Матросские досуги - Владимир Иванович Даль

морском и торговом государстве Христофор Колумб. Родина его называлась Генуя, в земле итальянской. Он с издетства полюбил море; и в службе разных соседних государей, где выпадал ему случай, обошел все известные в те времена земли.

А надо сказать вам, что в то время знали только свою половину земного шара, полагая, что в другой половине все одно море, а земель нет. Ныне люди разделяют весь земной шар на пять частей, называя их частями света. Половина России, Англия, Франция, Германия, Швеция и другие государства составляют первую часть света — Европу; наша Сибирь, Китай, Индия, Персия, Палестина, Иерусалим составляют другую часть — Азию; на запад от Азии и на юг от Средиземного моря лежит третья часть, отчизна арапов, — Африка; эти три части связаны вместе сушей, все один материк, и потому были известны искони; были также давно открыты острова, ближние и дальние, — но четвертая часть света, Америка, лежащая насупротив нас, в супротивной от нас половине земного шара, вовсе никому не была известна, и никто об ней во сне не грезил. Пятая часть, Океания[16], также не была еще известна; она, состоя из множества великих и малых островов, открываема была исподволь различными мореплавателями.[17]

Итак, отчаянный моряк Колумб, когда ему исполнилось 35 лет от роду, перебывал во всех тогда известных землях и даже заходил не раз в открытое море дальше всех других: ему все хотелось пройти далее, донельзя, увидеть, какой и где конец этому морю и нет ли там других земель. И спит и видит он одно: пройти незнакомое море это из конца в конец и узнать, нет ли там, где еще никто не бывал, других земель.

Чем более стал он об этом думать, тем пуще стала его одолевать охота идти туда, неведомо куда; чем более рассуждал он об этом и беседовал то сам с собой, то с людьми, тем тверже стал он веровать тому, что в другом полушарии есть земля, и земля обширная, большая, никому не известная.

Он рассуждал так: вся земля, с водами своими, скаталась в шар земной; где суша поднялась повыше, там вода стекла, материк и острова обсыхали и дали пристанище человеку и животным; где суша опала ниже, туда стеклась вода, залила все котловины, все места, которые ниже уровня, и вышло море.

А если так, то может ли быть вся суша на одном боку земного шара и вся вода на другом? Не может, нельзя ей сдвинуться всей на один бок, на одну сторону земного шара; тогда бы земля эта потонула, ушла вся в воду, её бы залило кругом водой, вся суша была бы морским дном, и весь шар земной залит был морем. Суша тяжелее воды, земля с одного бока водяного шара плавать не станет; либо вся она должна уйти в воду, либо ядро земли должно быть каменное, а с него должна подыматься суша в обе половины шара, выше уровня моря.

Рассудив это, Колумб словно видел перед собою новую часть света за далеким, за широким морем и стал порываться туда, на разведку и поиск. Незнакомые растения, которые иногда выкидывало море на берега крайних к западу островов, еще более убеждали его в том, что еще далее на запад от Испании должна быть неведомая земля.

Восемнадцать лет Колумб носился с этою догадкой, в которую веровал как в дважды два, носился с нею и упрашивал всех почти государей снарядить корабли, доверить их ему, Колумбу, и поручить ему открытие новой части света. Никто ему не верил; почти никто не хотел слушать его, многие говорили: он рехнулся.

На 56-м году жизни своей он наконец заставил умных людей призадуматься над этим делом, доложить об нем королю испанскому, который, выслушав много раз затейливого и смелого морехода, решился дать ему три парусных судна и снарядить их в далекое плавание.

В начале августа 1492 года Колумб отплыл в неведомый путь. Сначала команда его радостно и с верою ожидала будущего. Но когда суда оставили за собою Канарские острова и уже 21 день плыли между морем и небом — дело в те времена небывалое, — то все начали роптать, их взяло нетерпение и отчаяние. «Он ведет нас на явную погибель, — говорили они, — надо его связать, забить в каюту и воротиться». Нашлись даже и такие буяны, которые готовы были выкинуть своего начальника за борт, считая его сумасшедшим.

Бедный Колумб, твердо веруя в свою истину, поневоле и сам стал отчаиваться, видя, какого труда ему стоило сладить с бестолковыми, неверующими крикунами.

«Безумные, — говорил он, — потерпите! Мы, по счислению, уже обходим треть земного шара; уже мы теперь в другой половине, и вот не сегодня, так завтра увидим землю! Видите ли морскую наплывную траву, признак берегов? Видите ли стаи птиц, которые все летят от запада, от берега? Дайте ж мне три дня сроку; если в три сутки не откроем перед собою берега, то обещаю отдаться на вашу волю и воротиться; а кто первый увидит землю — стерегите, — тому от меня богатая награда».

И Колумб не обманулся: 11 октября ночью увидели перед собою огонь: долго не верили глазам своим, покуда наконец не раздалось с марса: «Берег виден!» И громкое «ура» раздалось от марса и до кубрика. Все выскочили наверх; с рассветом бросили якорь, и Колумб, с испанским знаменем в одной руке, с мечом в другой, первый ступил ногою на новую землю.

Спутники его бросились ему в ноги, прося прощения за малодушие свое и худое послушание. Жители тех стран, нагие дикари, в перяных и пестрых украшениях, никогда не видавшие белых людей, окружили Колумба, полагая, что он сошел к ним с неба.

Четыре раза еще навестил Колумб Америку или прилегающие к ней острова, перенес много радости и печали, наград и обид, счастья и бед и скончался в Испании в 1506 году, на 70-м