже не радовало, но еще меньше хотелось видеть этого Сашу, и я надеялась, что чем дольше мы тут провозимся, тем дальше он успеет уйти.

Но мои ожидания не оправдались. Когда мы с Лилькой вернулись, Саша как ни в чем не бывало стоял на прежнем месте и мило любезничал с Наташкой.

– Наташ, пошли!

– Подождите, – она сделала просительную мину. – Саше далеко добираться до дома, а сейчас хлынет. Вы не против, если он у нас грозу переждет?

Только этого не хватало, хотела сказать я. Но тут же осадила себя. Зачем я, спрашивается, на него накинулась, что я этим хочу доказать? Парень как парень, ничего плохого мне не сделал, и он вовсе не виноват, что… он вообще ни в чем не виноват. А свои эмоции следует контролировать.

– Ладно, – бросила я, и мы бегом заторопились домой. По дороге я мстительно думала, как представлю гостя нашим мальчишкам и объявлю, что это новый приятель Наташки Кремневой. Получит в глаз от Кольки, так будет знать. Ругала себя за такие мысли, но снова со злорадным удовольствием к ним возвращалась.

Нам повезло добежать до дома сухими – то есть тем из нас, кто был сухим изначально. Первые капли дождя упали с неба, когда мы входили во двор, а стоило переступить через порог, как на улице хлынуло, будто из ведра, и стало совсем темно.

Я ничего не сказала мальчишкам, молча поднялась к себе на чердак. Переоделась, а спускаться не спешила. Смотрела на заливаемые ливнем окна, слушала раскаты грома. А еще здесь дождь восхитительно барабанил по крыше.

Я люблю дождь. Интересно, бывает ли он в нижнем мире?..

Тем временем снизу чуть слышно доносилась оживленная болтовня, из колонок звучали то рок, то романсы, а потом я услышала звуки гитары. Не из колонок – просто гитары. Только тогда решила спуститься.

Ребята, включая Сашу, устроились на двух диванах в просторном коридорчике второго этажа, где стояла аппаратура, но в данный момент она была выключена. На столике у окна дымился чай, а рядом на табуретке сидела Лилька, перебирала гитарные струны и пела:

…Святая наука – расслышать друг друга[3]Сквозь ветер, на все времена.Две странницы вечных, любовь и разлука,Поделятся с нами сполна.

Причем пела великолепно. Негромкий, красивый голос вплетался в шум дождя за окном, в стоны ветра.

Я так и замерла в дверях. Не шевелилась, слушая. Эту песню я слышала впервые.

…То берег, то море, то солнце, то вьюга,То ласточки, то воронье…Две вечных дороги – любовь и разлука,Проходят сквозь сердце мое.

Красивым аккордом Лилька завершила песню. Все дружно зааплодировали. Я тогда подошла поближе:

– Хорошая песня… и поешь ты классно. Твоя?

– Нет, что ты! – засмеялась она. – Это Булат Окуджава.

– Откуда у тебя гитара?

– А я тут сарайчик нашел во дворе, там много всего разного, была и гитара, – вместо нее ответил Колька. – Рамки для картинок, кстати, сделал.

– Ух и темень! – Кремнева включила свет. – День как ночь, хоть и не поздно еще!

Я выглянула в окно, потом посмотрела на часы и на Сашу:

– Хоть бы до ночи прекратилось!

Саша поднялся с диванчика.

– Не знаю, чем я вызвал твой гнев. Вряд ли это из-за моего дурацкого падения. Но если я тебя так раздражаю, то лучше мне уйти прямо сейчас.

Это было сказано без обиды, мягко и понимающе. Тут во мне вновь взыграла совесть:

– Сиди, умник. Я просто… не в настроении сегодня. Да и вообще я злая.

– А твои друзья сказали, что ты добрая, – Саша улыбнулся и сел на место.

– Они пошутили.

– Интересно, у нас в городе тоже дождь? – задумчиво произнесла Лилька, отставляя гитару.

– Это мы сейчас узнаем, – Колька хмыкнул и вынул мобильник. – Алло, Морозова? Привет! Как погодка?.. Дождь и темень? Ну прямо как у нас. Ты где там?.. Дома? Одна? Понятно. А вот представь: ты дома одна, дверь заперта, а ключ куда-то задевался, и вдруг ты понимаешь, что в ванной кто-то есть. Он сидит тихо-тихо, но ты знаешь, что он там есть. Что ты будешь делать?

Мы притихли, с интересом уставившись на Кольку.

– Да я не пугаю, – продолжал он. – Просто говорю – предположим, там кто-то есть. Не взаправду, хотя как знать… Ладно, могу и прекратить. Только он от этого никуда не денется!

Последовавшие за этим выражения в трубке услышали даже мы.

– Ладно, можешь бросить трубку, дело твое. Но тогда ты останешься совсем одна – конечно, за исключением того, кто прячется в ванной… Все, все, молчу! Но пока мы с тобой разговариваем, он ведь мог и на кухню перебраться… Хорошо, хорошо, давай о другом. Кстати, ты за шторку в ванной заглядывала?

На том конце все-таки бросили трубку.

– Через полчаса позвони, узнай – с ней все в порядке? А то вдруг там спрятался не безобидный почтальон, а какой-нибудь учитель алгебры, – посоветовала я, и только теперь все грянули хохотом.

– Ай да страшилка! Ты просто мастер народ пугать! – Наташка потрепала его по голове. – Кстати, мне на днях такой случай рассказали. Точнее, тетя Маша рассказала маме, они не думали, что я слышу. В общем, тетя Маша работает уже лет двадцать, даже больше, в страховой компании.

– Ой, страшно-то как! – громко прошептал Егор, схватил от Кольки подзатыльник и умолк. А Наташка продолжала:

– Это было очень давно, буквально в самом начале работы компании. Начало девяностых было, да. Приходит к ним однажды бабулька. Такая ухоженная, с претензией на моду старушка, говорит елейно-вежливо. Документики, страховочка, деньжатки. И просит застраховать жизнь зятя на свое имя.

– В смысле?

– В смысле, если в течение пяти лет зять умрет, то она получит страховку, и немалую. Принесла все справки – зять этот был молодой, здоровый.

– Глупая, что ли? – не смолчал Егор. – Да он, наверное, еще ее переживет!

– А вот и нет. Проходит буквально два месяца, хлоп – у зятя инфаркт. И получила бабка приличную сумму.

– Так, может, это она его…

– Велось расследование, но в его смерти не нашли ничего криминального. А бабка, едва успела получить деньги, как тут же пришла страховать свою дочь! И снова так приторно, с улыбочкой – оформите страховочку…

– Тоже на свое имя? – осведомился Саша.

– Да! И буквально через месяц ее дочь сбила машина! Теперь уже расследовали – чуть землю носом не рыли, но снова никакого криминала не нашли. Водителю стало плохо за рулем, это доказали, а ту бабку он и знать не знал, проездом был в городе, из Челябинска в Ужгород ехал!

– Бывают же совпадения, – задумчиво сказала Лилька.

– Может, и совпадение. Да только бабка не унялась, внука пришла страховать, который круглым сиротой остался! Сотрудницы попытались воззвать к ее чувствам, говорили: неужели вы не видите, что какой-то злой рок тяготеет над этим страхованием! А старушка так елейно улыбается – прикиньте, только дочь похоронила, а улыбается! – и говорит: не ваше это дело, миленькие, ваше дело договорчики заключать, вот и делайте, что положено.

– Я бы не стала, пусть хоть выгонят! – воскликнула Лилька.

– Вот и они отказались. И что вы думаете – через какое-то время к ним пришла новая сотрудница, которая об этом ничего не знала, так бабка к ней как-то просочилась и застраховала-таки внука.

– И что с ним случилось? – повернулся к ней Саша.

– Вот этого я не расслышала – тетя Маша говорила тихо, а переспросить нельзя. Третьей смерти не было, и страховки бабка не получила, но что-то там все же произошло. То ли без вести внук этот пропал, то ли его кто-то забрал.