Вадим Чирков - Кукурузные человечки

— Славик, — сказал папа, увидев сына, — собирайся. Через сорок минут должен подойти автобус.

Искали и укладывали в сумки вещи; бабушка жаловалась:

— Мало побыли. Теперь сколько мне снова вас ждать? Вас там, в городе как закрутит, как завертит, так до будущего года обо мне не вспомните. Вот умру ненароком…

Папа отвечал, оглядывая комнату — не оставил ли чего:

— Это дело нехитрое, мать. Ты внука сперва вырасти.

Славик потихоньку выбрался на крыльцо. Котенок сидел на ступеньке и мяукал, жалуясь на произвол. Был, мол, я кот, большой и пушистый, хозяин этих мест, а сейчас я кто? Несчастная козявка! Смотреть не на что… Неужто мне снова расти? Ума и сил набираться? Ой-ей-мяу!

Славик оглянулся на дверь и достал молстар. Навел на котенка, нажал на красную кнопку. Того будто кто погладил — он сразу замолчал, встал и выгнул, потягиваясь, спину. Он замурлыкал! Ему нравилось расти!

Вот ни с того, ни с сего встопорщилась на нем шерсть и он зашипел — наверно, репетировал. Вытянул лапки и выпустил когти… Прыгнул на площадку крыльца и разлегся, нежась под лучом молстара…

Васька не успел дорасти с до своего законного роста — на крыльцо вышла бабушка. Славик еле успел спрятать аппаратик.

— Кошек что-то много развелось в доме, — сказала Полина Андреевна, — и все рыжие. Этот-то, Полуваська, откуда?

— Тоже, должно быть, Васькин сын.

— А маленький где?

— Не знаю, — сказал Славик, — я вышел, а его уже нет.

— Ну, Васька вернется, он здесь порядок наведет. Иди в дом, присесть на дорожку надо.

Провожали отъезжающих бабушка и Кубик. Нинка с Евдокимовной еще не приехали. Когда выходили со двора, Славик оглянулся. На крыльце сидел рыжий Полуваська. Бабушка шла не хромая. О чуде, которое с ней и с ее котом сотворили, она и не подозревала.

Автобус подкатил, затормозил, окутался пылью по самую крышу. Двери его открылись, стали выходить пассажиры.

Кубик пожал руки всем, Славикину задержал.

— Напишешь? — спросил. — А то ведь вы только обещать мастера.

— Напишу, дядя Витя, вот увидите, напишу.

— Ну, прощай… — Художник притянул Славика к себе, коснулся колючей бородой его лба. — Буду скучать без тебя. Кто еще спросит у меня про козу?

— Я в письме спрошу, — сказал Славик, — а вы мне опять только правду расскажете.

— Только правду, одну только правду! — пообещал художник.

— Слав, а, Слав, — услышал Славик, — а мне обновку купили! И портфель! — Он обернулся и увидел Нинку. Та стояла рядом, подняв обе руки. В одной был бумажный сверток, с другой — новенький портфель.

— Поздравляю, — сказал Славик.

— А ты кукол тех домой увозишь? — спросила Нинка, не опуская рук. — Ну, тех, что ругаются? Оставил бы мне их, а?

— Кукол? — Ответ Славику сразу не придумывался. — Тех самых?

— Тех, тех. Будто не знаешь, каких. Оставил бы мне? Тебе в городе-то они зачем? Там игрушек побольше, чем у нас.

— Я… — ответа так и не было. — Они…

— Славик, ну что ты там? — высунулся из окошка папа. — Сию минуту отъезжаем.

— Распаковывать, Нин, некогда, — нашелся наконец Славик. — Я, может, тебе пришлю парочку.

— Обманешь, — уверенно сказала Нинка, — знаю я вас, городских.

— Чес-слово, Нин, пришлю! — И заторопился в автобус.

— Смотри, я ждать буду! — крикнула Нинка. — А на будущее лето приезжай. Опять играть вместе будем. Я уже во второй класс перейду. — Она махала рукой с портфелем. Рядом с ней стояла Евдокимовна и тоже махала рукой, поставив сумку наземь.

— Ладно, — уже в дверях пообещал Славик, — приеду.

Вот и поехала Егоровка назад, и бабушка, и художник Кубик, и Нинка с Евдокимовной — все махали им руками — стали оставаться позади-позади… Автобус повернул — провожающих не стало видно. Машину качало, трясло, папа с мамой о чем-то уже разговаривали, не обращая внимания на сына.

Деревня быстро кончилась, по обе стороны дороги были теперь то сжатые поля, то желтая уже кукуруза, то зеленая еще свекла, то сад с горками ящиков посреди деревьев.

Автобус был старый, он скрипел, стекла немилосердно дрожали, в салоне тряслись клубы пыли, ехал он медленно — развалюха да и только.

"А вот интересно, — подумал Славик, — если облучить его молстаром, он станет как новый?"

Конец первой книги

.

Примечания

1

Привет, дружище! Ну и заставил же ты нас попотеть! (с исп).

2

Эй, мы тут кое-кого поймали!

3

Что ты делал в камнях, малыш?

4

Что ты за птица? Как ты сюда залетел? (с англ).