Джоан Роулинг - Гарри Поттер и Принц-полукровка (человечий перевод)

Ознакомительный фрагмент

– Нет! – радостно воскликнул он. – Слушайте!

Они склонили головы к веревке. Оттуда громко и отчетливо, как из радиоприемника, доносился голос Малфоя.

– …вы сумеете его исправить?

– Вероятно, – с полным отсутствием энтузиазма сказал Борджин. – Надо посмотреть. Сможете принести его в магазин?

– Нет, – отрезал Малфой. – Его нельзя трогать. Мне важно, чтобы вы сказали, как это делается.

Борджин нервно облизал губы.

– Но без осмотра это очень непросто, практически невыполнимо. Ничего нельзя гарантировать.

– Даже так? – По интонации стало ясно, что Малфой нагло ухмыляется. – Случайно, это не добавит вам уверенности?

Он придвинулся к Борджину, полностью скрывшись за большим шкафом. Гарри, Рон и Гермиона переместились вбок, надеясь понять, что происходит в магазине, но видели только хозяина. Тот страшно перепугался.

– Скажете кому-нибудь, пожалеете. Знаете Фенрира Уолка? Друг нашей семьи. Он будет наведываться сюда время от времени, следить, чтобы вы как следует занимались нашим делом.

– Это совершенно лишнее…

– Решать буду я, – заявил Малфой. – А сейчас мне пора. И не забудьте, этот надо беречь как зеницу ока, он мне еще понадобится.

– Не желаете забрать сейчас?

– Вы что, с ума сошли, как я понесу его по улице? Главное, не продавайте.

– Разумеется, нет… сэр.

Борджин поклонился Драко – очень низко, как когда-то кланялся Люциусу Малфою.

– И никому ни слова, Борджин, в том числе моей матери, ясно?

– Конечно, конечно, – забормотал Борджин и еще раз поклонился.

Громко звякнул дверной колокольчик. Очень довольный Малфой появился на пороге магазина. Он прошел так близко от Гарри, Рона и Гермионы, что подол плаща заколыхался от порыва воздуха. Борджин неподвижно, словно окаменев, стоял за прилавком; елейная улыбка на его лице сменилась тревогой.

– О чем это они? – прошептал Рон, сворачивая подслуши.

– Понятия не имею, – ответил Гарри и крепко задумался. – Малфой хотел что-то исправить… и что-то оставить на хранение… Вы видели, на что он показывал, когда сказал: «этот»?

– Нет, он был за шкафом…

– Так, ребята, стойте здесь, – шепнула Гермиона.

– Что ты…?

Но Гермиона уже выскользнула из-под плаща, поправила волосы перед витриной и решительно направилась в магазин. Тренькнул колокольчик. Рон торопливо сунул подслуши под дверь и передал один конец Гарри.

– Здравствуйте! Ужасная погода, не правда ли? – бодро обратилась Гермиона к Борджину. Тот ответил подозрительным взглядом. Гермиона, весело мурлыча себе под нос, стала разгуливать по магазину.

– Это ожерелье продается? – поинтересовалась она, замедляя шаг у стеклянной витрины.

– Если у вас есть полторы тысячи галлеонов, – холодно отозвался Борджин.

– О!... Э-э… нет, столько у меня нет, – Гермиона пошла дальше. – А… вот этот миленький… м-м-м… черепок?

– Шестнадцать галлеонов.

– Он тоже продается? Его никто не… заказывал?

Борджин прищурился. Гарри уже догадался, что задумала Гермиона, и ему стало не по себе. Та, видимо, тоже поняла, что ее раскусили, и внезапно отбросила всяческое притворство.

– Видите ли, дело в том, что… э-э… мальчик, который у вас сейчас был, Драко Малфой, он… э-э… мой друг… Я хочу купить ему подарок на день рождения, но вдруг он уже что-то заказал, зачем мне покупать то же самое, поэтому… кхм…

По мнению Гарри, история получилась неправдоподобная – и, кажется, Борджин считал так же.

– Вон, – коротко бросил он. – Немедленно вон!

Ему не пришлось повторять. Гермиона заторопилась к выходу. Борджин шагал за ней. Звякнул колокольчик. Борджин с силой захлопнул дверь и тут же вывесил табличку «Закрыто».

– М-да, – сказал Рон, закрывая Гермиону плащом. – Попробовать, конечно, стоило, но чтобы так в лоб…

– Знаешь что, гений шпионажа, в следующий раз ты покажешь, как это делается! – огрызнулась она.

Рон с Гермионой пререкались всю дорогу, но у хохмазина близнецов им пришлось замолчать, чтобы незаметно прошмыгнуть мимо миссис Уэсли и Огрида. Те были очень встревожены: очевидно, заметили их отсутствие. Пробравшись внутрь, Гарри незаметно сдернул плащ, спрятал его в рюкзак и вместе с Роном и Гермионой принялся уверять миссис Уэсли, что они все время были в задней части магазина, просто их плохо искали.

Глава 7

ДИВАН-КЛУБ

Последнюю неделю каникул Гарри только и думал, что о Малфое. Что все-таки он делал на Дрянналлее и почему вышел из магазина с таким довольным видом? Это не могло не настораживать: то, что радует Малфоя, опасно по определению. Увы, к огорчению Гарри, Рон и Гермиона не разделяли его тревоги; во всяком случае, через несколько дней Гарри стало казаться, что разговоры о Малфое им наскучили.

– Да, Гарри, я согласна, это подозрительно, – с легким нетерпением сказала Гермиона. Ребята сидели в комнате близнецов; Гермиона примостилась на подоконнике, поставив ноги на картонную коробку. Она весьма неохотно оторвалась от «Рунического перевода для продолжающих». – Но мы же договорились, что объяснений может быть тысяча.

– Может, он сломал свою Светозаристую руку, – задумчиво произнес Рон, который возился с метлой, пытаясь расправить погнутые хворостины. – Помните, у него была… такая морщинистая?

– А как же его фразочка: «Не забудьте, этот надо беречь как зеницу ока?» – спросил Гарри в миллион первый раз. – Такое впечатление, что у Борджина есть пара к испорченной вещи, а Малфою нужны обе.

– Думаешь? – равнодушно пробормотал Рон, отколупывая грязь с рукоятки метлы.

– Думаю, – подтвердил Гарри. Ни Рон, ни Гермиона не ответили, и тогда он добавил: – Отец Малфоя в Азкабане. Вам не кажется, что Малфой хочет за него отомстить?

Рон поднял голову, изумленно моргая.

– Малфой? Отомстить? Но как?

– О том я и говорю – не знаю! – в отчаянье воскликнул Гарри. – Но он явно что-то затеял, и по-моему, к этому надо отнестись серьезно. Его отец – Упивающийся Смертью и..

Гарри осекся и с раскрытым ртом уставился куда-то в окно, за спину Гермионе. Ему только что пришла в голову ужасная мысль.

– Гарри? – озабоченно позвала Гермиона. – Что с тобой?

– Шрам заболел? Опять? – встревожился Рон.

– Он сам Упивающийся Смертью, – медленно произнес Гарри. – Он занял место отца!

Повисло молчание, но потом Рон расхохотался.

– Малфой? Гарри, ему всего шестнадцать! Думаешь, Сам-Знаешь-Кто его принял бы?

– Это крайне маловероятно, Гарри, – отрезала Гермиона. – Почему ты думаешь…?

– Потому что мадам Малкин, когда хотела закатать рукав, даже не притронулась к нему, а он заорал и отдернул руку. Левую. У него там Смертный Знак.

Рон и Гермиона переглянулись.

– Ну-у… – протянул Рон. По голосу было понятно, что такого объяснения ему не достаточно.

– По-моему, Гарри, он просто хотел поскорее уйти, – сказала Гермиона.

– Мы не видели, что он показал Борджину, – настаивал Гарри, – но Борджин всерьез испугался. Нет, точно, это был Смертный Знак… Малфой хотел, чтобы Борджин понял, с кем имеет дело, вы же видели, как тот залебезил!

Рон с Гермионой снова переглянулись.

– Я не уверена, Гарри..

– Я тоже не думаю, что Сам-Знаешь-Кто взял бы…

Гарри был на сто процентов уверен в своей правоте, поэтому гневно схватил грязную квидишную форму и стремительно удалился; миссис Уэсли давно твердила, чтобы они не оставляли стирку и сбор вещей на последний момент. На лестнице он столкнулся с Джинни; та шла к себе со стопкой свежевыглаженной одежды.

– На твоем месте я бы подождала заходить на кухню, – предупредила она. – Там сейчас очень много Хлорки.

– Я осторожно, постараюсь не наступить, – улыбнулся Гарри.

Действительно, за столом на кухне восседала Флер и без умолку болтала об их с Биллом свадьбе. Миссис Уэсли, поджав губы, следила за брюссельской капустой, которая быстро и самостоятельно чистилась.

– Ми с Бьиллом почти хешили, что будьет только двье подгужки невьесты, ‘абгиэль и Джинни вмьесте будут смотгеться очаговательно. Я хочу одьеть их в бльедно-золотое –пги волосах Джинни гозовое, конечно, никуда не годиться…

– А, Гарри! – громко воскликнула миссис Уэсли, пресекая монолог Флер. – Очень хорошо! Я хотела рассказать, как мы завтра поедем к поезду. Нам опять дадут машины из министерства, а на вокзале поставят авроров…

– А Бомс тоже там будет? – спросил Гарри, отдавая миссис Уэсли квидишную форму.

– Вряд ли, Артур говорит, она будет дежурить в другом месте.

– Она совсьем махнула на себья рукой, ваша Бомс, – произнесла Флер, мечтательно разглядывая собственное ослепительное отражение на внешней стороне чайной ложки. – И очьень напгасно, если вам интьегесно мое…

– Да, дорогая, спасибо, – едко сказала миссис Уэсли, снова обрывая Флер. – Гарри, ты лучше иди, вещи желательно собрать сегодня, чтобы у нас не было, как всегда, суматохи перед отъездом.