Вадим Чирков - Пришельцы с планеты Земля

— А у нас на Кукурбите никогда не бывает зимы, — сказал малыш, прилипнув носом к стеклу, — а это, оказывается, так красиво! — Он повернулся к Славику. — Учиться в такие дни мы бы ни за что не стали!

Он снова прильнул к стеклу. Внизу, по тротуару, бежала стайка мальчишек и пуляла друг в друга снежками.

— Вот бы мне туда! — позавидовал Питя. — Я бы тоже…

Славик приоткрыл окно, вытянул руку и набрал полную горсть пушистого снега с подоконника. Дал Пите. Тот схзватился за снег, отдернул руку.

— Холодный!

После все-таки скатал крохотную снежку — чуть больше горошины — и, высунувшись (Славик держал его за левую руку), бросил снежку в бегущих как раз под ними мальчишек. Подождал немного, следя за падающей чуть быстрее снега белой горошиной, повернулся к другу и крикнул радостно:

— Попал! Попал! Ты видел? — Личико его сияло.

— Ох! — вдруг тоже крикнул Славик. — Он закрыл окно, оставив Питю на подоконнике, и бросился к телефону. Быстро набрал номер, стал слушать гудки, притоптывая ногой. Наконец трубка ответила папиным голосом:

— Да?

— Пама! — завопил Славик. — Мапа! — поправился он. — Папа, это я!

— Славка!!! — на всю Кубикову комнату заорала трубка, словно это была не трубка, а усилитель. — Славка, ты где?!

— Я только что прилетел! Я здесь, здесь, у Кубика, — где мама?!

Но в трубке уже слышались мамины рыдания.

— Ну, начинается, — поморщился Питя. — Все точно, как у нас. Мне пора. — Он высунулся в щель в окне и крикнул наверх: — Спускайтесь! Летим домой!

Через какие-то три минуты окно полностью потемнело, это спустился летательный аппарат. В нем открылся люк, из люка начал выползать транспортер. Кубик распахнул окно.

Славику было уже сказано, что родители через пять минут будут на месте (адрес, конечно, они знали), астронавт положил трубку и вздохнул. Ему сейчас предстояла — как в Егоровке, только почище — бурная встреча с папой и мамой.

Питя ступил на въехавший транспортер, где его поджидал Садим. Оба землянина подошли к нему.

— Счастливого пути, — сказали они почти хором.

— Пока, Слава, пока дядя Витя, — прилежно ответил малыш и даже чуть поклонился.

— Мы еще увидимся? — дрогнувшим голосом спросил Славик.

— Хоть бы вы к нам по своей воле прилетели, — сказал с упреком Питя. — А то все мы да мы к вам.

— Наши корабли пока так далеко не летают, — ответил художник.

— Пора бы уже. Ну, значит, придется опять нам лететь, — было отвечено со вздохом. — Когда у нас все будет в порядке и если неряхи (какое прекрасное словечко!) не вздумают снова понаделать роботов-разрушителей. В общем…

Но тут раздался и звонок, и стук в дверь. Наверно, папина машина неслась по городу с космической скоростью.

— Ну, все! — сказал Питя. — Меня здесь больше нет. Пока. Передай предкам мой привет! Поехали! — крикнул он, повернувшись к люку.

В дверь рвались нетерпеливые звонки. Славик побежал открывать.

Когда он и родители в обнимку с ним вошли в комнату, где в серебристом костюме астронавта стоял Кубик, окно снаружи больше ничто не закрывало, кроме густо падающего снега.

Конец второй книги.